Одна из миллиона (СИ) - Левитина Наталия Станиславовна Страница 46

И снова заиграл телефон. На этот раз это была… Полина! Только её мне не хватало для полного счастья!

Нытьё блондинки я пресекла на двадцатой секунде диалога. Она собиралась сообщить какую-то важную новость — вот просто очень важную! — но я абсолютно не горела желанием выслушивать её гнусные выдумки.

— Извините, Полина, ужасно болею, мне плохо, кхе-кхе, не могу с вами говорить, — прохрипела я в трубку. Даже и не пришлось особо прикидываться, чувствовала — снова поднимается температура.

— Ой, давайте я привезу вам лекарства, лимоны, мёд! — трогательно заволновалась блондинка. — Скажите, что купить!

Да она просто ангел.

— Спасибо, Полина, вы очень добры. Но ничего не надо, не приезжайте, я очень заразная. К тому же, Глеб… м-м-м… Николаевич уже купил и привёз мне всё, что необходимо. Он самый заботливый директор на свете!

Немножко приврала, ну так, с волками жить — по волчьи выть.

— Купил… Привёз… — задохнулась блондинка.

— Угу. Извините, Полина, не могу долго разговаривать, температура высокая. — И я изящно ткнула пальчиком в телефон, избавляясь от нежелательной собеседницы. А потом ещё занесла блондинку в чёрный список. Говорят, надо безжалостно отсекать от себя людей, общение с которыми раздражает, доставляет неприятные эмоции или даже причиняет боль. Вот я и отсекаю.

Воскресенье закончилось, а Глеб так и не позвонил. Ещё бы… После того, что он услышал от этого гада Никиты…

Как я теперь появлюсь в офисе после больничного? Как мы будем дальше работать с Глебушкой? Ему будет противно на меня смотреть. Наверное, мне придётся написать заявление…

Не хочется думать, что наша история закончилась, едва начавшись. Не знаю, как дальше жить.

Принцесса

Приняв душ, хозяин вернулся к ноутбуку, оставленному на кровати. Пока Глеб что-то просматривал и печатал, лежа на животе, Принцесса с удовольствием потопталась по его пояснице и каменной заднице, послюнявила полоски на серо-синих боксёрах.

Потом переместилась поближе к ноутбуку — и некоторое время наблюдала за тем, как хозяин печатает. Ей нравились его руки, такие красивые, грубые, нравилось, как он хмурит брови, вчитываясь в текст на экране. Принцесса потрогала бархатной лапкой кисть хозяина, проверила, подживают ли костяшки — он ободрал их неделю назад, до командировки в Питер.

Подрался с кем-то, что ли?

Серебристо-белая красавица внедрилась между клавиатурой и рукой хозяина, чтобы ощутить на спине приятную тяжесть господской ладони. Потом Принцесса начала охотиться за пальцами — прижалась к одеялу, навострила уши, задвигала попой… Поймала! Заодно напечатала в документе загадочную фразу ооооллдлдддд щщщ ггголлололоолол.

— Гениально! — хмыкнул Глеб. — Ну, ты и помощница, Принцесса!

Он аккуратно отодвинул пушистую помеху в сторону, и киска, в конце концов, угомонилась. Она устроилась рядом с ноутбуком, привалилась к нему боком. Бархатистое мурчание разрывало ей грудь, она тарахтела и жмурилась.

Как хорошо избавиться от ребёнка и остаться наедине с любимым мужчиной! После визита Иришки Принцессе всегда требовалась усиленная доза хозяйской любви, надо было успокоиться. Энергии в племяшке Глеба было как в трёх атомных реакторах, она кого угодно свела бы с ума.

Правда, день окрасился в серые тона, потому что прекрасный господин был мрачнее тучи. Он не пел в ванной, принимая душ, не танцевал у плиты, пока варил ребёнку кашу… Всё плохо.

Закончив с документами, Глеб закрыл ноутбук и принялся собирать вещи — Принцесса знала, что уже через пять часов он отправляется в новую поездку.

Едва Глеб скрылся в гардеробной, она запрыгнула в раскрытую сумку и теперь выглядывала оттуда, шевеля усами и сверкая изумрудным взором.

— Киска, давай-ка отсюда. — Глеб подхватил Принцессу под пузо и сгрузил на кровать. Вместо кошки в сумку отправился несессер, бельё, футболки, джинсы и увесистый файл с бумагами и брошюрами.

— Мур-р-р-р.

— Да, уезжаю. Но не переживай, это ненадолго, только туда и обратно.

Принцесса улеглась на чехол с костюмом.

— Нет, отдай! — Глеб отнёс сумку и чёрный чехол на молнии в прихожую. Всё, к командировке подготовился.

Хозяин на некоторое время задержался у зеркала — задумчиво всматривался в своё отражение, мучил ладонью шевелюру, пока волосы не встали дыбом. Затем с трагическим видом поплёлся обратно в спальню.

— Мяу! — отчаянно выкрикнула Принцесса. — М-м-мяу-у-у-у!

— Да, я тоже тебя люблю, — грустно ответил Глеб.

Принцесса знала, что у хозяина что-то произошло с Варварой. Тут бы зеленоглазой британке и порадоваться, что она получила статус единственной подруги Глеба… Но нет. Уж лучше пусть обнимается и воркует с Варварой, чем пребывает в таком отчаянии. У хозяина сбились все настройки и поломались микросхемы. Если раньше его окружала жемчужно-белая аура счастья и ликования, то теперь он излучал импульсы, которые посылает сумрачный и опасный предгрозовой океан.

Принцесса посмотрела на господина, и у неё сжалось сердце. Страдает, бедняга! Неужели Варя его бросила? Нет, не может быть. Ни одна девушка добровольно не откажется от такого роскошного рыцаря.

Так что же у них случилось? Варвара, наверное, тоже сейчас страдает. Какие же они глупые и несчастные!

Глеб улёгся на кровать, взял смартфон, начал листать фотографии.

— Мяу, — пожалела Принцесса любимого мужчину.

Он в ответ почесал её за ухом.

— Знаешь, киска, всё как-то очень хреново. Даже жить не хочется.

— Мыр-р-р-мяу-у-у!

Вот дурачок, хоть и божество! Жить ему не хочется! Тогда надо сделать так, чтобы снова захотелось. Позвони Варваре, глупый, хватит рассматривать её фотки на смартфоне! Скоро уже зарыдает над ними…

Глава 27. Пойманы с поличным

Глеб

Они успели отъехать от города уже на сто километров, когда Кириллу, наконец, удалось выяснить, чем объясняется траурный вид друга. Вытягивал признание клещами, потом слушал, хмуря брови и сосредоточенно уставившись на дорогу. Лобовое стекло постоянно затягивало сеткой мелкого дождя, утреннее небо, похожее на серую вату, висело над мокрыми жёлто-коричневыми полями.

Когда Глеб закончил свой трагический рассказ, Кирилл — он вёл машину — несколько секунд потрясённо молчал, а потом вдруг без предупреждения сильно двинул другу кулаком в плечо.

Глеб дёрнулся на сиденье и скривился от боли:

— Кирыч, ты спятил?! — прошипел он сквозь зубы.

— Это ты спятил! Сейчас ещё по башке тебе надаю, идиот!

Глеб потёр ушибленное плечо.

— Как ты мог?! — прорычал Кирилл. — Бросил девчонку, уехал, даже не поговорил! Молчишь уже шесть дней!

— Семь. — Глеб обречённо помотал головой. — Семь дней… Да, ты прав, я полный идиот. Но я не знаю, что теперь делать! Я упустил момент. Нужно было сразу бежать за Варей, хватать её в охапку, объясняться… Сказать, что не было никакого пари. То есть, оно было, но я-то не виноват! Наоборот, я хотел защитить её от своих друзей-придурков.

— Что ж ты не побежал?

— Я был ошарашен словами этого козла Никиты. На какое-то мгновение даже ему поверил. Огромный букет в приёмной, они знакомы… Он признаётся, что первый раз дал осечку, но просит о втором шансе…

— Урод мелкий! Надо же так всё подстроить!

— Да у меня в глазах потемнело, и весь мир перевернулся, когда я всё это услышал! Моя Варвара — с Никитой?! Она была с ним?!

Кирилл снова протянул руку к плечу Глеба, но на этот раз уже не ударил, а сочувственно похлопал.

— Понятно. Вот засада.

— И чем дольше я молчал, тем больше усугублялась ситуация. Во вторник пришлось срочно лететь в Питер. Получается, уже целых семь дней я не разговаривал с моей малышкой. Она спросила, действительно ли было пари, а я ничего не ответил! Теперь она думает, что я спорил на неё с Никитой… Взяла больничный, прячется дома. Значит, не хочет меня видеть.

Показался знак разворота, и Кирилл сразу же перестроился в крайний левый ряд.