Прекрасное изгнание - Кэтрин Коулс Страница 45

— Спасибо, — прошептала она.

В груди снова сжалось. На ее рисунке были три фигуры на фоне колеса обозрения.

— Это твоя мама? — спросил я, указывая на самую высокую.

Грейси покачала головой:

— Это Хей-Хей. Моя сестра.

— А это?

— Другая сестра. Маме не нравится ярмарка.

Что-то в этом мне не понравилось. Ну да, не всем по душе толпы и музыка, но если твои дети обожают карусели и сладкую вату — ты должен хотя бы попытаться. В памяти всплыли образы поездок на Кони-Айленд с Элли и мамой — теплые, немного размытые, но по-прежнему живые.

— Похоже, вы отлично провели время, — мягко сказал я.

Грейси снова подняла голову на этот раз с улыбкой. Короткой, но ослепительной.

— Это был лучший день.

— Я обожаю такие дни.

Со стороны Бенни раздалось громкое недовольное фырканье.

Я перевел взгляд на него:

— А у тебя что за рисунок?

Он ухмыльнулся с такой самоуверенностью, что я едва не прыснул. Поднял лист бумаги — там была Арден. Темные волосы, фиолетовые глаза.

— Мисс Арден. Она делает меня счастливым.

Этот мелкий хитрюга только что сделал мне выпад в сердце.

— А у тебя что? — спросил он, явно вызывающе.

Я показал пейзаж:

— Горы.

Бенни скривился:

— Горы? Глупо.

— Бенни, — голос Арден прозвучал с той суровостью, которую я еще ни разу не слышал. — Мы так не разговариваем. Как у нас тут говорят?

Он опустил голову, щеки вспыхнули:

— Каждый рисунок красив. У каждого свой путь.

— Вот именно. — Она похлопала его по плечу. — И у тебя получилось здорово.

Бенни сразу приободрился и снова показал ей свою картину:

— Это ты.

Арден будто растаяла на глазах. Черт, этот парнишка крадет у меня все козыри.

— Это, наверное, самое милое, что для меня когда-либо делали, — прошептала она.

Я посмотрел на нее:

— Лучше, чем чизбургер, когда не ел весь день?

Арден чуть не захлебнулась от смеха:

— Чуть-чуть лучше.

Бенни мне подмигнул и беззвучно прошептал: «Лузер».

Я поднялся, потянулся, наблюдая, как Арден обходит столики и хвалит каждого из детей. Она остановилась передо мной и заглянула в глаза:

— Ну-ка, покажи, мистер Пирс, что у тебя получилось.

Черт.

Я почувствовал, как от ее голоса у меня напряглось все тело. Не сейчас. Я быстро переключился на воспоминания о раздевалке после матча, запахе носков и пота — только бы отвлечься от Арден, говорящей «мистер Пирс».

Я сунул ей свою картину.

— Он должен поработать над тенями, — прокомментировал Бенни, не поднимая головы.

Арден взглянула на меня, в глазах плясали смешинки.

— Все такие умные, — пробормотал я.

— Он, кстати, не ошибается, — сказала она, указав на одно место на горе. — Если добавить тени, получится объемнее.

Я наклонился ближе и забрал лист обратно:

— Обязательно доработаю, мисс Уэйверли.

Ее губы приоткрылись от неожиданности, дыхание стало чуть резче.

— А мою ты видела, мисс Арден? — крикнула Изабелла, сунув перед собой рисунок. — Это фейерверки!

Картина была как сама Изабелла — яркая, шумная, вся в красках и мазках. Бумага от краски изогнулась.

— Иззи, — Арден улыбнулась. — Это, наверное, твоя лучшая работа!

— Ессс! — Изабелла пустилась в пляс прямо на стуле, подняв руки вверх.

— Выпендрежница, — буркнул Бенни.

Изабелла сузила глаза:

— То, что у мисс Арден появился новый бойфренд, не повод быть таким ворчуном!

— Неправда! — взвыл Бенни.

Я, может, и не отец, но с хоккеистами работал не первый год — эти двое были точь-в-точь как игроки перед дракой. Время отвлечь внимание.

— Кто поможет мне сделать так, чтобы мои горы были не такими ужасными?

Три пары глаз уставились на меня, рты раскрылись.

Я взглянул на Арден, виновато скривился:

— «Ужасные» теперь считается плохим словом?

Она едва сдерживала смех:

— На грани. Но мы ведь не говорим так о своей работе. Верно, ребята?

— Верно, — быстро согласился Бенни.

— Угу, — поддакнула Изабелла.

Грейси лишь кивнула.

— Но ведь всегда можно попросить о помощи, правда? — мягко добавила Арден.

Дети снова закивали.

— А кто поможет мистеру Линку? — спросила она, обвела взглядом группу.

Руки поднялись почти одновременно. Даже Бенни вызвался.

Я откинулся на спинку стула, который явно задумал оставить мне в наследство хроническую боль в спине, и с трудом подавил улыбку, наблюдая, как трое маленьких художников наваливаются с советами. Но мой взгляд все равно следовал за Арден. Она легко лавировала между столами, будто рождена для этого. С детьми она была на своей волне. Вот со взрослыми — все иначе. Там у нее была осторожность. Настороженность.

Из галереи вышел Денвер. Шел уверенно, прямо к Арден. Я сжал челюсти, раздражение поднялось мгновенно. Не мог я его переваривать. Не потому, что он сделал что-то конкретное. Просто бесил. Наверное, из-за того, как он смотрел на нее.

Там было влечение, это очевидно. Но дело не только в этом. Он смотрел на нее как на чистый чек — осталось только вписать сумму.

Он нагнулся, что-то прошептал ей на ухо. Лицо Арден тут же напряглось, и она резко покачала головой.

— Мистер Линк, — позвала Изабелла. — Вы вообще слушаете?

Нет, не слушал.

— Прости, Изабелла, — сказал я, постаравшись переключиться обратно.

Бенни скосил взгляд через плечо и сморщил нос:

— Мне он тоже не нравится.

Внезапно я почувствовал, что нас с моим маленьким противником теперь кое-что объединяет.

— Он неправильно смотрит на мисс Арден, — прошептала Грейси, украдкой бросив взгляд на Денвера.

Тихие дети обычно замечают больше. А Грейси была именно такая. И тот факт, что даже она уловила это… заставил меня напрячься.

Раздражение усилилось, когда во двор вошел еще один гость. Квентин А́рисон — тот самый козел из прошлой недели. Шел целеустремленно, прямо к Арден. В пиджаке и лакированных туфлях, в жару под тридцать градусов. Часы на запястье сияли так, будто он собирался отражать солнечные вспышки в космос, а кольцо на мизинце — просто цирк на выезде.

— Вот этого я не перевариваю вообще, — пробормотал я и резко встал, отодвинув стул. Направился прямо к этому идиоту.

28

Арден

Я не знала, на кого из них навести свой лучший «взгляд Бенни» — на Денвера или на Квентина. Квентин, без сомнения, был законченной занозой, но именно Денвер снова и снова впускал его в мое пространство.

— Арден, — пропел Квентин. — Так мило с твоей стороны тратить свое время на обучение этих... малышей.

Он произнес «малышей» так, будто слово у него во рту прокисло.

— Но не стоит ли тебе сосредоточиться на своем творчестве?

Раздражение внутри меня вспыхнуло и перешло в злость.

— Говорите так, как будто у вас есть хоть