Травля - Вера Холлинс Страница 45

Я опустилась на колени, держась за надгробный камень Кая. Я так много раз читала эпитафию на камне, но даже сейчас она поразила меня до глубины души.

«Разбиваюсь на части, истекаю кровью так глубоко, желая, чтобы я был тем, кто погрузился в вечный сон.

Тебя никогда не забудут, чистая душа, ты оставил сокрушительную пустоту, ты оставил огромную дыру.

Покойся с миром, мой дорогой брат, и спи спокойно, знай, что я всегда буду любить тебя со всей своей силой».

Хейден написал это вскоре после похорон перманентным маркером.

— Даже в этом году я не могу сказать тебе ничего нового… Я бы хотела наконец прийти сюда и сказать: «Эй, Кай, я стала сильнее, я победила своих демонов и я боролась со своими мучителями». Думаю, ты бы так гордился мной из-за этого, верно? Ты, по какой-то причине, всегда верил в меня. Ты всегда думал, что я сильная и найду способ спасти себя, не только от других, но и от себя самой. Я хочу быть сильной. Не только для себя. У меня есть новый друг, и я думаю, что она тебе понравится. Все довольно ново с тех пор, как мы только познакомились, но у меня такое чувство, что она действительно хороший человек.

Мои слезы продолжали течь, и давление нарастало в груди. Было так трудно дышать, пока я продолжала рыдать, свернувшись в клубок. Я прижала голову к коленям, пытаясь найти хоть какое-то утешение.

Небо становилось темнее, когда солнце садилось, окрашивая его в разные оттенки фиолетового, а ветер тихо шептал вдалеке.

— Сегодня был ужасный день. Это касается не только меня, но и Джессики. Ей тоже приходится страдать, и она кажется такой хрупкой… Я не знаю, что случилось с ней в ее предыдущей школе, но я не хочу, чтобы она стала такой, как я. Темной и потерянной. В ней все еще есть этот свет внутри, эта невинность, эта вера в то, что мир — светлое место… Я? Для меня мир — отвратительное место, наполненное дегенеративными крысами, которые живут только для того, чтобы заставить тебя истекать кровью и смотреть, как ты медленно увядаешь. Люди коррумпированы. Они хотят стать свидетелями твоего падения, потому что это единственный способ вынести свой собственный ад. Как может жить доброта, когда вокруг столько ненависти? Как можно простить человека и давать ему второй шанс, когда все, что он делает, это снова и снова тебя ломает? Как можно желать кому-то счастья, когда ему наплевать на твое?

Я смотрела на ссадины на своих предплечьях, не в силах понять яд, который заставил Натали сделать это. Ее любовь к Кайдену превратилась во что-то совершенно ужасное, ее несчастье просачивалось в меня с каждым наказанием, которому она меня подвергала.

— Я боюсь Натали. Она неуравновешенна, и это пугает меня, потому что кажется таким реальным. И я не знаю, что делать, чтобы этого избежать. Она хочет, чтобы я заплатила за твою смерть, но я уже плачу за это. Я плачу за это с того момента, как ты умер, и боль никогда не проходит. Я засыпаю с ней. Я просыпаюсь с ней. Я улыбаюсь с ней. Она не проходит.

Удушающие рыдания продолжали нарастать, и я больше не могла дышать, поскольку тревога затягивала меня в свой душный кокон. Я чувствовала покалывание в затылке, и вскоре оно распространилось по всей голове.

— В довершение всего, есть Хейден. Хейден ненавидит меня, и больше ничего нет. Ты ошибался, Кай. Ты так ошибался.

Образ этой субботы пришел мне на ум вместе с воспоминанием о дне похорон Кайдена… Так много боли…

— Представляешь, каково это — снова и снова получать боль, а мучителям просто все равно? Ничего. Они заставляют тебя истекать кровью, и нет никакого раскаяния, никакой боли, ничего. Им все равно на тебя. Ты можешь умереть, и ничего не будет. Ничего.

Я держала голову на коленях, держа глаза закрытыми, но произнесение этих слов вслух не облегчило мою боль, как я думала, а сделало ее сильнее.

— Я так ошибалась насчет Хейдена. Я давала ему еще один шанс, потом еще один. Я всегда каким-то образом оправдывала его жестокость. Я думала, что он страдает и одинок, как и я. Я действительно хотела помочь ему. Даже после всего того, что он сделал со мной, я хотела быть сильной ради него и стереть нашу тьму. Я хотела забыть обо всем и быть рядом с ним, не прося ничего взамен. Ты бы сказал, что я бескорыстна, но теперь я знаю, что это было глупо. Нельзя строить замки из воздуха. Вещи так легко уничтожаются, но на то, чтобы построить их снова, могут потребоваться столетия. Знаешь, что ты больше не сможешь построить? Утраченное доверие.

Я все еще лежала, положив голову на колени, пытаясь успокоить дыхание. Тупая боль в груди отказывалась уходить, но слезы наконец-то прекратились. Я подняла голову и снова прочитала слова.

«Ты оставил сокрушительную пустоту, ты оставил огромную дыру».

— Я скучаю по тебе, Кай. Спасибо, что придал моей жизни смысл. Ты сделал меня счастливой. Надеюсь, я тоже сделала тебя счастливым. Спасибо за все.

Я наконец встала, но мои шаткие ноги нарушили мое равновесие. Почувствовав кого-то позади себя, я развернулась.

Бледный Хейден стоял в нескольких футах от меня, пристально глядя на меня. Его глаза были красными, как будто он плакал. Я закричала и споткнулась, едва успев удержаться, прежде чем упасть.

Он слышал все мое признание?

— Я же говорил тебе не приходить сюда.

— Он был моим лучшим другом. Мне нужно быть здесь, потому что он самый близкий мне человек.

— Ты виновата в его смерти. Ты виновата в этом. — Он постучал по своему шраму.

Я вздрогнула. Хотя я все время винила себя, я всегда чувствовала себя ужасно, когда слышала это от него.

— Это не значит, что я его не люблю. Я хочу…

— Неважно, чего ты хочешь, черт возьми, — прервал он меня и сократил расстояние между нами.

Было ясно, что он пьян, и я продрогла до мозга костей, потому что он мог стать еще более непредсказуемым, когда был в таком состоянии. Мне хотелось бежать прямо сейчас, но мои ноги были приклеены к земле, не давая мне возможности сбежать.

— Ты ничего не