Слишком неправильно - И. А. Дайс Страница 45

Я никогда не слышал, чтобы он так огрызался. Его грудь вздымается, а руки сжимаются в тугие кулаки, словно он готовится вырубить Нико, если тот скажет еще хоть слово. Удачи. Он окажется в реанимации, если осмелится нанести хоть один удар. Нико вырубит его раньше, чем кулак Коди приблизится к его лицу.

Дверь в дом снова открывается, спасая нас от неловкой ситуации.

— Есть кто дома?! — смеется Шон, заходя в гостиную с бутылкой водки в руках. — Как ваша подруга? — спрашивает он у тройняшек. — Она собирается давать показания?

— Мы работаем над этим, — признается Коди, его тон возвращается к нормальному. — Она потрясена, но она крепкий орешек. С ней все будет в порядке.

— Крепкий? — Шон насмехается. — Она облевала все ботинки Кольта, брат. Она не крепкая.

— Ее чуть не изнасиловали! — Коди снова заскулил, вскарабкавшись на ноги. — Ты ожидал, что она будет смеяться над этим? Дай ей передохнуть! В понедельник она будет в участке. Проследи, чтобы Ашер не отделался предупреждением, хорошо?

— Ашер Вудворд? — спрашиваю я, вспоминая парня, которому Талия надавала по яйцам два года назад. Она увидела, как он подмешал кому-то что-то в напиток, и вцепилась ему в лицо.

— Да, тот самый. Сейчас у меня достаточно ресурсов, чтобы отправить его в тюрьму на пару лет.

— Пару лет? — Конор насмехается, проводя рукой по беспорядку, который он называет волосами. — Мне следовало бы выбить ему еще пару зубов.

Последний из семерых приходит с пивом. Это превращается в типичную вечеринку Хейсов. Они не уйдут еще несколько часов. Я хочу отправить Кэсс сообщение, но если громкость на ее телефоне стоит на максимуме, парни могут услышать его писк.

Моя нога подпрыгивает на полу.

— Так, что это за сборище? — спрашиваю я Нико, как только все берут в руки пиво или напиток. — Мы что-то празднуем?

В комнате воцаряется тишина. Мое сердце бьется как барабан конга, а он не торопится, нагнетая напряжение и предвкушение. Он достает из кармана пиджака пачку бумаг и со стоическим лицом протягивает их мне. Мне становится плохо, когда я разворачиваю бумаги, ожидая увидеть фотографии Кэсс и меня, целующихся в дверях ее квартиры.

Но фотографий нет.

Мои брови сходятся на середине. Вверху жирными чернилами написано: «Договор купли-продажи», и среди массы текста мое внимание привлекает «Загородный клуб».

— Это что, — начинаю я, уставившись на Нико. — Ты купил «Загородный клуб»?!

Он качает головой, его лицо больше не бесстрастно. На самом деле он улыбается настоящей гребаной улыбкой.

— Я сделал этому придурку предложение, от которого он не смог отказаться.

— Ты говорил с Джаредом?! — буркнул Тео.

— Через моего адвоката. В любом случае, это, — он забирает у меня бумаги и шлепает их на журнальный столик, — не то, зачем я хотел вас всех здесь видеть. А вот это. — Он достает еще одну пачку бумаг и протягивает шесть экземпляров.

Я бегло прочитываю свою, и у меня глаза вылезают из глазниц. Нико разделил «Загородный клуб» на семь частей, дав нам по четырнадцать процентов акций каждому.

— Зачем? — Шон первым выходит из первоначального шока.

Нико пожимает плечами, но я знаю, что у него есть веская причина. Он никогда не делает никаких шагов, не спланировав и не продумав все до мелочей.

— Ты женат и у тебя есть ребенок. У тебя больше нет времени на нас. Тео тоже женат, и скоро у всех нас будут семьи. Как ты думаешь, мы когда-нибудь соберемся вместе, только мы семеро, чтобы посидеть и выпить, как сейчас?

— Да, черт возьми! — буркнул Кольт. — Братья превыше шлюх!

За эту реплику он получает от Тео удар по затылку.

— Еще раз назовешь мою жену шлюхой, и ты будешь выковыривать зубы из ковра, братан.

— Мы будем видеться, конечно, — продолжает Нико. — Но это будут дни рождения, Рождество и мамины посиделки. Ведение бизнеса будет держать нас рядом. Обязательные встречи с руководством предусмотрены в договоре. Два уикенда в год в неизвестном месте.

Тео ухмыляется, похлопывая Нико по спине.

— Так что ты, по сути, составил юридический документ, чтобы позволить нам уехать на выходные от наших жен и детей.

— Милый, это работа. Я клянусь. Да, мы едем в Вегас, но… черт, только посмотри на контракт. Я должен поехать! — Коди драматизирует.

Я не могу поверить, что мой брат потратил несколько миллионов долларов на то, чтобы у нас был повод отвлечься от жизни и провести время вместе, только мы семеро.

— Черт, — говорит Шон, вытирая глаза тыльной стороной ладони. — Ты заставляешь меня плакать, придурок.

Мы смеемся над этим, но правда в том, что у меня в горле тоже запершило. Я не могу представить свою жизнь без них шестерых, и это заставляет меня с болью осознавать, что пришло время положить конец роману с Кэссиди. Поначалу я был не против секса в свободное время, но последнюю неделю я пытался сосредоточиться, выкраивая часы, чтобы приехать к ней в квартиру и разложить ее на кухонном столе.

Я балансирую на острие ножа. Одно неверное движение — и я рухну вниз. Вопрос в том, задену ли я острый или тупой край?

Я думал, что уже насытился ею, но чем дольше мы продолжаем встречаться, тем сильнее я жажду ее тела. И в последнее время эротические мысли не ограничиваются тем, как мой член входит и выходит из нее. Я представляю, как целую ее. Я представляю, как заключаю ее в свои объятия и глажу по спине, пока мы лежим бездыханными на маленькой, неудобной кровати в ее спальне.

Она — паразит, от которого я не могу избавиться, и мне приходится это делать. Чем дольше мы будем продолжать, тем больше риск, что мои братья узнают секрет.

Мы празднуем несколько часов, разговариваем, выясняем отношения и смеемся над рассказами Шона о том, как Джош устроил неоспоримый хаос. Они уезжают около часа ночи, и как только последняя машина исчезает в конце улицы,