Их беда. Друзья моего отца - Элис Екс Страница 42

Они обещали, но я все равно чувствовала тревогу за отца. Тем более теперь, когда Гордый, Лев и я больше не просто охрана и цель. Теперь все по другому. И я прекрасно понимала, что папе это не понравится. Совсем.

Я знала, что Лев и Гордый не говорили этого вслух. Но я чувствовала. Они могли. Если решат, что так будет «проще». Если папа решит меня забрать.

Я прикусила губу и всё же набрала номер. Имя “Бедовый” высветилось на телефоне Льва.

Гудки тянулись мучительно долго. Я уже почти решила сбросить, когда в трубке щёлкнуло.

— Лев? — голос отца был настороженный. Уставший.

— Это я, — сказала я тихо. — Привет. Просто… хотела проверить. Ты в порядке?

Пауза. Короткая, но тяжёлая.

— Лола, все в порядке? Зачем звонишь? Где эти двое?

Я оглянулась на диван. На двух мужчин, которые сейчас спали так спокойно, будто не умели убивать.

— Мы в порядке, — сказала я и сама удивилась, как ровно это прозвучало. — Всё нормально.

Не «я». Не «они».

Мы.

— Пап, — ком подступил к горлу, но вопрос всё равно вырвался, — когда это закончится?

— Скоро, доченька. Скоро, — он заговорил слишком быстро, и от этого стало только хуже. Я слишком хорошо знала этот тон. Так говорят, когда сами ни в чём не уверены.

А потом он добил:

— Я скоро заберу тебя от этих ублюдков. Обещаю. Они к тебе не прикасались? Если прикасались — я их убью!

У меня внутри что-то щёлкнуло. Не громко — глухо. Как выключатель.

Я снова посмотрела на диван. На Льва, у которого даже во сне было это напряжённое спокойствие. На Гордого — нахмуренного, тяжёлого, живого. И поняла, что слова отца звучат сейчас… неправильно.

— Пап, — сказала я тише. — Перестань.

— Ты понимаешь, с кем ты сейчас? — его голос стал жёстким, злым. — Эти двое — подонки. Отморозки. Я знаю таких. Они прикрываются защитой, а сами…

— Пап…

— Я приеду, — перебил он. — Как только всё улажу. Приеду и убью их. Обоих. А тебя заберу. Хочешь ты этого или нет.

У меня внутри что-то оборвалось.

— Мне нужно идти.

Отец начал что-то кричать в трубку, но я не слушала. Нажала на экран обрывая вызов.

Глава 37. Лола

Руки тряслись, сердце колотилось где-то в горле.

Телефон показался тяжёлым, чужим. Я отложила его и медленно вернулась к дивану. Остановилась в шаге, все еще ощущая горечь во рту после разговора с отцом.

Он убьёт их. Или они — его. Защищая меня.

Я посмотрела на них — спящих, беззащитных в этой редкой тишине. Лев лежал на боку, нахмурившись даже во сне, словно продолжал держать оборону. Гордый — раскинувшись, тяжёлый, живой, с дыханием, которое вдруг стало для меня якорем.

Опустилась на край дивана, осторожно, чтобы не разбудить. Провела взглядом по их лицам и впервые ясно поняла: выбора «без крови» уже не существует. Есть только время — короткое, зыбкое — и решение, которое рано или поздно придётся принять мне.

— Принцесса, — тихо позвал Лев.

Словно кошка, скользнула к нему под руку — быстро, инстинктивно, как к единственному тёплому месту в холодной комнате. Гордый будто знал, что я здесь: навалился следом, обнял за талию, уткнулся носом в шею. Его дыхание было ровным, тёплым, почти домашним.

Закрыла глаза.

Сейчас мне хотелось быть их принцессой. Просто сейчас. На этот короткий миг — будто вокруг нет угроз, планов, оружия и обещаний убить друг друга. Будто мы нормальные. Будто утро придёт само, без счёта потерь.

Позволила себе это чувство — маленькое, украденное у будущего. И осталась между ними, слушая дыхание, пока ночь медленно отступала.

Я проснулась не сразу — сначала было ощущение тепла. Глубокого, плотного, такого, что не хотелось шевелиться. Потом — мягкость под спиной. Не диван. Кровать.

Открыла глаза медленно, будто боялась спугнуть момент.

Белые простыни. Высокий потолок. Утренний свет, пробивающийся сквозь шторы и ложащийся полосой на стену. Тишина — не тревожная, а спокойная, живая. Та, в которой можно дышать.

Я была в кровати.

На секунду внутри кольнуло — воспоминания накрыли волной. Вчера. Телефон. Отец. Их дыхание рядом. Я инстинктивно шевельнулась — и сразу поняла: я не одна.

Слева — тепло. Чужое, но уже знакомое. Тяжёлая рука, перекинутая поверх одеяла, словно проверяет, на месте ли я. Справа — другое дыхание, ровное, глубокое. Тот самый ритм, который я уже научилась различать даже сквозь сон.

Я лежала между ними.

Не прижатая. Не зажатая. Просто — окружённая.

Сердце забилось быстрее, но не от страха. Скорее от странного осознания: меня сюда принесли. Аккуратно. Не разбудив. Решили за меня — но не против меня.

Уставилась в потолок, чувствуя, как утро медленно вступает в свои права, и поймала себя на