Нежеланный брак - Катарина Маура Страница 42

— Еще раз, — требую я. — Скажи мое имя еще раз.

— Дион… — выдыхает она, и я ввожу палец глубже.

— Ты такая идеально узкая, детка… — Она ни за что не сможет принять мой член вот так сразу, но, с другой стороны, у меня есть целая вечность. Я буду растягивать ее медленно, пока она не будет готова для меня.

Я добавляю еще один палец, и она вздрагивает, словно это слишком интенсивно.

— Ты такая хорошая девочка, ангел, — шепчу я, играя моими пальцами внутри нее и стимулируя ее точку G. Мои пальцы движутся внутри нее, медленно доводя ее до экстаза, и то, как ее лоно сжимается вокруг них, просто сводит меня с ума.

Она стонет от удовольствия, и я ухмыляюсь, когда моя свободная рука присоединяется к ласкам, мой большой палец рисует круги вокруг ее клитора. Это намного лучше, чем все мои фантазии о ней. Черт, это просто невероятно.

Руки Фэй запускаются в мои волосы, ее ногти слегка царапают мою голову, словно она теряет контроль над собой, и я улыбаюсь, увеличивая темп, мечтая видеть, как она теряет голову от удовольствия. Нет ничего, чего я хочу больше, чем видеть, как моя идеальная жена отдается страсти.

Я внимательно наблюдаю за ней, когда она начинает двигаться в такт моим рукам, ее движения становятся все более страстными, и все сомнения и стеснение исчезают, уступая место чистому желанию. С каждым мгновением она становится все прекраснее и прекраснее.

— Я не могу, — ее голос дрожит. — Дион, пожалуйста… это слишком…

Я еще больше увеличиваю темп, мои прикосновения к ее клитору становятся более грубыми.

— Ты можешь, — обещаю я. — Ты можешь и будешь кончать для меня, любовь моя.

Она смотрит мне в глаза с равной смесью страха и доверия, как будто чувства, которые я в ней вызвал, пугают ее, но она доверяет мне, что я проведу ее через это.

— Кончи для меня, детка, — шепчу я, надавливая на ее клитор в тот самый момент, когда толкаюсь глубже. — Позволь себе это.

И она отдается. Ее губы приоткрываются, когда стон вырывается из ее горла, ее глаза закрываются от наслаждения. Ее лоно сжимается вокруг моих пальцев, становясь невероятно тугим, и я смотрю на нее с благоговейным ужасом, когда удовольствие захлестывает ее.

Я думал, что уже зависим от нее, но, опять же, я ошибался. Ничто не сравнится с этим приливом. Клянусь, я мог бы кончить просто от одного ее вида.

Она открывает глаза, и я вижу тот самый момент, когда она осознает, что только что произошло. Тень стыда мелькает в ее глазах, но я не допущу этого.

— Это был только первый раз, — шепчу я, мои губы касаются ее горячей кожи. — Ты должна мне еще два.

Я держу пальцы глубоко внутри нее, пока мой язык скользит по ее чувствительной киске, наконец-то пробуя ее на вкус. Как я и ожидал — чертовски сладкая.

— О, Боже… — ее голос срывается на стон. — Я не могу… Не могу, Дион… Я правда не могу… Пожалуйста… пожалуйста, остановись. Мне… мне нужен перерыв.

Я медленно обвожу языком ее пульсирующий клитор, ловя ее взгляд. Она выглядит такой же ошеломленной, как я себя чувствую, и, черт возьми, это зрелище сводит меня с ума.

— Знаешь, что тебе действительно нужно? — шепчу я, позволяя горячему дыханию ласкать ее мокрую плоть. — Дать мне еще один оргазм.

Ее клитор настолько набух и чувствителен, что даже мой язык — пытка для нее, но я чувствую, что она близко.

— Желтый или красный, детка, — напоминаю я, держа язык наготове. — Это один из них? Подумай хорошенько, прежде чем ответить.

Ее хватка на моих волосах усиливается, а затем она качает головой. Интенсивное, чертовски сильное удовольствие проносится сквозь меня, и я улыбаюсь ей, поднимая ее ноги на свои плечи. Она откидывается назад на нашу кровать, и я не могу сдержать смешка.

— Ты же дашь мне еще один, правда?

Я подтягиваю ее бедра выше, заставляя ее зависнуть в воздухе, крепко удерживая ее руками.

— Отвечай, — требую я. — Скажи мне, что ты будешь хорошей девочкой.

Я оставляю неторопливый поцелуй на внутренней стороне бедра, ожидая ее признания.

— Да, — простонала она, дергаясь в моих руках. — Да… Я буду хорошей, Дион. Обещаю.

— Моя хорошая девочка, — выдыхаю я, прежде чем снова окунуться в нее языком. Теперь я двигаюсь медленнее, чем раньше. Она намного чувствительнее, чем я ожидал, и я не хочу пересечь грань… пока.

Я нежно посасываю ее клитор, и ее ноги сжимаются вокруг моей шеи, требуя большего. Моя идеальная, идеальная жена. Я даю ей то, чего она хочет, обводя ее языком, пока ее дыхание не превращается в сбивчивые всхлипы, пока ее стоны не начинают заполнять нашу спальню.

— Дион… — ее голос дрожит, переполненный мольбой.

И я подчиняюсь. Резко всасываю ее клитор, чувствуя, как ее тело взрывается подо мной. Она кончает мне в рот, и, черт возьми, это самое горячее, что я когда-либо испытывал. Ее ноги теряют всю силу, и я осторожно укладываю ее обратно на кровать, не отрывая губ от ее ноющей плоти.

— Идеальная, — выдыхаю я, оставляя последний ленивый поцелуй на ее мокрой киске. — Ты идеальна, Фэй.

Ни одна моя фантазия не сравнится с реальностью, в которой она принадлежит мне. Я медленно поднимаюсь на ноги, возвышаясь над ней, и начинаю срывать с себя галстук-бабочку.

— Это было два, — говорю я, расстегивая жилет и позволяя ему упасть на пол.

Она смотрит на меня из-под полуопущенных ресниц, ее свадебное платье сбилось на талии, а длинные волосы раскинулись по кровати. Она даже не подозревает, насколько охуительно выглядит в этот момент, не так ли?

Ее глаза следят за каждым моим движением, и я ухмыляюсь, когда она тяжело дышит, увидев, как моя рубашка распахивается.

— Ты ведешь себя так, будто впервые видишь мои кубики, — дразню я ее, бросая рубашку на пол. — Будто ты не растирала по ним шампанское всего несколько месяцев назад.

Моя рубашка падает на пол и я замираю, держа руку на поясе своих брюк.

— Иди сюда, — мой голос становится хриплым. — Сделай мои фантазии реальностью, Фэй. Раздень меня.

Глава 27

Фэй

Мое сердце колотится как бешеное, пока я сижу на кровати Диона, в своем свадебном платье. Я никогда не чувствовала себя настолько беззащитной и в то же время настолько желанной. То, как он только что ласкал меня, было абсолютно неожиданным. Где-то в глубине души я все еще боялась,