Темный выбор - К. Бузер Страница 42

В этот момент из-за угла появляется мужчина, с которым я познакомилась по FaceTime. В одной руке он несет автокресло, а в другой — сумку с подгузниками. Доминик едва успел поставить автокресло, как я уже расстегиваю спящего ребенка и беру его на руки. Я знаю, говорят, что спящего ребенка нельзя будить, но тот, кто это сказал, должно быть, никогда не проводил неделю вдали от своего ребенка. Так что что они знают?

Лиам открывает глаза и очень широко зевает, морщит лицо, прежде чем замечает меня и хихикает. Если это не самый милый звук, который я когда-либо слышала, то я не знаю, что это. Я окидываю его взглядом, проверяя, нет ли у него следов синяков или порезов, но ничего не нахожу. Он выглядит прекрасно, одетый в комбинезон для сна и игр, украшенный маленькими лесными существами. Я снимаю синюю шапочку, покрывающую его прекрасные светло-рыжие волосы, и наклоняюсь, чтобы поцеловать мягкие локоны, наслаждаясь его неповторимым запахом младенца. Лиам снова в тепле, надежности и безопасности у меня на руках, где ему и место.

— Это он? — спрашивает Майкл позади меня. — Это Лиам?

Я поворачиваюсь, прижимая к груди своего воркующего, счастливого сына, и встречаю любопытное и нерешительное выражение лица Майкла. Сделав шаг вперед, я замечаю, что Майкл напрягся, но не отступает, что я считаю победой. В его глазах все еще есть неуверенность, но я понимаю. Этот мужчина стал отцом практически за одну ночь. Это слишком много для любого, чтобы осознать и принять.

— Это так, — я останавливаюсь перед ним и жду. Я не хочу его толкать. Вместо этого я перемещаю Лиама на руках так, чтобы они могли видеть друг друга.

Майкл переводит взгляд на ребенка, и они просто смотрят друг на друга в течение долгого момента. Затем Лиам протягивает руку отцу, улыбаясь и хихикая, и я вижу, как напряжение тает в теле Майкла.

— Можно мне подержать его?

— Конечно.

Лиам выглядит таким маленьким в руках Майкла, но в то же время таким правильным, и мое сердце грозит разорваться от этого зрелища. Зрелище, которое я никогда не думала, что увижу. Наблюдать, как Майкл взаимодействует со своим сыном, чрезвычайно привлекательно и делает что-то с моими яичниками, что заставляет меня сказать этим чертовым существам остыть.

— Он настоящий, — выдыхает Майкл, с удивлением глядя на ребенка на своих руках. — Он действительно настоящий.

— Конечно, он настоящий. Мне пришлось иметь дело с этим злым мини-Майклом весь чертов день, и позвольте мне сказать вам… — Доминик жалуется достаточно громко, чтобы нарушить этот трогательный момент, за что получает подзатыльник от Габриэллы.

— Язык, ты большой идиот.

Потирая голову, Доминик поворачивается к ней и хмурится. — Он же младенец, Габриэлла. Он даже говорить еще не умеет.

— Но он может слышать, а дети — это практически губки, — возражает Габриэлла.

— Лучше привыкнуть сейчас, Доминик, — советует Энцо, заглядывая через плечо Майкла, чтобы получше рассмотреть Лиама.

— Говорит тот, от кого ребенку следует держаться подальше, — ворчит Доминик, прежде чем подойти ко мне с сумкой для подгузников. Он передает ее мне и говорит: — Мы не так много говорили, прежде чем я фактически похитил твоего ребенка, но привет, я Доминик. Двоюродный брат папы твоего ребенка.

Доминик, как и его кузены, высокий мужчина крепкого телосложения, но в отличие от них у него короткие светлые волосы и темные глаза. Он, конечно, красивый, но он не Майкл.

— Спасибо, Доминик. Я правда невероятно благодарна тебе за помощь, — я имею в виду каждое слово и надеюсь, что он увидит мою благодарность на моем лице.

— Да, ну, это самое меньшее, что я могу сделать, раз уж я тебя спас. Я всегда скучаю по хорошим вещам, когда уезжаю, — он скрещивает руки на груди и хмурится.

— Я бы не назвал спасение Роуз от человека, который купил ее на аукционе людей, хорошим времяпрепровождением, идиот, — отчитывает его Рафаэль, что немного портит настроение Доминику, когда он понимает, как именно звучат его слова.

— Извини. В любом случае, эта леди Анетт сказала, что ты оставила сумку с подгузниками, и она хочет, чтобы ты позвонила ей, когда выйдешь из больницы и устроишься.

Майкл и Доминик придумали хитрую историю, чтобы объяснить мое внезапное исчезновение и отсутствие связи. Насколько известно Анетт, я сильно упала по дороге домой и провела последнюю неделю в больнице в Венеции, то теряя сознание, то не теряя его, прежде чем меня перевели обратно в Штаты. Доминик вмешался как обеспокоенный член семьи, которому было поручено привести Лиама ко мне, пока я буду восстанавливаться дома.

Доминик поворачивается к Майклу. — Что-нибудь еще, кузен? Я измотан и очень хотел бы вернуться домой и поспать всю следующую неделю.

Майкл не отрывает взгляда от Лиама, когда отвечает: — Езжай. Спасибо, Доминик.

— Пожалуйста, — он направляется к лифту, но останавливается и поворачивается. — Эй, я бы хотел зайти к этому малышу, когда немного отдохну. Знаешь, просто чтобы проверить его и убедиться, что Майкл не полный идиот, когда дело касается родительства.

— Пока, Доминик, — категорически говорит Майкл.

— Нам тоже пора, — предлагает Рафаэль, его тон торжественный. Майкл вздыхает и проводит своей большой рукой по светло-рыжим волосам Лиама и вниз по его лицу. Лиам пытается схватить его за пальцы, но получается слишком неуклюже и неловко. — Я знаю.

— Куда ты идешь? — спрашиваю я, понимая, что Рафаэль в этом уравнении имеет в виду Майкла.

— Наш папа хочет нас видеть, — отвечает Рафаэль.

— Снова? — вопрос вырывается, прежде чем я успеваю его остановить. — Извини, я не хотела, чтобы это прозвучало так.

— Все в порядке, Роуз, — Рафаэль улыбается мне. Странно, как он похож на Майкла… но и не совсем. Майкл носит волосы длиннее на макушке и короче по бокам, тогда как Рафаэль укладывает длинные и беспорядочные волосы вокруг лица. Если не считать прически, Майкл ведет себя определенным образом, который немного отличается от Рафаэля.

Неохотно Майкл возвращает мне Лиама. Ребенок какое-то время суетится, прежде чем устроиться у меня на руках. Палец приподнимает мой подбородок, и я смотрю в прикрытые глаза Майкла. Он наклоняется вперед и шепчет мне в губы: — Ты выглядишь чертовски сексуально сейчас, держа моего сына. Мне снова хочется оплодотворить тебя.

И вот мои яичники. Только