Стань моей стеной - Ксюша Иванова Страница 41

И только одна беда мучает — "усыпляя бдительность" Амирханова, я ведь показываю это же самое кино и Саше! И сейчас моя девочка думает, что я тут праздник закатил, когда она там страдает! Но это ведь не так! Это совершенно не так! И мне тут тоже хреново... Впрочем, мне теперь без нее везде хреново!

Хочется просто забить на отцовские стратегию и тактику и рвануть лоб в лоб в бой с Амирхановым! Отбить ее с Ромкой и просто не отдавать! Но здравый смысл подсказывает, что так мы и будем ее, как красное знамя, каждый тянуть в свою сторону... пока не сломаем! Тут надо с умом. А значит, делать так, как приказал отец, раз уж я сам пошел к нему за помощью.

Снизу, из гостиной, слышу крики Арса, разыскивающего меня. Наверное, девки стол накрыли и теперь зовут пить...

— Пошли? — Анжела подхватывает под локоть и тянет внутрь. — А то я замерзла жутко!

Как будто я ее на улицу к себе звал!

Спускаемся. Ох, е-мое! Устроившегося в кресле Мика облепили целых две девушки — сидят вроде бы пока на подлокотниках по обе стороны от него, но, судя по всему, каждая так и норовит скатиться к нему на колени. Он что-то расслабленно втирает им, лениво потягивая виски.

Две другие девчонки танцуют, красиво двигаясь в центре комнаты. А одна, наверное, самая хозяйственная, расставляет тарелки на наспех организованном столе. Ловлю равнодушный взгляд, брошенный на танцующих Арсом. Да, брат, ты, по ходу, сегодня в пролете... И это странно. Потому что обычно, в наших общих загулах именно Арс, как самый наглый и общительный, никогда не оставался без подружки.

Одна из девушек протягивает мне и Арсу бокалы с виски. И Арс тут же, не раздумывая и не чокаясь, выливает в себя содержимое своего!

— Ого! Всё настолько плохо? — пытаюсь посочувствовать явно страдающему другу.

— Не. Плохо это у тебя. У меня просто непонятная херня какая-то, — скалится друг.

— Настя послала? — пытаюсь проявить чудеса дедукции я.

— Чего-о? — он меняется в лице. — Какая-такая Настя? Даже имя это при мне не произноси! Иначе... я за себя не ручаюсь! У меня на работе неприятности! Ты ж отсутствуешь уже неделю, откуда тебе знать, что там у нас происходит. А я пашу за двоих...

— Рассказывай! — пытаюсь отвлечься от собственных проблем я.

— Хм, — он скептически смеривает меня взглядом. — Не думаю, что ты способен меня сейчас выслушать.

Задумчиво размешиваю лед в бокале со спиртным. Потом одним глотком выпиваю всю жидкость.

— А так?

— Так уже лучше. Но чтобы уравнять наши шансы, тебе придется еще пару бокалов принять... догнать меня, так сказать. Эй! Как там тебя? — машет рукой "хозяйственной". — Налей нам, пожалуйста!

Она приносит бутылку. Плещет нам, наливая очень ловко и на вид профессионально одинаково, а потом стукается с каждым из нас своим бокалом с шампанским и вдруг говорит:

— Любовь!

— Тост, что ли? — выпадает в осадок Арс.

— Имя мое. Чтобы ты ко мне словом "эй" больше не обращался.

В кресле со своего места неожиданно начинает смеяться Мик, ссаживая с колен двух обнаглевших подруг. И выпивая с Арсом следующий бокал, я с удивлением замечаю, как наш самый рассудительный друг направляется вслед за Любовью на мою кухню...

49 глава. Вадим

Не выдерживаю я примерно в полночь. Не знаю, что именно тому виной. То ли собственный неуклонно ползущий вверх градус. То ли методично напивающийся Арс, непривычно хмурый и неразговорчивый. То ли получивший резкий отказ от "хозяйки-Любочки" и этой неожиданностью ошарашенный Мик, теперь доказывающий всем (и себе в первую очередь), что женщин он соблазнять еще не разучился. Доказывает талантливо — как именно, хорошо слышно из моей гостевой спальни.

Не выдерживаю я в тот момент, когда мы молча курим на балконе с Арсом. Соседский двор освещен хорошо, и мы придирчиво рассматриваем его. В какой-то момент Арс говорит, уже с трудом шевеля языком:

— Идиот какой-то твоему Амирханову камеры устанавливал.

— Почему? — напрягаюсь я.

— Во-он та сторона от пустыря в обзор сто процентов не попадает. А там как раз крыша какого-то подсобного помещения.

То есть получается... Я мысленно прикидываю возможные варианты. И меня взрывает пониманием... Я вижу отсюда, что дверь на их балконе приоткрыта, а до балкона, если подтянуться вполне можно попробовать перебраться с крыши той самой постройки.

И я не могу больше раздумывать! Меня буквально разрывает на части от одной мысли, что, в принципе, я могу сейчас увидеть Сашу! И абсолютно не думая о том, что картина, которая может сейчас передо мной предстать, вполне вероятно не понравится, а возможно даже убьет меня... я несусь вниз, перепрыгивая через ступеньки!

— Вадим, ты куда? — из гостиной кричит Анжела.

— Дым, ты охерел, что ли? — свесившись с балкона, пьяно рычит Арс.

— Не вздумайте вмешаться! — отрывисто бросаю ему на бегу.

Я уже весь в этой идее! Да что там! Я уже держу Сашу в своих руках!

Кроссовком наступаю на стекло разбитого мною бокала. Мощную подошву прорезать оно не в состоянии, но впивается достаточно глубоко. Ближе к воротам притормаживаю и, нагнувшись пытаюсь вытащить обломок. В свете фонаря замечаю что-то необычное в пазу между тротуарными плитками. Пуговица? Поднимаю, разглядывая ее.

И я, естественно, могу сейчас ошибаться, но... Кажется, это с Сашиной куртки пуговица. Внизу и вверху у нее на куртке такие хлястики с пуговичками разноцветными были... Только как она здесь, в моем дворе оказаться могла? А вдруг... а вдруг приходила сюда, ко мне? Вдруг она там, у Амирханова, не по своей воле?

На высокий забор залетаю с разбега, осторожно перелезаю через острые шпили наверху, спускаюсь на крышу постройки, молясь, чтобы она выдержала мой вес. А дальше дело немного стопорится — с крыши до балкона далековато. Достать в прыжке невозможно — железная крыша вовремя моего разгона будет так громыхать, что пол улицы поднимет на ноги! А мне надо очень тихо...

Вернуться? Да конечно! Да ни за что на свете!

Осматриваюсь. Внизу к карнизу постройки, на которой я нахожусь, прислонена лестница. Осторожно подтягиваю ее. Хоть бы только спали все там, в доме! Охране меня не видно — они, насколько я успел заметить, обитают в небольшом домике у ворот. Да и сейчас, ночью, они неопасны для меня — темно, в обзоры камер я не попадаю... если конечно,