Сквозь волну (ЛП) - Хедли Таниша Страница 41

Малия испуганно вскрикивает и пытается натянуть на себя бикини, а я изо всех сил стараюсь прикрыть ее.

Моя челюсть сжимается, я быстро натягивая обратно шорты, ни на секунду не прерывая зрительного контакта с ним.

Шарль ухмыляется, явно наслаждаясь собой, его глаза сужаются на Малии.

— Очень стильно, Малия, — говорит он, в его густом акценте сквозит сарказм и яд. — Бросаешься на половину парней в этом турне. Такая шлюха.

Ее тело напрягается, я чувствую, как от нее исходит боль.

Внутри меня вспыхивает ярость, поворачиваюсь к Шарлю, стискивая челюсти, ярость кипит на поверхности.

— Закрой рот, — рычу я, сохраняя голос низким, но твердым. — Если ты хотя бы подумаешь о том, чтобы испортить ее репутацию, я позабочусь о том, чтобы ты оказался за решеткой за сексуальное насилие. — Я встречаю его взгляд, выражение лица жесткое. — Не забывай о том, что ты сделал. Для этого достаточно одного звонка.

Шарль моргает, на секунду я вижу, как в его глазах мелькает сомнение.

Ухмылка ослабевает ровно настолько, чтобы я понял, что он знает, что может произойти. Он выпрямляется, слегка взревев двигателем, словно пытаясь вернуть контроль над ситуацией.

— Да, точно, — бормочет он, пытаясь вести себя жестко, но в его словах нет настоящей уверенности. Глаза снова перебегают на Малию, но он быстро отводит взгляд, когда я слегка наклоняюсь вперед, а мои руки крепче сжимают ручки гидроцикла.

— Ты думаешь, я лгу? — говорю я, голос спокойный, но угрожающий. — Давай. Моргни в ее сторону еще раз, и я позвоню. Ты знаешь, что ты сделал, неужели думаешь, что я не доведу дело до конца?

Ухмылка полностью исчезает. Он понимает, что загнан в угол, что мои слова — не чушь. Он полусерьезно усмехается, больше пытаясь сохранить лицо, чем что-либо еще.

— Как скажешь, — ворчит он, сильнее заводя свой гидроцикл, явно чувствуя себя неловко. Он начинает выезжать из пещеры, бросив на меня последний взгляд через плечо. — Вы двое развлекайтесь, пока это длится.

Когда он уезжает, напряжение в воздухе, кажется, спадает, но я все еще киплю, наблюдая за тем, как он исчезает из виду.

Делаю глубокий вдох и поворачиваюсь к Малии, которая поспешно поправляет бикини, выражение ее лица потрясенное, но спокойное.

Протягиваю руку и нежно провожу большим пальцем по ее руке.

— Ты в порядке? — мягко спрашиваю я.

Она кивает, губы сжимаются в плотную линию.

— Я в порядке.

Она тихая, слишком тихая, и я ненавижу это.

— Принцесса, — обхватываю ее за талию и притягивая ближе, чтобы хоть как-то успокоить. — Что происходит в твоей голове?

Она не отвечает мне сразу, но я чувствую, как немного сдвигается, ее тело напрягается под моим прикосновением. После долгой паузы наконец говорит:

— А что, если он прав?

Ее голос тих, почти теряется под эхом воды, бьющейся о стены пещеры.

— В чем он прав? — спрашиваю я, прижимаясь поцелуем к ее шее.

— О нас, — признает она, ее голос дрожит. — Насчет… этого. Он сказал «веселитесь, пока это длится». А что, если это не продлится, снова, Коа? Что, если мы притворяемся, что это нечто большее, чем есть на самом деле?

Я чувствую вспышку досады, но не на нее, а на себя. В том, что она сомневается, виноват я, разрушивший ее доверие ко мне много месяцей назад.

Крепче сжимаю ее в объятиях, притягивая еще ближе к себе.

— Не позволяй ему так влезать в твои мысли.

Малия снова прижимается ко мне, я улавливаю, что сомнения все еще не покинули ее, грызут ее. Мучают.

— Но мы никогда не говорили, что между нами, Коа. И, может быть, это что-то. Может быть, он прав, и это… что бы мы ни делали…не продлится долго.

Я не могу сдержать низкий рык разочарования, который вырывается у меня. Она сомневается в нас из-за него, из-за меня, это выводит меня из себя.

Делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться, прежде чем ответить.

— Это не просто что-то, — твердо говорю я, касаясь губами ее уха. — Это реальность. Меня не волнует, что думает Шарль или кто-то еще. Все, что я знаю, — это то, что я хочу тебя, ты имеешь меня, и я никуда не уйду.

Малия молчит мгновение, она снова напрягается, ее руки крепче сжимают руль.

— Но откуда ты знаешь? Мы уже через многое прошли, и… что если этого недостаточно?

Ее голос немного дрожит, от этого у меня в груди все сжимается.

Прижимаюсь лбом к ее плечу, делая глубокий вдох.

— Потому что я знаю, что чувствую к тебе, Мэл. Я знаю, что это больше, чем просто интрижка. Меня не волнуют ярлыки и мнение окружающих. Я никуда не уйду. Ты должна мне доверять.

Она слегка сдвигается, поворачивает голову, чтобы снова взглянуть на меня.

— Но что если…

— Никаких «что если», — прерываю я ее, на этот раз мой голос звучит более уверенно. — Я здесь. Я не уйду. Больше не уйду.

Она молчит еще несколько секунд, опустив взгляд на свои руки. Я вижу, как в ее сознании идет внутренняя борьба, сомневаясь в том, что Шарль посеял.

Но постепенно ее тело начинает расслабляться, прижимаясь к моему.

Руки ослабляют хватку на гидроцикле, и она испускает дрожащий вздох.

— Я просто не хочу снова потерять тебя, — шепчет она.

— Не потеряешь, — обещаю я, крепче обхватывая ее руками. — Я здесь, Мэл. Мы не позволим какому-то французскому засранцу вроде Шарля решать, что у нас есть. У нас все хорошо.

Она еще немного медлит, прежде чем слегка кивнуть, спина наконец-то прижимается ко мне, ее доверие начинает просачиваться обратно.

— Хорошо.

Мне становится немного легче дышать, я чувствую облегчение от того, что ее напряжение спадает.

Целую ее в макушку и легонько подталкиваю.

— Ты готова уехать отсюда?

Малия кивает, снова заводя двигатель.

— Да…давай уедем отсюда.

Когда мы выезжаем из пещеры в открытый океан, она прижимается ко мне, тело расслабляется на фоне моего. Теперь все по-другому — возможно, она начинает доверять этому, снова доверять нам.

Уже позднее время, мы бродим по оживленному рынку, солнечные лучи падают на яркие разноцветные прилавки. Запах тропических фруктов и соленый морской воздух смешиваются, продавцы зазывают нас, пытаясь заманить к своим прилавкам.

Малия говорила о том, чтобы заполучить сметанное яблоко с тех пор, как мы приехали, что-то о том, насколько оно редкое у нас дома, и теперь мы отправляемся на поиски.

Я наблюдаю за тем, как она пробирается сквозь толпу, ее волнение бурлит каждый раз, когда она замечает что-то новое.

Она всегда была такой — любопытной, открытой, вникающей в каждую мелочь. Это одна из тех вещей, которые я люблю в ней больше всего.

Когда мы проходим мимо ювелирного магазина, замечаю, что она замедлила шаг. Смотрит на ожерелье в витрине — изящный набор жемчужин, подходящие серьги сверкают в солнечном свете. Она ничего не говорит, просто стоит на мгновение, любуясь тем, как свет отражается от гладких поверхностей.

— Красиво, да? — спрашиваю я, шагая рядом с ней.

Она смотрит на меня, ее щеки слегка покраснели.

— Да…у меня никогда раньше не было ничего подобного.

Я бросаю взгляд на жемчужный комплект, а затем возвращаю свое внимание к ней.

— Пойдем, найдем тот фрукт, о котором ты мечтала.

Мы продолжаем идти по рынку, проходя мимо ларьков, торгующих самыми разными вещами. Украшения ручной работы, плетеные корзины, свежие морепродукты. Вскоре я замечаю шипастый зеленый фрукт, который она так долго искала.

— Эй, Мэл, — окликаю я, махая ей рукой. — Нашёл.

Малия спешит ко мне, ее глаза загораются, как только она видит фрукт в моей руке.

— О боже, ты нашел его! — практически выхватывает его у меня из рук, улыбаясь от уха до уха.

Я тоже не могу сдержать улыбку, довольный тем, как волнами расходится ее счастье. Она смотрит на меня, прижимая фрукт к груди, словно нашла золото.