Обновление статуса - Аннабет Альберт Страница 41

И они говорили об Эдриане. «Эдриан никогда не позволил бы кому — то говорить так о тебе. Никогда». Ноа засунул бумажник обратно в карман.

— Забудь. Думаю, я поеду куда-нибудь ещё.

— Ладно, ладно. Можешь забирать место по той же цене. Не я виноват, что ты сбежал следом за мистером Свет-в-сапогах, но я не буду выгонять людей с твоего прошляпанного места.

— Нет, я уезжаю сам.

Голос Ноа дрожал, и ему пришлось быстро оттуда уйти. Он ненавидел конфликты. Но когда мужчина поставил Билли на место, у него расправились плечи и поднялся подбородок.

Может быть, когда он вернётся в Лэндвью, у него не будет выбора, кроме как принять гомофобию, но прямо сейчас он мог сделать эту маленькую вещь. Ради Эдриана, но и ради себя тоже. «Ты заслуживаешь лучшего». Ноа впервые воспользовался приложением со списком кемпингов, заметил маленькую радужную иконку рядом с иконкой дружелюбия к животным.

Его палец завис над кнопкой мыши. Мужчина не собирался становиться открытым геем никогда, никогда в жизни, но мог бы это сделать. Ноа мог быть честным с самим собой. Он кликнул иконку, а затем повернулся к Улиссу.

— Как насчёт того, чтобы поехать поближе к Моабу, малыш?

* * *

Через два часа телефон Ноа завибрировал.

«Ты доехал обратно безопасно? Уже голый в постели?»

Сообщение было дополнено несколькими анимации. Ноа не знал, что его телефон может такое показывать.

«Да, я снова в Юте, но что это за вопрос?» — написал он в ответ. Его нервы всё ещё звенели от перепалки с Билли. И Ноа не был и близок ко сну, а растянулся за обеденным столиком, оттеснив свои записи.

«Что? Слишком рано для сексэмэсок?»

Ноа не был уверен, что именно это такое, кроме того, что они были запрещены в Лэндвью. Никаких непристойных и похотливых текстовых или электронных сообщений.

Меньше двенадцати часов его каких-либо отношений на расстоянии с Эдрианом, и у мужчины было чувство, что он весь месяц будет благодарен, что дал ему свою не связанную с колледжем электронную почту. По крайней мере, этот телефон был его собственным, а не выдан школой.

Скользкая дорожка.

Ноа смотрел на свой телефон. Переписка заставляла его чувствовать себя старым и неуклюжим. Кроме того, что хорошего в праздничном бой-френде, если он не мог услышать его голос? Мужчина нажал кнопку вызова.

— Скучаешь по мне? Или будешь ворчать за шутку про сексэмэски?

Голос Эдриана был как тёплая вафля, прямо из тостера, готовая растопить все запасы Ноа.

— Я уверен, что слишком стар для этого, что бы это ни было. Ты не в доме своей мамы?

За окном он видел несколько автофургонов, увешенных рождественскими гирляндами.

Обычно от этого вида у него заболели бы зубы, но возможность поговорить с Эдрианом делала всё уютнее.

— Ты определённо не слишком старый для сексэмэсок. Это одна из льгот отношений на расстоянии.

— Я могу придумать несколько других.

Например, такие звонки. Они были бы бальзамом для изголодавшейся по компании души Ноа. Улисс крутился на диване перед кухней. Пёс был замечательным и держал мужчину в здравом уме, но это было не то же самое, что насыщенный смех Эдриана.

— Пиксель уже скучает по вам, ребята, — послышалось шарканье, будто Эдриан вытягивал свои длинные ноги. — Его совершенно достал мамин дом, и он не очень хочет сидеть в конуре, в которую я должен усадить его для перелёта.

— Как долго ты ещё будешь у мамы?

— Уезжаю завтра утром. В шесть утра у меня самолёт до Лос-Анджелеса. Я должен вернуться на работу во вторник, но, возможно, буду работать уже в самолёте и дома.

— Приближается крайний срок?

— Ага. Мы хотим закончить модуль с марсоходами для бета-тестеров к Рождеству. Наш подарочек для финансистов. Так что с этих пор и до двадцать четвёртого числа мой зад принадлежит «Кристофер Эксплорэйшен Индастриз».

— Ещё больше долгих недель?

— Да. Я уже позвонил и запланировал для Пикселя собачий детский сад два раза в неделю, чтобы он выбирался из дома. Иногда он может быть и со мной. Но этот следующий месяц будет отстойным, одна работа.

— Надеюсь, месяц не будет слишком плохим.

Подшучивать вот так было легче, когда между ними были мили дороги. Ноа мог смотреть в пустоту, ожидая, когда на него обрушится правильный ответ.

— Вот почему ты идеален для отвлечения. Возможность с нетерпением ждать Рождества — подарок для меня.

— Не знаю. Я мог бы принять за подарок гоночный модуль, — легко произнёс Ноа, но его кожа горела. Весь день он думал о том, что Эдриан мог бы сделать для него. Его мучило чувство вины, потому что казалось, будто парень делал ему одолжение или выражал сочувствие из-за его одинокого существования.

Ноа забыл, что тоже может ему что-нибудь предложить. Возможно ли, что парень нуждался в нём так же сильно, как он нуждался в Эдриане? Молодой человек работал с большим количеством людей, но, может быть, часть его была такой же одинокой.

— Можешь получить гоночный модуль. На самом деле, проверь позже свою электронную почту, я прислал тебе полный бета-доступ. Обновил твой профиль до «Основателя».

— Ты можешь такое делать? — «Основатели» были финансистами, предоставляющими больше тысячи долларов, которые получали особые дополнительные льготы и право голосовать.

— Эй, я даже не давал себе свой пользовательский ID!

— Не-а. В этом я умён, — рассмеялся Эдриан. — И не чувствуй себя слишком виноватым, я обновил профили обоих своих племянников до «Исследователей». Я не терял времени, пока ты ехал. Поездка была плохой?

— Нет. Не так ужасно.

Ноа действительно не хотел говорить об этом.

— Ты вернул своё любимое место?

— Эм-м… — Ноа оглядел маленькое помещение, но оно не содержало никаких ответов.

— На самом деле, мы с Улиссом решили попробовать новое место. Ближе к Моабу, чтобы у нас был доступ к мюсли и органическим продуктам.

— Ноа. Что случилось?

Конечно, Эдриан видел всё насквозь, несмотря на его шутки. Хоть они не так много времени провели друг с другом, парень, казалось, видел все маленькие уловки Ноа. И не только замечал их, но ещё и понимал. Он знал, что мужчина не из тех, кто пробует что-то новое из-за прихоти. Чёрт, Ноа по-прежнему сильно его удивлял.

— Старик Билли отдал моё любимое место другим, и остались только места впереди, и я подумал…

— Ноа. Ты бормочешь. Ты никогда не бормочешь. Что на самом деле произошло? — ещё больше шарканья, как будто Эдриан теперь сел. Ноа мог представить, как он