Одна из миллиона (СИ) - Левитина Наталия Станиславовна Страница 41

Прямо перед Полиной на гибком держателе, прикреплённом к краю ванны, висел айфон. На экране застыл уголок нью-йоркской квартиры Синтии. Американская подруга отлучилась за коктейлем. Мулатка вернулась в поле зрения с высоким запотевшим бокалом в руке, в нём плескался мохито — виднелся колотый лёд, листья мяты.

— У нас сегодня снова жарко. Конечно, уже не так, как было, когда приезжала ты, но всё равно. Солнце бьёт прямо в окна. Итак, на чём мы остановились?

— Я промыла мозг секретарше.

— Ой, Полинка, зря ты цепляешься к Варваре! Почему ты меня не слушаешь?

— Она поверила каждому моему слову, дурында. Сначала растерялась, потом расстроилась… Ты бы её видела! Хлопала своими голубыми глазищами, тупая курица!

— А потом Варвара пожалуется Глебу, и он тебе устроит.

— Она не пожалуется. Будет молча переваривать всё, что я ей сказала, страдать, мучиться… Я прямо это всё вижу.

— Полли, прекрати! Если Глеб на тебя разозлится…

— Сомневаюсь, что он что-то узнает! Почему только мне должно быть плохо? Пусть она тоже помучается.

— Тебе прям совсем плохо?

— А как же! У меня нет денег, на карточке практически пусто. Родители кидают ровно столько, чтобы не умереть с голоду. Я уже забыла о любимых ресторанах, переключилась на бюджетные. Ну, предки ещё дают на бензин и квартплату.

— Иными словами, родители полностью тебя обеспечивают, — с сарказмом уточнила Синтия.

— Обеспечивают! Как же! Еле выбила у отца денег на парикмахера и косметолога, это ж надо быть таким жадным! Каждую копейку приходится выпрашивать. Намекала мамашке устроить мне шопинг-терапию, у доченьки ведь сердце разбито! Новая сумочка, туфли, костюм очень бы меня приободрили. Но нет, нет. Маман проигнорировала мои намёки, она, типа, не въехала. Вот такие у меня родители!

— Ну, на Глеба ты тоже жаловалась. А как лишилась его, сразу поняла, что он был самым лучшим. Оценила по достоинству. Но было уже поздно.

— Ничего не поздно! Я этой курице ещё про беременность наплету.

— Да ты что?! Скажешь, что беременна?! Поля, не сходи с ума! Такими вещами не шутят!

— Я же не Глебу об этом скажу, а голубоглазой выдре. Чувствую, подействует. Она такая доверчивая! На лице всё написано, совсем маскироваться не умеет. Детский сад какой-то!

— Может, именно этим и зацепила Глебушку? Искренность, знаешь ли, подкупает.

— Может быть. Но я изведу эту подлую девку. Буду ей звонить и бить на жалость. Весь мозг ей исковыряю зубочисткой!

— Ой, Полли, вот зря ты всё это затеяла! Не ожидала, что ты такая злая.

— Меня обижают — я защищаюсь! Глеб поступил со мной бесчеловечно. Я пытаюсь отстоять своё место под солнцем… Слушай, ты говорила, что купила мне какой-то малюсенький подарочек. Покажи, а? Настроение совсем ни к чёрту. Порадуй бедную подружку.

Синтия несколько мгновений мялась, раздумывая.

— Пожа-а-а-а-луйста! — заканючила Полина.

— Ладно. Сейчас, подожди.

Синтия исчезла, а когда вернулась, на экране Полининого смартфона засверкал крупный бриллиант, расплескивая во все стороны радужные брызги.

— А-а-а-а-а-а! — закричала Полина. — Это же… Это же моё кольцо!

— Да! — торжествующе улыбнулась подруга. — Прикинь?

— Где ты его нашла?! Неужели вы с Дэйвом вскрыли канализацию в его пентхаусе?

— Не-а! Оно лежало в тумбочке у кровати. Ты, ворона, там его оставила.

— Оу-у-у-у-у! Боже, Синтия, это же хороший знак! Кольцо нашлось, значит мы с Глебом снова будем вместе.

— Ерунда какая, даже не выдумывай. Приезжай за кольцом в Нью-Йорк, это для тебя приманка. Или я привезу его в Австралию, когда мы с тобой туда отправимся.

— Ох, Синтия, тебя просто заклинило на этой Австралии.

— Не теряю надежды подцепить там загорелого и длинноволосого сёрфингиста-миллиардера.

— У тебя же есть очень загорелый баскетболист-миллионер. Он тебя уже не устраивает? Его загар чересчур интенсивен?

— Ох, Полли, я уже так устала от Дэйва. Всё чаще прихожу к мысли, что мы с ним из разных миров. Он постоянно долбит мне по мозгам своим мячом. Или включает рэп.

— А кто мне говорил, что я не ценю Глеба? А ты не ценишь Дэйва!

— Хм… А что, ты права, — засмеялась Синтия. — Похоже, я действительно перестала его ценить. Но я не хочу потом остаться, как ты, на бобах. Тут надо подумать.

— Не могу поверить, что кольцо нашлось, — с воодушевлением произнесла Полина. — Вот это удача!

— Скажи, хотя бы: спасибо, милая Синтия.

— О, спасибо! Я так обалдела от счастья, что забыла тебя поблагодарить.

Варвара

Утром в понедельник Глеба я не дождалась. Зато у подъезда сверкал массивными боками служебный автомобиль. Водитель Николай Викторович, крепкий пятидесятилетний мужчина с сединой на висках, кивнул мне:

— Привет, Варюшка. Глеб Николаевич велел тебя забрать.

— А мне ничего не сказал. — Я устроилась на сиденье и пристегнула ремень.

— Он звонил вчера в пять вечера. Сказал, что если не появится сегодня в восемь, то я должен доставить тебя на работу. Вот, не появился. Неужто до сих пор гоняется по лесу за зверушками? Нет, вряд ли. Наверное, приходит в себя, отсыпается, — засмеялся Николай Викторович. — Хотя, возможно, ещё и в город не вернулся. Может, застряли где?

Я уже имела дело с водителем — несколько раз ездила с ним по всяким поручениям. Мужчина он был приятный и весьма разговорчивый. К счастью, он и виду не подал, что удивлён распоряжением босса: с какой это радости секретарше оказываются подобные почести — персональное авто к подъезду?

Если бы сейчас взглядом или словом Николай Викторович намекнул, что догадывается о характере моих отношений с боссом, я бы впала в отчаянье. И так извелась за ночь, столько всего передумала.

Особенно переживала, действительно ли Глеб порвал с Полиной. А если они продолжают общаться? Вероятно, красавица-блондинка не понимает, что её поезд ушёл, она ещё на что-то надеется… Вдруг Глеб не сформулировал своё решение достаточно чётко? Мужчины ведь очень боятся истерик и готовы бесконечно откладывать сложный разговор…

После вчерашней встречи я взглянула на мои отношения с Глебом со стороны. И ужаснулась… Увы, я действительно похожа на одну из тех девиц, которые плотным роем вьются вокруг богатых мужчин. Таких девиц миллион, а я — одна из миллиона.

Да, вот бы Полина узнала, что именно я и являюсь той самой «маленькой пираньей», которую она мечтает выследить. Представляю, как бы она на меня накинулась, бр-р-р!

Утренней встречи с Глебом я ждала с трепетом. Во-первых, безумно по нему соскучилась, а во-вторых, хотела прочитать в его глазах, что все слова Полины — отвратительная ложь!

Мне, как и водителю, Глеб позвонил в пять вечера, а после этого звонков уже не было. Очевидно, мужчины приступили к заключительной части мероприятия — празднованию охотничьих побед и расслаблению в баньке.

Я представила моего рыцаря в бане — вот он стоит разгорячённый, окутанный паром, весь в берёзовых листиках… Голый, но в серой фетровой будёновке с красной звездой…

Боже, он прекрасен!

От этой картины по телу прокатилась обжигающая дрожь. Как чудесно прошла наша первая ночь! Она была наслаждением. При мысли о том, что со мной делал Глеб, щёки вспыхивали огнём, а в груди разливалась сладкая истома…

Да пошла к чёрту эта Полина! Всё она выдумывает, интриганка белобрысая! Я для Глеба — не очередной эпизод, а единственная и неповторимая. Он признался мне в любви, он смотрел на меня с восхищением!

— Эй, Варюша, ты чего? — удивился Николай Викторович.

— А?

— Подпрыгиваешь, как ужаленная.

Меня продолжало штормить — противоречивые чувства разрывали на части.

— Задумалась.

— О чём надо задуматься, чтобы так дёргаться? — хмыкнул водитель. — Кошмары мучают?

Мой кошмар — Полина.

— Отчёт не доделала, — замявшись, ответила я.

— Что ж ты так! Смотри, не подведи шефа. Он у нас классный.