Снова в школу (ЛП) - Чейз Эмма Страница 40

— Только если ты хочешь спрятаться за своим значком. В противном случае… Я просто угрожаю тебе.

— Что, черт возьми, здесь происходит? — кричит мисс Маккарти, подходя к нам, преодолевая напряжение одним своим присутствием.

Тирни отступает от Гарретта, его плечи немного опускаются.

— Я хочу расспросить Дэвида Берка о пожаре в Бэйгроув-парке. Мисс Карпентер возражает против того, чтобы я вытащил его из ее класса.

— У него нет ордера, — объясняю я. — У него нет разрешения от опекуна Дэвида.

Мисс Маккарти кивает.

— Я приведу Дэвида в свой кабинет. Мы поговорим там. — Она пристально смотрит на Тирни. — Все мы.

— Но, мисс Маккарти…

— Кэлли, — обрывает она меня. — За все годы, что ты меня знаешь, я когда-нибудь создавала у тебя впечатление, что я слабовольная?

— Нет. Нет, Вы не создавали такого впечатления.

— Ты действительно думаешь, что я позволила бы плохо обращаться с одним из моих детей? Кем-нибудь? — ее взгляд скользит по коридору, затем возвращается ко мне. — Эти маленькие засранцы — вся моя жизнь.

Я делаю вдох и медленно выдыхаю.

— Хорошо.

Я открываю дверь аудитории, и мы втроем идем по проходу. Я осматриваю сиденья.

— Где Дэвид?

Глаза Лейлы широко раскрыты и встревожены.

— Он… он ушел.

~ ~ ~

И вот так начинается охота на Дэвида Берка — собственного Билли Кида Лейксайда. Звонят родителям, выдается ордер на обыск в доме бабушки Дэвида, хотя он там больше не живет. В школе появляется еще больше офицеров, которые тащат друзей Дэвида в офис, чтобы допросить их. Слухи вспыхивают, распространяются и разрастаются — как огонь.

В социальных сетях появились сообщения о том, что Дэвида заметили в Нью-Йорке, когда он притворялся бездомным, а также, что он убил кого-то в парке и разжег огонь, чтобы сжечь тело. Были подзаголовки и ретвиты, подозрения по поводу слежки полиции и проникновения полицейских под прикрытием в школу. Но уже несколько дней — Дэвида нет.

В следующую субботу я остаюсь ночевать у Гарретта, а утром мы идем завтракать в дом его родителей. Там все трое братьев Гарретта.

— Ты что-нибудь слышала, Кэлли? Дэвид в твоем классе, верно? Ты знаешь, где он? — спрашивает меня Райан через кухонный стол.

— Она ничего не слышала, — отвечает за меня Гарретт.

— Кэлли? — Райан в данный момент меньше похож на старшего брата Гарретта и больше похож на полицейского, чем когда-либо прежде.

Жена Райана, Анджела, тоже это чувствует.

— Ты не на дежурстве, детка.

— Оставь ее в покое, Рай, — снова отвечает Гарретт, держа меня за руку под столом. — Она заботится о ребенке. Она расстроена.

— Если он ей небезразличен, она должна сказать мне, где он, — парирует Райан. — Это серьезное дерьмо. Вся улица могла сгореть дотла… дома… люди могли пострадать.

— Я не знаю, где он, Райан, — говорю я ему просто, потому что это правда. — Я ничего не слышала.

Райан откусывает кусочек рогалика и переводит свои карие глаза на Гарретта.

— Твои игроки знают, где он находится?

Гарретт пожимает плечами.

— Возможно. Но я не собираюсь их спрашивать.

— Почему нет?

— Потому что я не собираюсь заставлять их лгать мне.

Гарретт наклоняется вперед над столом.

— Ты уже не тот старый Райан, но должен помнить, как это было в школе. "Они против нас. Отрицай до самой смерти, кодекс чести подростка". Я гарантирую тебе, что каждый ребенок в этой школе знает, где сейчас Дэвид Берк… и я также могу гарантировать, что ни один из них не расскажет нам. Точка.

~ ~ ~

Уже вечером, после того как мои родители легли спать, около десяти часов, я получаю сообщение. Я дала всем детям свой мобильный, потому что они мои исполнители — я сказала им, чтобы они написали мне, если что-то случится, если они не смогут репетировать или им понадобится помощь.

Это Дэвид. Я на заднем дворе. Выйдете на улицу?

Я не шокирована тем, что он знает адрес моих родителей. Я вернулась достаточно давно, чтобы помнить, что все знают, кто и где живет в маленьких городах. Я выхожу через раздвижные стеклянные двери во внутренний дворик, и Дэвид появляется из темноты кустов, которые окаймляют двор. Он выглядит усталым, его светлые волосы слегка развеваются, и слишком сильное напряжение для человека его возраста отражается в его глазах.

— Дэвид… — вздыхаю я. — С тобой все в порядке?

Он пожимает плечами, заставляя себя улыбнуться.

— Со мной все в порядке. Но послушайте, мне нужна услуга. Я не могу доверять своим друзьям… они идиоты. Но, я собираюсь уехать на некоторое время… так что… могу я оставить своего ежика Вам? Вы позаботитесь о ней для меня?

Дэвид поднимает переноску в руке — клетку для хомяка — и ставит ее на столик во внутреннем дворике. Я замечаю комок черных и бежевых иголок в углу, выглядывающий из кучи разорванных газет.

— Ее зовут Писсер. (с англ. Зассанка)

— Писсер? — спрашиваю я.

Дэвид приподнимает одно плечо.

— Это казалось правильным. Она писает на меня каждый раз, когда я ее обнимаю.

— О. — Я киваю. — Ладно. Да, конечно, я позабочусь о ней для тебя. — Я сажусь в кресло и жестом приглашаю его сесть рядом со мной. — Ты хочешь что-нибудь поесть?

— Нет, я в порядке.

— Куда… куда ты отправишься?

— Там, где они не смогут меня найти. Может быть, в Северную Каролину или…

— Нет. Нет, послушай меня, ты не должен этого делать. Я останусь с тобой, хорошо? Мы пойдем вместе и объясним полиции, что ты этого не делал. Мы заставим их понять.

Дэвид смотрит на меня, и прожектор над ним придает его лицу бледное, землистое сияние, отчего он кажется еще более хрупким. Совсем ребенком.

— Но я сделал это, мисс Карпентер, — тихо признается он. — Я устроил пожар.

И такое чувство, будто меня ударили в живот. Потому что… мне это никогда не приходило в голову. Я была так уверена, что они ошиблись, просто окружив обычного подозреваемого. Дэвид, которого я узнала, добрый и талантливый, он защищает своих друзей. Я не могу представить его таким… разрушительным.

— О. — Я качаю головой. — Дэвид, но почему?

Он смотрит вниз, пиная камешек носком кроссовка, выглядя маленьким и потерянным.

— Я не знаю. Лучше бы я этого не делал. Я не знаю, почему иногда делаю то, что делаю.

И я просто хочу обнять его. Уберечь его, сказать ему, что все будет хорошо, и пусть это не будет ложью.

Он встает.

— Мне пора идти.

Я вскакиваю со стула.

— Нет, подожди, послушай меня. Дэвид, после… Это пройдет. Но выбор, который ты сделаешь прямо сейчас, повлияет на всю твою оставшуюся жизнь. — Я протягиваю ему руку, умоляя. — Пожалуйста, доверься мне. Мы можем нанять тебе государственного защитника или бесплатного адвоката — это означает, что они будут работать бесплатно. Я могу тебе помочь. Позволь мне помочь тебе.

— Они отправят меня в тюрьму, мисс Карпентер.

— Я знаю, что ты напуган, но ты не можешь бежать. Ты не сможешь убежать. От этого будет только хуже.

Он качает головой.

— Мисс Карпентер…

— Ты можешь быть кем-то, Дэвид. Так много ты можешь сделать со своей жизнью. Еще не слишком поздно, клянусь. Пожалуйста, не выбрасывай это. Другие дети смотрят на тебя снизу вверх — я увидела это в самый первый день. Они верят в тебя… И я тоже верю в тебя.

Его глаза смотрят в мои. И мне интересно, говорил ли ему кто-нибудь в его жизни когда-нибудь эти слова. Кто-нибудь остался с ним, поддержал его, или они все просто сбежали?

— Вы верите в меня?

Я киваю. И мой голос тверд, настойчив… Я хочу, чтобы он тоже в это поверил.

— Верю. Я думаю, что ты способен делать замечательные вещи. Какие-то невероятные вещи в твоей жизни. Тебе просто нужно… подождать, перевести дух… и сделать правильный выбор. Чтобы сделать лучше. И я буду рядом, чтобы помочь тебе.

— Вы обещаете? — нерешительно спрашивает Дэвид. С надеждой.

Я беру его за руку.