Фиктивный брак. Контракт на год. - Альма Смит Страница 4

— Итак, — Фатима отложила iPad и сложила руки на столе.

— Наше совместное проживание. Я считаю, нам нужны четкие правила во избежание недопониманий.

— Правила? — фыркнул он.

— У нас есть контракт. Там одно-единственное правило: через год мы разводимся.

— Контракт определяет конечную точку, а не процесс, — парировала она.

— Я составила список с правилами . Звучит громко, но, поверь, это сэкономит нам обоим нервы. — Она открыла папку и протянула ему лист бумаги.

Амир с недоверием взял его.

Правила совместного проживания:

1. Территория: Спальни являются личным неприкосновенным пространством. Вход только с разрешения.

2. Общие зоны (кухня, гостиная, спортзал): Использовать по назначению. После себя убирать.

3. Встречи с третьими лицами: За 24 часа предупреждать о визите гостей. Родители — исключение, но стараться предупреждать.

4. Финансы: Все общие расходы на быт (еда, услуги уборщицы, коммунальные услуги) делятся пополам. Я открыла для этого отдельный счёт. Реквизиты приложу.

5. Внешний вид: При нахождении в общих зонах быть одетым соответствующим образом.

6. Общение: Поддерживать нейтрально-дружелюбный тон. Переход на личности и выяснение отношений запрещены.

Амир смотрел на список, и его лицо всё больше хмурилось.

— Это что, армия? Или тюрьма строгого режима? «Соответствующим образом одетым»? — он с вызовом посмотрел на свою футболку.

— Тебя мой внешний вид смущает?

— Меня смущает отсутствие уважения к личным границам, — спокойно ответила она.

— Это мой дом на данный момент тоже. И я намерена чувствовать себя здесь комфортно. Правило номер пять как раз про то, чтобы не застать друг друга в неловкой ситуации. Думаю, это разумно.

— А кто будет следить за исполнением? Составлять протоколы нарушений?

— Мы взрослые люди, Амир. Дисциплина — это уважение к времени и пространству друг друга. Я не собираюсь тебя контролировать. Я предлагаю договориться о каркасе, который устроит обоих. Если у тебя есть возражения по пунктам — обсуждаем.

Она говорила так рационально и спокойно, что это бесило его ещё сильнее. Он ждал слёз, истерик, попыток манипулировать. Он был готов бороться с этим. Но как бороться с ледяной логикой?

— Ладно, — он отшвырнул листок на стол.

— Допустим. А как насчёт самого главного? Нашей… легенды для родителей? Они будут ждать звонков, визитов, совместных фото в инстаграме.

— Я уже это продумала, — она взяла iPad и сделала несколько свайпов.

— Вот наше общее расписание. Я внесла в него «романтические ужины» раз в неделю — мы можем приходить в одно и то же кафе, сидеть за разными столиками и делать по одному совместному фото для наших родителей.

Раз в две недели — воскресные обеды у твоих или у моих родителей. Мы приезжаем вместе, изображаем гармоничную пару в течение двух часов и уезжаем. В социальных сетях я буду тегать тебя в постах о книгах и искусстве, создавая иллюзию общих интересов. Тебе нужно будет делать репост.

Амир смотрел на неё с откровенным изумлением.

— Ты всё это продумала за одну ночь?

— Я провела стратегическое планирование, — поправила она его.

— Это эффективнее. Есть вопрос?

— Да, есть! — он наклонился через стол.

— Какого чёрта? Зачем тебе вся эта показуха? Ты получила то, что хотела — статус, доступ к ресурсам. Сиди в своей комнате и пользуйся всем этим. Зачем этот театр?

Фатима отложила планшет и посмотрела на него с лёгким сочувствием, как смотрят на нерадивого ученика.

— Потому что мой успех в этом году зависит от их уверенности в прочности нашего брака. Чем счастливее мы будем выглядеть в их глазах, тем больше привилегий и возможностей они нам предоставят. Чем больше возможностей у меня, тем больше я смогу достичь за этот год. Это не показуха, Амир. Это — инвестиция. В моё будущее после тебя.

Она встала, забрала свою чашку и отнесла к раковине.

— Я внесу твои правки в список с правилами , если они будут. А пока — добро пожаловать в наш брак. Сегодня вечером твои родители звали нас на ужин. Надеюсь, твои актёрские навыки не ограничились вчерашним днём.

Она вышла из столовой, оставив его наедине с идеально сервированным столом, списком дурацких правил и гнетущим ощущением, что он не муж в этом доме, а всего лишь младший партнёр по сделке. И его старший партнёр был чертовски хорош.

Глава 5. Ужин в раю.

Роскошный лимузин бесшумно подкатил к родительскому особняку. Амир чувствовал себя вещью, которую везут на очередную выставку. Он молча смотрел в окно, стараясь не смотреть на Фатиму.

Она сидела рядом, безмятежная и идеальная в своем лаконичном платье песочного цвета. От неё пахло тем же ледяным цветочным ароматом.

— Готова к спектаклю? — не удержался он, язвительно.

Она повернула к нему голову, её взгляд скользнул по его лицу, будто проверяя макияж.

— Я всегда готова. А ты? Советую расслабить челюсть. Ты выглядишь так, будто везёшь меня на казнь, а не на ужин с семьёй.

Дверь открыл сам Рашид. Его лицо светилось от счастья.

— Дети мои! Заходите, заходите! — Он обнял Амира, а затем, немного смущенно, почтительно поцеловал Фатиму в лоб.

— Красавица моя невестка!

Мама Аида уже ждала их в гостиной. Она расцеловала обоих, и её глаза блестели от слёз умиления.

— Ну как вы? Всё хорошо в доме? Ничего не нужно?

— Всё прекрасно, спасибо, папа, — голос Фатимы звучал тёпло и мягко, как будто это говорил совсем другой человек. Она взяла Амира под руку и нежно прижалась к его плечу. Он напрягся от неожиданности. Её прикосновение было лёгким, но обжигающе-фальшивым.

— Амир такой заботливый. Мне даже кофе утром приготовил.

Амир чуть не поперхнулся собственным слюной. Он бросил на неё взгляд, полный немого вопроса. Она в ответ лишь невинно улыбнулась и крепче сжала его руку, словно говоря:

«Играй, глупец».

Ужин проходил под аккомпанемент восторженных вздохов его матери. Фатима была бесподобна. Она скромно опускала глаза, когда обращались к ней, отвечала умно, но не многословно, хвалила блюда и ловила каждый взгляд Амира, чтобы улыбнуться ему самой нежной улыбкой. Она разыгрывала роль влюблённой и счастливой невесты с оскаровским мастерством.

Амир чувствовал себя деревянной куклой. Он клевал еду вилкой и пытался хотя бы иногда улыбаться.

— Знаешь, сынок, — сказал Рашид, откладывая нож.

— Теперь, когда у тебя есть