Твоя пустота - Айрин Крюкова Страница 4

Я поднялась на самый верхний ряд и села рядом.

— Привет, — тихо прошептала она с улыбкой.

— Привет, — ответила я, стараясь скрыть свой смятённый голос.

— Я уже думала, что никого нормального тут нет, — фыркнула она и закатила глаза.

— А что, все уже подружились? — удивилась я.

— Представь себе! И поверь, тут такие стервы собрались, что мама не горюй, — с тихой злостью сказала она.

Я не сдержала улыбку.

— Ты прикольная, — честно сказала я.

— Рада, что заметила, — подмигнула она.

— Как тебя зовут? — спросила я, уже чувствуя, как немного отпускает.

— Джаконда. А тебя?

— Ария. Ария Уитли.

Джаконда улыбнулась, взгляд у неё был уверенный, дерзкий. Красивая, яркая, с длинными тёмными волосами, выразительными глазами и взглядом, в котором читалась уверенность в себе. Она явно не из тех, кто позволит себя обидеть.

И в этот момент я впервые за утро почувствовала, что, может быть, всё не так плохо. Пусть даже внутри у меня хаос из воспоминаний, боли и неясных чувств к Мэддоксу.

Сердце всё ещё бешено колотилось после этой встречи, но я старалась не показывать. Не хватало ещё, чтобы Джаконда решила, что я какая-то нервная дурочка.

Лектор начала говорить, а я уставилась в тетрадь, делая вид, что конспектирую. Но честно? Я даже не слышала слов. В голове крутились только его глаза. Его голос. Его фигура. Его имя.

Мэддокс.

Как это возможно, что одна случайная встреча способна так разорвать душу?

Старалась сосредоточиться на преподавательнице. Женщина была строгая, говорила быстро, уверенно, что-то о структуре курса, о том, как будут проходить лекции, какие требования. Но для меня это всё звучало глухо, как будто под водой.

— Ты чего такая бледная? — наклонилась ко мне Джаконда, шепча. Её голос был мягкий, но с лёгкими насмешливыми нотками. — Ты вроде не умереть сюда пришла, а учиться.

Я выдавила улыбку.

— Да так… просто утро тяжёлое.

— Парень какой-то довёл? — прищурилась она, словно читала меня насквозь.

Я чуть не поперхнулась воздухом. Вот это попадание.

— Можно и так сказать, — тихо призналась я, отворачивая взгляд.

— Уже? Первый день, а ты уже кого-то успела приметить? Быстрая ты, подруга, — усмехнулась Джаконда и подмигнула.

Я вздохнула.

— Это долгая история.

— Ну ты мне потом расскажешь. Я люблю такие истории, — прошептала она.

Я кивнула. Мне даже стало немного легче от её слов. Как будто впервые за эти часы кто-то проявил ко мне настоящую доброту.

Лекция тянулась бесконечно. Я пыталась записывать, но буквы прыгали перед глазами. Иногда Джаконда что-то быстро комментировала, подкалывала других студентов, тихо шутила надо мной, чтобы отвлечь. И это действительно помогало.

Когда наконец прозвенел звонок, я выдохнула.

— Ну что, пошли? Я тебе покажу, где тут кафе нормальное. Всё равно между парами время есть, а ты явно в себя не придёшь, пока не выпьешь кофе.

Я улыбнулась.

— Ты меня спасаешь. Я уже думала просто в угол забиться и сдохнуть от стресса.

— Нифига! Ты моя подруга теперь. Мы с тобой будем держаться вместе. Тут одни сучки, я тебе отвечаю, — Джаконда подмигнула, встала и взяла меня за руку.

Мы вышли в коридор. Внутри было шумно, студенты болтали, смеялись, кто-то стоял у стен и что-то обсуждал. Я ловила на себе взгляды новых лиц, равнодушных или любопытных. Но мне всё равно было не по себе.

Я боялась одного - снова его увидеть.

Мы шли по коридору, и Джаконда рассказывала про преподавателей, про то, кто с кем встречается, про какие-то дикие истории с прошлых лет. Она умелв отвлечь. Я невольно ловила себя на том, что слушаю её с интересом.

— Ты классная, Джаконда, — сказала я вдруг.

Она улыбнулась так искренне, что мне стало тепло.

— Ты тоже. И не смей грустить из-за какого-то козла, ясно? Кто бы он ни был.

Я кивнула. Хотя в душе понимала: всё не так просто.

Это Мэддокс Лэнгстон.

И от этого имени моё сердце всё ещё стучало так, будто вот-вот вырвется наружу.

Джаконда привела меня в кофейную.

Я едва успевала за ней, она шла быстро, уверенно, будто вела меня в святая святых студенческой жизни.

— Ты уже нашла места, где можно посидеть? — удивлённо вскинула бровь я, окидывая взглядом уютное помещение.

Она ухмыльнулась, и в её тёмных глазах блеснула задорная искорка.

— Я пришла на час раньше и успела осмотреть территорию.

— Да ты нечто! — восхищённо выдохнула я.

Мы зашли внутрь. Запах свежемолотого кофе, горячего молока, корицы и ванили окутал меня, как мягкий плед. Шум кофемашины сливался с приглушённым гулом голосов. Глаза разбегались от витрины, где ровными рядами выстроились круассаны, маффины, чизкейки и мои любимые пончики, блестящие глазурью.

— У нас есть ровно час до начала занятий, — Джаконда мельком глянула на экран телефона.

— Класс! Давай посмотрим, что тут у нас, — с энтузиазмом ответила я, подходя к кассе.

Мои глаза загорелись, когда я увидела шоколадные пончики, с аппетитными каплями глазури, словно только что вынутые из печи.

— Это место должно стать нашим постоянным убежищем, — хмыкнула я, облизывая губы в предвкушении.

— Как скажешь, подруга, — усмехнулась она.

Мы сделали заказ: она взяла крепкий американо и хрустящий круассан, а я капучино с пенкой и свой пончик. Свободный столик у окна будто ждал нас. Сели. На улице моросил лёгкий дождь, капли стекали по стеклу, размывая картинку двора.

Я откусила пончик, чувствуя, как сладость тает во рту, и закрыла глаза на секунду от удовольствия.

— Так, давай, колись, что это за парень? — спросила Джаконда, и я сразу поняла, что она про Мэддокса.

Я поставила чашку на стол, вдохнула поглубже. Почему говорить об этом так тяжело?

— Ну… был один парень в нашей школе. Мэддокс Лэнгстон. Я… я любила его. Глупо, безответно, но всей душой.

Слова давались с трудом. Сердце будто заныло воспоминаниями.

— Я бегала за ним как тень. Он знал о моих чувствах. Знал и… презирал. Он никогда не замечал меня, не смотрел. Будто я воздух. А я… боготворила его.

Джаконда слушала внимательно, её лицо стало серьёзным.

— Он переехал в другой город. Для меня это было как конец света. Знаешь, сердце тогда реально разлетелось на куски.

— Чёрт!