Разрушь меня - Бьянка Коул Страница 38

— Даже когда я угрожаю тебе вазами?

Редкая искренняя улыбка появляется на его лице. — Особенно тогда. Твой огонь влечет меня, как мотылька на пламя.

Я снова целую его, на этот раз мягче. — Я все еще злюсь на тебя за сегодняшнее утро.

— Я знаю. — Его руки скользят вниз к моей талии. — Позволь мне загладить свою вину.

— Как именно ты планируешь это сделать? — Я провожу пальцами по его шелковому галстуку, ожидая чего-то изысканного и чрезмерного, поскольку это Дмитрий.

— Как насчет того, чтобы заказать что-нибудь на вынос и посмотреть фильм?

Я моргаю, уверенная, что, должно быть, ослышалась. — Прости, что?

— Еда на вынос. Фильм. Все. — Его губы изгибаются в улыбке от моего очевидного шока. — Если только ты не предпочитаешь обед из пяти блюд в Le Bernardin?

— Нет, просто... — я изучаю его лицо, ища подвох. — Ты не производишь впечатления любителя поесть еды на вынос и посмотреть в кино. Я полагала, что твоя идея загладить свою вину заключалась бы в том, чтобы пригласить меня на ужин в Париж или выкупить целый ресторан.

— Я могу сделать это, если ты хочешь. — Его большой палец рисует круги на моем бедре. — Но я подумал, что, возможно, мы могли бы попробовать что-то... Нормальное. Если только великая Наташа Блэквуд слишком утонченная для китайской кухни и Netflix?

— Ты знаешь, как пользоваться Netflix? — Я не могу не поддразнить его.

Он смотрит на меня наполовину удивленно, наполовину раздраженно. — Я бизнесмен, а не пещерный человек. Я действительно знаю, как работают современные технологии.

— Ты мог бы одурачить меня этими авторучками, которыми ты настаиваешь использовать. — Я хлопаю его по груди. — Но ладно, мистер Иванов. Удивите меня своим опытом в выборе еды на вынос. Что мы будем заказывать?

— Недалеко отсюда есть отличный сычуаньский ресторан. Их лапша дан дан на удивление аутентичная.

Я поднимаю бровь. — Ты ешь лапшу дан дан? Из ресторана на вынос?

— В это так трудно поверить?

— Честно? ДА. Я представляла себе, что ты выживаешь исключительно за счет икры и душ своих конкурентов по бизнесу.

Его смех застает меня врасплох, потому что он глубокий и искренний, совсем не похожий на его обычный контролируемый смешок. — У тебя богатое воображение, куколка.

— На самом деле звучит идеально. — Я устраиваюсь на диване, пока Дмитрий делает заказ еды по телефону.

— Что ты хочешь съесть? — спрашивает он, садясь рядом со мной.

Я выхватываю телефон из рук Дмитрия, игнорируя его поднятую бровь. — Дай мне взглянуть на меню.

— Конечно, можешь воспользоваться моей личной собственностью. — Его сухой тон заставляет меня усмехнуться, когда я прокручиваю варианты.

— О, у них есть клецки для супа. И мапо с тофу. И… Боже мой, эти хрустящие зеленые бобы с чесноком. — Я быстро нажимаю на товары, добавляя их в корзину. — Нам, очевидно, нужна лапша дан дан, о которой ты упомянул. И эти булочки со свининой. И, конечно, курочка кунг пао.

— Еды хватит на шестерых, — указывает Дмитрий, заглядывая мне через плечо.

— Мне нравится разнообразие. — Я добавляю к заказу оладьи с зеленым луком. — К тому же, остатки — лучшая часть китайской еды навынос.

Он смеется — снова настоящим смехом, а не своим хихиканьем в зале заседаний. — Ты серьезно собираешься все это съесть?

— Наблюдай. — Добавив яичных рулетов и горячего кислого супа, я возвращаю ему телефон. — Я ничего не ела с завтрака, благодаря тому, что кое-кто выпроводил меня сегодня утром.

— Замечание принято. — Он берет телефон, поднимая брови при виде общей суммы. — Хотя это похоже на заговор мести с помощью димсам.

— Боишься, что я обчищу твою черную карту? — Я поддразниваю.

— Никогда. — Он подтверждает заказ. — Я просто надеюсь, что ты готова выполнить его. Я ожидаю увидеть, как ты попробуешь каждое блюдо.

— Вызов принят, Иванов.

Он выглядит таким неуместным, но при этом чувствуется прямо здесь, в моем пространстве. Наш зрительный контакт затягивается, и я уверена, что вот-вот взорвусь, если мы не перестанем пялиться друг на друга. Прочищая горло, я беру пульт от телевизора. — Итак, какие фильмы ты смотришь? Дай угадаю, документальные фильмы о враждебных поглощениях?

Дмитрий ослабляет галстук, смещаясь, и его бедро касается моего. — Я посмотрю все, что хорошо сделано.

— Правда? У великого Дмитрия Иванова нет предпочтительного жанра? — Я тянусь к пульту, просматривая предложения Netflix.

— Качество есть качество, независимо от жанра. — Он кладет руку на спинку дивана, его пальцы рассеянно играют с прядью моих волос. — Хотя я подозреваю, что у тебя на уме что-то конкретное.

— Я действительно люблю хорошие триллеры. — Я прикусываю губу, обдумывая наши варианты. — Что-то, что заставляет тебя гадать до конца. Такой, который заставляет тебя подвергать сомнению все, что, как тебе казалось, ты знал.

— Подходит. — Его губы изгибаются. — Учитывая твою склонность подвергать сомнению все, что я говорю и делаю.

— Кто-то же должен держать тебя в напряжении. Я прокручиваю раздел "триллеры", остро ощущая, что его пальцы все еще играют с моими волосами. — Как насчет Игры? Майкл Дуглас, исполнительный директор корпорации, таинственная игра, которая переворачивает его жизнь с ног на голову...

— Пытаешься мне что-то сказать? — В его голосе слышится нотка веселья, которую я начинаю узнавать.

— Я просто хочу посмотреть, как такой помешанный на контроле человек, как ты, отреагирует на то, что кто-то другой теряет контроль.

— Правда? — Его рука скользит от моих волос к затылку, заставляя мое сердце биться быстрее. — А я-то думал, ты уже достаточно насмотрелась на то, как я теряю контроль.

Я ухмыляюсь в ответ на его комментарий. — Это... другое. Речь идет о психологических манипуляциях, паранойе, сомнениях в реальности...

— Все, с чем я хорошо знаком в своей работе. — Он притягивает меня ближе, его теплое дыхание касается моего уха. — Включай фильм, куколка.

Я нажимаю кнопку воспроизведения на пульте, но голос Майкла Дугласа сливается с фоновым шумом, поскольку пальцы Дмитрия продолжают свой сводящий с ума путь по моей шее. Знакомая вступительная сцена расплывается у меня перед глазами — я смотрела этот фильм как минимум три раза. Тем не менее, я не смогу рассказать ни единого сюжетного момента, даже если бы от этого зависела моя жизнь.

Стук в дверь заставляет меня подпрыгнуть. Точно. Еда.

Я пытаюсь встать, но рука Дмитрия на моем бедре останавливает меня. — Останься.

— Ты же знаешь, я сама могу открыть свою дверь.

— Я в курсе. — Он поднимается одним плавным движением, расправляя свою и без того идеальную рубашку. — Но ты этого не сделаешь.