Прошлое между нами - Нина Аморес Страница 37

Мои мысли разогнал телефонный звонок. Взглянув на экран мобильного я увидела имя «Анатолий».

— Алло, — проговорила я.

— Привет. Как дела? Ты уже доехала?

— Доехала, все нормально, — не понимая для чего, я старалась быть с ним любезной, хотя была откровенно не в восторге от его звонка.

— Ты чем-то расстроена? — встревоженно спросил Анатолий.

Мне хотелось прошипеть ему в трубку, что не хочу с ним разговаривать, ведь мы с ним уже обо всем давно договорились, но тут же вспомнила, что кроме него мне в новом, таком желанном и одновременно чужом городе, даже не с кем поговорить, а значит, чтобы не быть совсем одной, я подумав, стала более вежливой.

— Нет, все в порядке, — слукавила я, — просто устала с дороги.

— Понимаю, на улице такая жара, что все вокруг плавится. Я же предлагал отвезти тебя, а ты уперлась, нет и все, а теперь страдаешь.

— Да, предлагал, твоя правда, но у тебя свои дела, и я не хочу, и не буду отнимать твое время.

— Юля, ты же знаешь мое отношение к тебе, так зачем говоришь такую чушь?

— Толя, давай не будем об отношении и всем остальном.

— Хорошо, хорошо, помню. Не буду спешить, прости.

— До свидания, — бросила в ответ я, и не дожидаясь обратной реакции, нажала кнопку завершения вызова.

— Где же он был со своей заботой все эти годы, а Феликс? — задумчиво обратилась я к коту. — Он был занят семьей. У него не было времени вспоминать обо мне. Ему так удобно, потому что вот есть я, проснулись какие-то воспоминания и захотелось новых ощущений, а если жена поманит к себе пальцем, как он все бросит и поедет к ней. А Юля останется, как и в прошлый раз, при своих интересах. Но в отличие от настоящего времени, когда-то я его любила, а теперь он мне никто. Абсолютно. И каждый раз, когда я его слышу и вижу, то вспоминаю о его предательстве и пережитых собственных страданиях из-за той ситуации. Он давно чужой мне человек, а общаюсь я с ним лишь потому, что мне так удобно именно в этот момент. Вот и вся химия. Дважды в одну реку заходить — это не для меня, тем более, после стольких лет разлуки. И вообще, мне надо думать о работе, ведь именно ради нее я сюда и приехала, а никак не ради мужчин, от которых все равно нет никакого толку, только потерянное время, надежды и чаяния. Завтра мне точно будет не до этого, ведь завтра я начинаю новую жизнь, полную новых знакомств с интересными людьми!

‌Москва встретила меня приветливо и ласково. Но первые две недели были адскими. Мне оставалось только ночевать на работе. Выходя утром в 7:00 из квартиры, я возвращалась ближе к полуночи, это при том, что официальный рабочий день продолжался до 20:00.

Я изучала личные дела и пыталась определить «кто чем дышит» в коллективе. На кого можно положиться, а кого наоборот — нужно остерегаться.

Стоит отдать должное — Даниил Давидович помогал мне разбираться со всеми трудностями в работе, и почти каждый день, оставался со мной после закрытия банка, чтобы помочь. Это было благородно с его стороны и бесценно для меня, ведь я не надеялась на такую поддержку чужого человека в не менее чужом городе.

Время летело и, откровенно признаюсь, что за две недели каторжного труда, я отметила, что дела начали налаживаться. Коллеги, язык не поворачивался называть их подчиненными, прислушивались ко мне и советовались, а еще уважали и понимали, по крайней мере такими были наши рабочие отношения.

За две недели прожитых в столице я начала чувствовать, как силы мои тают с каждым днем. Оно и неудивительно, отсутствие режима и бессонные ночи давали себя знать.

— Юля, что-то ты плохо выглядишь, — как-то по видеосвязи «поддержала» меня Анжелика. — Работа в столице не идет тебе на пользу. Бледная как поганка с темными кругами под глазами. Тебе срочно надо отдохнуть.

— Спасибо, дорогая, — искренне радуясь поддержке подруги, говорила я, — не расстраивайся, я обязательно исправлюсь, еще неделя и я войду в нормальный ритм, и смогу отдохнуть, вот увидишь.

— Договорились, — радостно отозвалась в ответ Анжелика, и начинала рассказывать мне о достижениях маленького сыночка и несчастье в личной жизни.

Мне очень хотелось ей помочь, но кроме поддержки на словах, я ничего не могла ей предложить, и чувствовала за это вину.

— Слушай, Юль, — будто проснулась подруга, — так что ты решила с Толиком? — серьезно спросила она.

— Ну, а как ты думаешь, что я решила?

— Даже не знаю, — растерянно пожимала Анжелика плечами.

— Я, скажу честно, в один момент заколебалась — дать ему шанс, или нет, но взвесив все за и против, я все же решила оставить между нами все как есть…

— То есть — никак? — опередила меня с ответом подруга.

— Именно, — кивнула я, — чувства уже давно прошли, а возвращать их я не собиралась, хотя, откровенно признаюсь, иногда думала об этом.

— Это от безысходности, — поддержала меня подружка. — Тебя можно понять, одинокость — страшная вещь. Вот если бы у тебя был ребенок или семья, то ты бы и мыслей таких не допускала, а так, что тебе еще остается, если не активный поиск единственного и неповторимого.

— Нет, это не так, — возразила я, — никогда не имела статуса активного поиска. Как ты могла такое подумать?

— Извини, Юля, если ошибаюсь, но мне так показалось. Да и что тут такого, что ты хочешь найти свое счастье.

— Пожалуй ты права. Просто не всегда хочется признавать то, что есть на самом деле.

— У тебя все будет прекрасно вот увидишь, — уверенно сказала Анжелика.

— Спасибо за поддержку, подруга…

Следующие дни я пыталась прислушаться к своему организму и уменьшить нагрузку на него. Если с нагрузками все более-менее удавалось, то с самочувствием было почему-то совсем скверно. Постоянные головокружения, шум в ушах, низкое давление, а в последнее время еще и тошнота — были для меня тревожными сигналами, ведь раньше подобных состояний у меня не наблюдалось.

Жирной точкой стало то, что прямо на рабочем месте, во время совещания, на глазах коллег, я потеряла сознание так, что меня с трудом привели в чувство. Ничего не скажешь — отличный начальник отделения банка. В обморок обвалилась как кисейная барышня.

Конечно, прибыв на вызов прямо в банк скорая забрала меня в больницу.

После осмотра нескольких врачей и взятых анализов, люди в белых халатах разводили руками, ведь