Там, где танцуют дикие сердца - Виктория Холлидей Страница 35

и заставляю себя не придавать этому значения. Мое внимание к этой малолетке уже зашло слишком далеко. Чтобы отвлечься окончательно, я достаю телефон и набираю номер, который давно не использовал. Оформляю заказ, подтверждаю время и адрес, и к тому моменту, как открываю дверь квартиры, у меня уже есть свидание на вечер, и стопроцентное решение проблемы, возникшей этажом ниже.

Я бросаю ключи и телефон на столешницу и иду в ванную. С меня уже снято все, кроме боксеров, когда раздается звонок в дверь.

Ну нихуя себе, пунктуальная.

Я провожу рукой по свежеподстриженным волосам, скорее всего, только что их взъерошил, и иду открывать, и тут передо мной возникает зрелище, которого я никак не ожидал. Вид, который я изо всех сил пытался вытравить из головы, теперь возвращается в десятикратном размере, пока я не кладу ладонь чуть ниже живота, на всякий случай.

— Мисс Кастеллано. Чем могу быть полезен?

Она стоит в дверях несколько секунд, молча. Глаза широко распахнуты, будто она изо всех сил старается смотреть только мне в лицо. И у нее это получается... настолько, что она начинает выглядеть слегка безумной. А может, и пугающе.

Я пробую еще раз:

— Контесса? Тебе что-то нужно?

— Я… эм… я…

Обычно, когда вижу кого-то в таком ошарашенном и сбитом с толку состоянии, я ощущаю себя, как последний победитель. Это значит, я держу ситуацию в руках. Застал врасплох. Но вот видеть Кастеллано с раскрасневшимися щеками и заплетенным языком вызывает у меня только одно, меня моментально накрывает с головой. Все тело охватывает жар. Полная, блядь, противоположность тому, чего я пытался добиться. По крайней мере, с ней.

— Да?

Она сглатывает, почти захлебывается.

— Я просто… пришла проверить, все ли с тобой в порядке, — быстро выпаливает она. — Я… я слышала выстрелы. Раньше. И… Ну, я знала, что ты был в барбершопе, а выстрелы, вроде как, оттуда… — Ее щеки заливает краска.

— Ты что, следила за мной? — говорю я низким, глухим голосом, намеренно игнорируя вопиющую двуличность этих слов.

— Нет! — Она краснеет еще сильнее. — Я танцевала, и…

Пока она тщетно подбирает слова, я понимаю, что совершаю ровно тот же грех, за который минут тридцать назад пустил пулю в башку какому-то мудаку. Член наполняется кровью, наливаясь до предела.

— Я просто услышала выстрелы, вот и все, — выпрямляется она, собираясь с мыслями. — Я пришла узнать, все ли с тобой в порядке.

Наконец ее взгляд опускается, сначала на мой торс, потом на боксеры, потом на голые бедра. Она резко мотает головой и театрально пожимает плечами.

— Ну, судя по всему, ты в порядке. Так что… все хорошо. Не буду мешать тебе… ну… чем бы ты там ни занимался.

Она поворачивается ко мне спиной и чуть не оступается на ступеньке, но тут же замирает. Ее взгляд резко сужается, когда она замечает что-то у подножия лестницы.

Я не упускаю того момента, когда костяшки на ее пальцах белеют, она вцепляется в перила так, будто это единственное, что ее держит. Я чуть высовываюсь из дверного проема, и сразу понимаю, что заставило Кастеллано остановиться.

Моя девушка по вызову.

Кастеллано резко разворачивается ко мне, лицо натянуто, как струна.

— Очевидно, ты действительно в порядке.

Я не сдерживаю улыбку.

— Спасибо, что зашла проверить.

Она опускает взгляд и с осторожностью начинает спускаться по ступенькам.

Карина смотрит на меня снизу вверх с приподнятой бровью. Не в первый раз она идет вслед за «разогревом». Вот только если бы это действительно был просто разогрев… Я перевожу взгляд за ее спину, на темную улицу.

— Уже поздно, — говорю я в спину Кастеллано. — Мой водитель ждет снаружи. Он отвезет тебя домой.

И вот тут Кастеллано меня удивляет.

— О, — весело говорит она, оборачиваясь и обезоруживая меня широкой, ослепительной улыбкой. — Я не домой.

Она переводит взгляд на Карину, потом снова на меня.

— Приятного вам вечера.

Открывает дверь в студию, и я непроизвольно хмурюсь. Почти семь вечера... Тренировка же у нее уже закончилась? Или нет? Может, она возвращается, чтобы переодеться и пойти куда-то еще?.. Эта мысль царапает что-то в моем мозгу. Остальные девчонки, что выходили раньше, были одеты... ну, скажем так, они были не против, чтобы их сняли. Они явно собирались в люди.

Карина подходит ко мне, окутывая облаком «Opium»10.

— Добрый вечер, синьор Бернади, — мурлычет она низким, хрипловатым голосом и целует меня в щеку, задерживаясь достаточно долго, чтобы тепло ее губ вернуло меня туда, где я должен быть.

Она переплетает пальцы с моими и тянет меня внутрь квартиры, захлопывая дверь пяткой. Я косо смотрю на открытую дверь в ванную с легкой тоской. Наверняка на лице и пальцах остались брызги крови. Но Карина уже видела всякое. У людей нашего круга язык за зубами, когда это действительно нужно, но что касается секса, тут они себя ведут так, будто каждый из них, блядь, Руперт Мердок11. Я ведь знаю, что я у нее далеко не первый. Женщина, заработавшая себе яхту.

Я тоже пинаю дверь ванной, чтобы захлопнуть. Помоюсь утром.

Ровно час спустя, и я испытываю еще один новый опыт.

Я извиняюсь перед шлюхой за то, что у меня не встал.

И теперь я сам себе клянусь, что она слишком, блядь, хорошо связана, чтобы это было удобно.

— Я не возьму с тебя денег, детка, — протяжно говорит она, разворачиваясь ко мне спиной, чтобы я застегнул молнию на ее платье.

Я сверлю ее взглядом:

— Возьмешь. Потому что здесь ничего такого не произошло, ясно? Я тебя трахнул. Я тебе заплатил. Все.

У нее дергается бровь.

— Бенито… — Она приседает, наклоняясь ко мне лицом. — Кто эта девочка?

Русский акцент у нее густой, как студень.

Я расправляю плечи.

— Какая девочка?

— Та, что была здесь, когда я пришла.

Я делаю вид, что хмурюсь.

— Здесь не было никакой девочки, когда ты пришла.

Она склоняет голову набок. Если есть хоть одна вещь, которую мужчина никогда не способен провернуть с девушкой по вызову, так это херня про «никаких отношений». И это бесит меня вдвойне, потому что я, блядь, вообще ни в каких отношениях.

Я нетерпеливо вздыхаю и придаю своему тону нотку скуки:

— Если ты про ту, что пришла проверить, жив ли я после выстрелов, то это будущая золовка моего босса. Она занимается танцами в студии под этой квартирой.

Карина откидывает голову назад и смотрит на меня из-под длинных, безупречно накрашенных ресниц.

— Пришла проверить, как ты… — Она улыбается. — Какая прелесть.

Я поднимаюсь, оставляя Карину на