Брак без выхода. Мне не нужна умная жена - Ария Тес Страница 35

Может быть, лучше бы бахнуло. Целое сердце важнее целых костей. Кости срастаются, раны заживают, а вот душа, порванная в лоскуты? Навеки будет бледно болтаться на ветру, развиваясь своими ошметками и напоминая: тебя предали и обманули. Жестоко. По полной программе. И это твоя вина…

Ведь это моя вина.

Это я поверила в сказочного принца, которого никогда не было. Даже он не виноват! И отец мой не виноват. Никто, кроме меня. Ведь я сама водрузила его на пьедестал и наделила качествами, которых у него никогда не было. Он не притворялся. Он не изображал из себя хорошего. Вечно холодный и молчаливый чурбан. Горячий только на простынях. А я тут любовь великую узрела…боже! От самой себя противно.

Тоже хочу сесть, а потом встать, а потом уйти. В ванную. Желательно с каким-нибудь набором для чистки сложно выводимых, производственных пятен. То есть, с жесткой химией, которая способна разъесть даже ржавчину, колючими, железными щетками и каким-нибудь особо въедливым средством для полного треша, чтобы зайти под горячую воду и буквально соскоблить его отпечатки не только со своей кожи, но и с души.

Конечно, я этого не сделаю. Пока он здесь никакой провокации — моя прерогатива, но да. Я об этом всерьез задумываюсь и вздрагиваю, когда он нагибается вперед.

Напрягаюсь настолько сильно, что у меня каждая мышца деревенеет. Сейчас вот-вот лопнет все мое тело, и посыплюсь я на эти простыни, от которых всегда будет пахнуть им. И мной. Нами…но не прошлыми, а теперешними, от которых тошнит.

Малик поворачивается. Он ловит мой взгляд своим, немного морщится, будто читает в нем все мои мысли. Я сразу отвожу глаза. Страшно. Ему нельзя читать мои мысли, это чревато. В первую очередь, разумеется, для меня. А значит, для Надии…

- Это тебе.

Говорит хрипло и тихо, а потом кладет квадратную, синюю коробочку рядом с моей рукой. Пару раз моргаю. Если честно, мне не верится, что он это делает…

Такое клише.

Хочется ржать в голос, рвать на себя волосы, поэтому нет. Это не веселье. Это истерика.

Господи, ты же несерьезно…

Бросаю на него взгляд, потом перевожу его на коробочку. Мне хочется, чтобы она исчезла, но она лежит и не просто лежит, сообщает ровным, светлым шрифтом: Harry Winston.

Король бриллиантов и король-ублюдок в одной постели. Как на такое реагировать?

Горько и едко.

У меня на языке остается привкус пепла. Эта компания делает мои любимые украшения, но теперь…теперь я их навсегда возненавижу…

Один момент, как мы уже выяснили, может изменить абсолютно все, и это происходит сейчас. Когда он делал мне предложение, он заходил именно с такого кольца, и каждый раз, когда делал мне подарки, дарил именно такие украшения. Элегантные, невероятные, от которых мурашки по коже бегали, но теперь…как я могу относиться к ним не иначе как к способу меня купить и заткнуть за пояс? Так сказать, отвлечь фокус внимания оттого, что действительно важно.

От его неверности? Нет, даже это не так важно. А вот тот факт, что у него под домом казематы, где он убивает людей — это да. Это во главе стола.

- Откроешь? - тихо спрашивает, когда время на гляделки уходит в небытие.

Малик слабо улыбается, но только одним уголком губ. Глаза его пытливы и холодны, насторожены. Будто ждут чего-то, а точнее, моей ошибки.

Что я вскочу? Устрою сцену? А значит, выдам ему оружие сама?

Нет.

Киваю и тоже сажусь. Беру коробочку и очень стараюсь, чтобы руки в этот момент не ходили ходуном, а были ровными и спокойными.

Получается откровенно гадко. Мне не с первого раза удается открыть свой слишком плотно запечатанный приговор.

Клеймо…

Боже, это же клеймо. Как у породистой кобылы, чтобы все точно знали, кому она принадлежит.

Вот о чем я думаю, когда смотрю на невероятной красоты кольцо. Розовый огромный бриллиант в обрамлении прозрачных поменьше, платина, и все так элегантно, так идеально, что аж тошнит. От каждой грани его предательства и лжи меня тошнит…

- Тебе нравится?

Малик двигается ближе. Внутри я вся на дыбы, ершусь, хочу отпрянуть, но снова. Нельзя. А значит…

- Оно идеальное, - шепчу еле слышно.

И сразу чувствую, как его энергетика смягчается. Он проводит кончиками пальцев по моей обнаженной спине, потом убирает волосы и поддевает подбородок, чтобы я посмотрела ему в глаза.

- Не оно, мой талисман.

Малик двигается ближе, а потом накрывает мои губы своими. Я жмурюсь. Не хочу такой близости, его нежности, от которой за милю тянет пороком и ложью, но позволяю. У меня просто нет выбора, и радует лишь тот факт, что теперь я не слепой мотылек, угодивший в лапы злобного паука. Я просто мотылек, а этого уже, поверьте, много. Теперь я знаю, что происходит вокруг меня, и с надеждой смотрю на мерцающий свет в стороне, где нет удушающих объятий. Я знаю, что выход можно найти. Главное — я этого хочу. Раньше улыбалась, шевелилась и позволяла затягивать себя еще глубже, но то время закончилось, и да. Прозреть — дорогого стоит, и это первый шаг на свободу. Притворяйся мертвым и жди возможности — вот новый девиз моей жизни.

- Наденешь? - шепчет на ушко, я киваю.

Вынимаю кольцо из коробки и надеваю его на безымянный палец, но сразу же напрягаюсь. Не из-за флешбэков, конечно же, о том, как однажды я уже надевала похожее кольцо. Нет. Просто всеми фибрами напряженного и готового в любой момент защищаться инстинкта самосохранения чувствую, как в нем что-то меняется.

Мне не надо даже смотреть; но я смотрю и понимаю, что не ошиблась…

Малик напрягся, нахмурился, а взгляд его направлен на мою вторую руку. И только первое мгновение дарит мне спасительное неведение, потому что я почти сразу понимаю, в чем дело: обручальное и помолвочное кольцо лежат в похожей коробке на дне моего чемодана, чтобы даже случайно не коснуться этих украшений взглядом.

И ему это не нравится…

Твою мать.

Медленно поднимает на меня глаза, и я моментально съеживаюсь под тяжелым, холодным взглядом его сочно-зеленых глаз. Бесспорно прекрасных, но жестоких, как тысяча серийных убийц разом.

Он давит.

Малик давит на меня, и я