Отец подруги, или Влюблен без памяти - Виктория Победа Страница 34

Глава 23

— Что? Ни за что!

Наверное, у меня слишком бурная реакция, потому что глаза Сашки с каждой пройденной секундой становятся все больше и вот-вот вывалятся из орбит. Она смотрит на меня как на истеричку, явно не понимая причин для такой вот эмоциональности с моей стороны.

— Я имею в виду, — сдувшись, говорю тише, — это ни к чему, я найду работу.

— А чем тебя эта не устраивает? К тому же пока речь идет только о собеседовании.

Во взгляде подруги я читаю полное недоумение.

— Нет, — я отчаянно кручу головой. Так, будто мне по меньшей мере предложили что-то до ужаса неприличное.

— Да почему нет-то? — продолжает недоумевать Сашка. — Ты мне даже договорить не дала, — замечает с легкой обидой в голосе.

А я молчу, поджав губы, и заставляя себя дышать, тихо и размеренно. Я и так чересчур вспылила, спокойнее надо быть. А как тут будешь спокойнее? Саня меня врасплох своим предложением застала. Я чуть коробку с кошачьими консервами себе на ногу не уронила, как только Сашка свое предложение озвучила. Ее слова прозвучали, словно гром среди ясного неба.

Я не спешу ничего говорить. В помещении повисает неловкая тишина. Саша, очевидно, ждет моего ответа, а я банально не знаю, что сказать.

Ну что я ей отвечу? Что избегаю даже самой возможности встретиться с ее отцом? Что с тех пор, как чуть не поцеловала его на кухне их большого и красивого дома, думаю о нем всякий раз, стоит мне остаться наедине с собой? Рассказать, что при первом удобном случае сбежала из его квартиры, лишь бы больше с ним не сталкиваться?

И все потому что не могу выбросить из головы те нелепые, до чертиков глупые сцены? И чем больше проходит времени, тем чаще я о нем думаю? Себе объяснить не могу, но думаю? Раз за разом возвращаясь к этим совершенно неправильным мыслям?

Задаваясь вопросом: а что если бы я все-таки его поцеловала? Тогда на кухне, или потом в машине?

Ну вот опять!

Боже, Кира! Это уже бред какой-то. Такое нарочно не придумаешь!

Мне же даже на сообщения его отвечать стыдно и в то же время, где-то глубоко внутри я жду очередную чертову смс.

Это ненормально!

— Кир? — щелчок пальцев перед глазами возвращает меня в реальность.

— Просто нет, Саш, я не справлюсь, это слишком большая ответственность.

— Но ты уже работала секретарем, — напоминает мне о прежнем месте работы, а я начинаю жалеть о том, что однажды за чаем разоткровенничалась и рассказала о себе больше, чем следует.

— Это другое, там совершенно другой уровень. В мои задачи входило записывать клиентов на прием и вовремя делать напитки, — стараюсь говорить складно, но голос все равно предательски дрожит.

Сашка вперяет в меня пристальный и очень подозрительный взгляд, всматривается в мое лицо, щурится, считывая отражающиеся на нем эмоции. У меня от ее сканирующего взгляда мурашки по телу бегут и ладони потеют. Я словно снова на допросе у следователя оказалась.

— Научишься, в конце концов, ты же не глупая, и тебе нужна работа. Сколько ты еще по собеседованиям будешь скакать?

Не то чтобы я много скакала по собеседованиям, после того случая я постоянно опасаюсь вновь оказаться в подобной ситуации. Потому я побывала всего на двух собеседованиях. Оба провалила. Переволновалась и вообще… Не смогла, в общем, собраться. И уже всерьез начала рассматривать что-то попроще.

— Ничего, что-нибудь найдется, — улыбаюсь, желая уже закончить этот разговор.

— Я уже договорилась с папой, — ошарашивает меня Сашка, буквально пригвождая к месту своим заявлением.

Что значит договорилась?

— Не смотри на меня так, я знала, что ты начнешь отнекиваться, поэтому сначала поговорила с папой.

— Но…

— Дослушай, — она не дает мне и слова вставить, — ему нужна помощница, нормальная серьезная помощница, которая не будет пытаться запрыгнуть к нему в постель.

У меня от ее откровений челюсть как-то сама по себе отваливается.

— Ему не могут подобрать нормальную кандидатуру, ты не можешь найти подходящую работу, может, это судьба, поможете друг другу, — продолжает тараторить Сашка, не позволяя мне и звука вставить. — Серьезно, Кир, он уже кучу дамочек выставил.

— Да чем я могу помочь! Абсурд какой-то, — восклицаю возбуженно, — там наверняка условия есть, и если он их выставил, то мне даже пытаться не стоит.

— Ну он же согласился провести собеседование, — она как-то странно улыбается.

— Потому что ты попросила, и он тебя очень любит.

— Именно, я попросила, и тебя я тоже прошу. Ну сходи, нет так нет, насильно тебя никто заставлять не будет. Кир, ну пожалуйста. Ты же ничего не потеряешь.

Глава 24

Господи, ну как так вышло, что я позволила этой бестии себя уговорить? Я даже не помню, как дала согласие! Ведь до последнего отказывалась, отрицала саму возможность, а теперь стою посреди огромного холла бизнес-центра, пораженная его размерами, и не могу заставить себя пошевелиться.

Я даже не помню, что было после того, как я согласилась на уговоры Сашки, все как в тумане — полный провал. Очнулась уже на подходе к центру.

Эти стеклянные высотки на расстоянии казались меньше.

Ну что я тут делаю? Это же сюр какой-то, в самом деле. Только людей смешить. Кажется, на меня уже всерьез косятся проходящие мимо. Несколько секунд я топчусь на месте, испытывая просто непреодолимое желание развернуться и уйти, пока еще не совсем поздно.

— Передумала идти? — за моей спиной неожиданно раздается до боли знакомый голос.

Божечки, пожалуйста, пусть это будут слуховые галлюцинации. Нехотя, очень медленно оборачиваюсь и замираю, готовая провалиться сквозь землю. Потому что голос вполне реальный, не имеющий ничего общего с галлюцинациями, и обладатель его тоже очень даже реальный.

Несколько секунд я тупо таращусь на Владимира Степановича. За эти ничтожные мгновения я успеваю прочувствовать насквозь всю палитру бесконечного чувства смущения и наверняка покрыться красными пятнами.

А вот Богомолов напротив, выглядит веселым и расслабленным, как и всегда. Улыбается в своей привычной манере, смотрит на меня пристально,