Там, где тает лед - Ава Хилл Страница 33

Мне становится тяжело. Я ненавижу, что Коннор застрял здесь с обязанностями, которые ему не нужны. Ненавижу, что родной дед видел в его карьере побег, а не повод для гордости.

— Ничего не смыслю в хоккее, но я так горжусь тобой, Коннор, — говорю я. — Ты делал то, что любил, и делал это блестяще. — Накрываю его руку своей. — Тебе есть чем гордиться, детка.

Он берет мою ладонь, подносит к губам и целует тыльную сторону. В его глазах темнота чуть отступает. Я понимаю: ему нужно было это услышать. Каждому нужно знать, что им гордятся, а Коннору, кажется, никто никогда не говорил таких слов.

— Ты все это воспринимаешь на удивление спокойно, — говорит он, когда мы поднимаемся со стола, чтобы убрать тарелки.

— Мы уже занимались сексом, Конни. Ты правда думал, что я убегу отсюда с криками?

Споласкиваю тарелки и передаю их ему для посудомоечной машины.

— Убежать с криками — да, но не от секса, — парирует он.

Я пожимаю плечами, скрещивая руки и опираясь на столешницу.

— Наверное, просто устала воевать, — говорю я.

— Ты? Устала? — Коннор делает круглые глаза. — Не верю.

Я показываю ему язык.

— Это приглашение? — спрашивает он с усмешкой.

— Вот и снова появился озверевший самец, — бормочу я, глядя в окно на заснеженные Скалистые горы. Снег почти достает до середины стены. — Ты уверен, что они расчистят дорогу сегодня?

— Обычно нет. Но я позвонил в совет и уточнил. Дорогу точно почистят. — Коннор наклоняется и целует меня в макушку. — Я знаю, что тебе нужно вернуться к семье.

Закрываю глаза и прижимаюсь к нему. Он думает обо всем. Даже о свадебном кольце. Я резко распахиваю глаза.

— Проведи мне экскурсию по дому. Хочу посмотреть, где ты вырос.

Он берет меня за руку и выводит из кухни.

— Это гостиная, — говорит он, обводя пространство рукой. — А вот здесь ты поставила меня на колени и заставила умолять о том, чтобы попробовать твою киску, полностью выпотрошив мне мозги, — добавляет он, указывая на ковер у камина, где мы занимались сексом прошлой ночью.

У меня вспыхивают щеки.

— Мне понравилось.

Его взгляд становится тяжелым, горячим.

— Мне тоже, маленькая.

Он показывает мне небольшой кабинет, где работает, — там он раскрывает передо мной планы, каким станет лодж через пару лет. Показывает задний вход, прачечную. Между кабинетом и прачечной — запертая дверь. Я останавливаюсь, уставившись на нее.

— Что это? — спрашиваю я.

Коннор смотрит на дверь, и, клянусь, его щеки слегка розовеют.

— Ничего важного.

— У тебя что, тайная секс-комната в фамильном доме, Коннор?

Он косо на меня смотрит.

— Это не секс-комната. — Он тяжело вздыхает и открывает дверь.

По периметру комнаты — книжные шкафы, большие окна выходят на передний двор. У окна — уютное широкое кресло. Несколько разношерстных стульев. Еще один камин — поменьше, чем в гостиной. Ничего смущающего… пока я не замечаю странную деревянную конструкцию у стены напротив окон. В ней — прямоугольное окно.

Подхожу ближе и понимаю: внутри достаточно места для одного человека. Стол с подставкой для планшета, микрофон, оборудование. Я открываю дверцу и вхожу. Когда закрываю — тишина становится полной. Стены выложены звукопоглощающими панелями. Окно, скорее всего, тоже звуконепроницаемое.

Я смотрю на Коннора через стекло.

Он купил мне кольцо. И построил в своем доме студию для записи.

Открываю дверь и буквально бросаюсь ему в объятия. Встав на носочки, хватаю его за шею и утягиваю вниз для оглушительного поцелуя. Он поднимает меня, прижимает к себе, и я обвиваю его ногами.

— Это безумие, Коннор, — шепчу я.

— Это любовь, детка. Тебе не обязательно переезжать сюда, чтобы мы были вместе. Но если мы будем приезжать — я хочу, чтобы тебе было удобно, даже если это пара недель. У тебя должно быть все необходимое.

Он уже решил, что мы будем вместе. Он готов строить нашу жизнь — здесь, в Нью-Йорке, где угодно. И, кажется, я готова тоже.

Глава 19

Скарлетт

Как и обещал Коннор, к вечеру дороги расчищают, и он отвозит меня обратно к семье. Всю дорогу мы держимся за руки, и я понимаю почему. Мы провели день, болтая обо всем и бездельничая, и мне не хочется, чтобы это заканчивалось. Все старые чувства возвращаются, и я все отчетливее понимаю: тот Коннор, которого я любила, люблю, никогда бы не ушел, если бы не был вынужден.

— Приезжай завтра утром на ранчо покататься, — говорит Коннор, прижимая меня к своему черному пикапу у входа в гостиницу.

— На тебе? — спрашиваю я с нарочито округленными глазами.

Он смеется.

— Это всегда возможно. Но я имел в виду лошадей.

— Ооо, семья будет в восторге. — Я невинно хлопаю ресницами. — Как думаешь, Оливер сможет покатать меня? Я ведь ни разу не сидела в седле.

Мы встретили управляющего ранчо перед отъездом, и он симпатичный.

Коннор рычит и утыкается носом мне в шею.

— Кататься ты будешь со мной, маленькая. — Он целует меня медленно, глубоко, будто пытается напомнить, что так целует меня только он. Только он имеет на это право.

— Кхм.

Мы отстраняемся и видим Харви, спускающуюся с крыльца с самодовольной ухмылкой. Я улыбаюсь ей, но улыбка исчезает, когда замечаю Джейн, выходящую из гостиницы. Джейн теперь мой враг навсегда после того, как попыталась сорвать свадьбу моей сестры.

— Вижу, вы помирились, — говорит Харви.

— Передо мной трудно устоять, — отвечает Коннор.

— Он слишком хорош собой, так что простим ему бред, — говорю я Харви.

— Коннор, можно тебя на минутку? — спрашивает Джейн, подходя ближе. Харви неловко переминается с ноги на ногу.

Я подтягиваюсь и целую Коннора в щеку.

— До встречи?

— Разумеется. Мне ведь еще предстоит познакомиться со всеми будущими родственниками, — подмигивает он.

Я смеюсь и поднимаюсь по ступенькам. Когда переступаю порог, будто вхожу в гостиницу другой женщиной, не той, что вышла отсюда вчера вечером. Взбегаю по лестнице и открываю дверь ключом. Комната пустая — значит, Сейди у кузин или где-то еще. Сбрасываю куртку на кровать и хватаюсь за