Гриндер - Саманта Уиски Страница 33

Летти торжественно кивнула, и Хелен протянула ей коробку.

— Все в порядке, Летти-Лу, — сказал я, когда она вопросительно посмотрела на меня.

Дочь потянула за конец гигантской розовой ленты, пока она не спала с коробки, а затем сняла крышку.

— Ты что, издеваешься надо мной? — рявкнул я, когда Летти отпрыгнула назад. Бейли подняла ее, держа высоко над землей.

— Что? — спросила Хелен, доставая котенка из коробки. — Я подумала, что у нее должно быть что-то теплое и мягкое на память обо мне.

Я повернулся туда, где Бейли надежно держала ее на руках.

— Могу я остаться на секунду наедине с Хелен, детка?

Она кивнула и отвела Летти достаточно далеко, чтобы у нас было подобие уединения.

— Во-первых, ты какая угодно, только не теплая и мягкая. — Я встал, заслоняя Летти, когда Хелен протянула оранжевого кота ее удаляющейся фигуре. — Во-вторых, если бы ты хоть как-то интересовалась моей дочерью, знала бы, что у нее смертельная аллергия на кошек. Она раздувается, как воздушный шар, пока не перестает дышать.

Хелен моргнула.

— О.

— Да, «о». Может быть, ты бы знала это, если бы была рядом или если бы потрудилась узнать ее получше. Убери отсюда эту гребаную штуку.

Хелен положила кошку в коробку.

— Ты не должен быть таким мудаком, Гейдж. Откуда мне было знать, что у нее аллергия на кошек? Это была случайная ошибка. Может быть, я могла бы подарить ей щенка?

Я усмехнулся.

— Ну, да, конечно, потому что для него мы постоянно находимся дома. Господи, Хелен. Летти путешествует со мной, когда может, потому что, в отличие от тебя, я не могу находиться вдали от нее. Она феноменальна, и ты все упустила. В этом смысле мне тебя жаль.

— Гейдж, она единственный ребенок, который у меня когда-либо будет. Я подписала твои бумаги, но если ты просто дашь мне шанс…

Что ж, у нас была одна общая черта — Летти тоже была бы моим единственным ребенком. Я бы никогда не подверг другого ребенка такой пытке.

— Тогда тебе следовало остаться, или позвонить, или попытаться поддерживать с ней хоть какой-то контакт. Но ты этого не сделала. Ты слишком эгоистична для материнства, Хелен.

— Ну, ты точно знаешь, как все испортить, не так ли, Гейдж. Тебе когда-нибудь приходило в голову, что я думала об этом моменте с тех пор, как узнала, что Сиэтл включен в расписание?

Она выгнула бровь, глядя на меня.

— Тебе нужно хоккейное расписание, чтобы думать о дочери? — это заявление, как бы лишило меня дара речи.

— Что ж, все это происходит не впервые. Как ты думаешь, почему я тебя бросила? Постоянное ворчание. «Я никогда не восстановлю свое плечо» или «Не могла бы ты, пожалуйста, поменять памперс ребенку, у меня только одна рабочая рука». Твое непрекращающееся нытье было тем, что разлучило нас. Ты был настолько погружен в себя, что полностью игнорировал наши отношения.

Я моргнул.

— Вау. Ничего себе, спасибо, что просветила меня. Я полагал, что ты бросила меня, потому что мой контракт разорвали, а контракт Эдкинса действовал. Моя вина.

У нее напряглась челюсть.

— Ты засранец! — крикнула она.

— Хорошо осведомлен, — ответил я.

Крошечная ручка Летти взяла мою. Черт. Что она слышала?

— Я решила, что ты мне не нравишься, — сказала Летти Хелен, ее голос был любопытным, но ровным. — Ты злая, а Бейли говорит, что я должна быть милой с подлыми людьми, потому что они нуждаются в этом больше всего, но ты мне не нравишься. Ты мне не друг. Ты не друг моего папочки и не друг моей Бейли, так что тебе не следует быть на моей вечеринке. Ты заставляешь людей грустить.

Хелен, побледнев, уставилась на нашу дочь.

— Но… разве ты не хочешь узнать меня получше?

Летти долго и пристально смотрела на нее.

— Ты ушла… И твое лицо не двигается, когда ты говоришь. Этого достаточно. Но спасибо, что пришла на мою вечеринку.

Она произносила каждое слово как можно более четко, тщательно обдумывая его. И вспомнила о своих манерах. Черт возьми.

Ее маленькая ручка крепко сжала мою, и когда я предложил поднять ее на руки, она согласилась. Я прижал ее к своей груди.

— Ты такая же, как твой папа, — сказала Хелен, и в ее глазах светилась печаль.

— Он крутая задница, — кивнула Летти.

Я не стал утруждать себя тем, чтобы поправлять ее.

Лицо Хелен стало напряженным, и она заставила себя улыбнуться.

— Что ж, было приятно снова увидеть тебя, Скарлетт. С днем рождения.

— Спасибо, — она уткнулась головой мне в шею, и я прислонил свою голову к ее.

Хелен поджала губы, но повернулась на каблуках и ушла.

Вот так просто, и я смог вдохнуть, наконец-то смог вдохнуть свой первый глоток чистого воздуха с тех пор, как она сказала мне, что беременна. Я не был привязан к ней, и Летти была свободна… и моей. Только моей.

— Моя Бейли! — сказала Летти и помчалась посмотреть, как Бейли раскрашивает лицо одному из детей.

Возможно, она также принадлежала Бейли, но это было нормально. Мне нравилось делиться с Бейли.

Мое чувство эйфории продолжалось всю вечеринку, несмотря на беспорядок на заднем дворе. Моя дочь была свободна и чиста, у меня была Бейли в моей жизни и в постели, и моя стартовая точка вернулась на свое место. Даже моя рука была не так плоха, как я первоначально думал вчера.

— Гейдж? — позвала мама. — У нас закончился кетчуп для бургеров. Не мог бы ты взять его из холодильника?

— Конечно, — сказал я, целуя ее в щеку.

— За что это было? — спросил она.

— За то, что заботилась обо мне, когда я больше всего в этом нуждался, — ответил я.

Поднявшись по лестнице, я вошел в дом, где увидел папку для документов на обеденном столе рядом с маркером.

Вот она, моя свобода.

Я поднял ее, но папка оказалась легче, чем должна была быть. Паника расцвела в моей груди, когда я перевернул ее и увидел два слова, написанные черным маркером.

Пошел ты.

Папка была пуста.

Она забрала бумаги с собой.

Черт возьми.

Глава 12

Бейли

Стадион был переполнен и, несмотря на то, что это была домашняя игра, красно-белых футболок было гораздо больше, чем мне хотелось.

Летти сидела у меня на коленях, накручивая прядь моих волос на свой крошечный пальчик, в то время как ее глаза были с