Я тебя нагадала - Татьяна Ма Страница 32

Умывшись, Соня отправилась в кухонную зону, чтобы сварить себе кофе. Четверки, которые окружали ее во сне и на часах, когда она проснулась, не давали покоя. Сны! Как же она устала от этих снов, граничивших с реальностью. С ума она, что ли, сходит? Да вроде здорова! При оформлении документов на предварительную опеку Соня даже специально прошла обследование у психиатра — никаких отклонений в психике. А кошмары тогда к чему? Может, у нее какое-то предвидение? Или открылся третий глаз? Ведь мерещилась ей убитая женщина, а потом произошла трагедия с Милой. А недавно? Прямо накануне смерти Алевтины Сергеевны ей тоже приснился кошмар, в котором она отчетливо слышала похоронный звон. Перебор. Один удар в самый маленький колокол, один удар в колокол побольше и так до самого большого. И ведь этот сон оказался вещим. Похоронный звон превратился в звонок телефона, из которого она и узнала о непоправимом.

Может, и сегодняшний сон что-то значил? Пока варился, а потом насыщался ароматом кофе, Соня залезла в интернет, посмотреть сводки происшествий, но никаких убийств в отеле не обнаружилось. Нет, все-таки не было у нее никакого третьего глаза. Просто ее мучали такие яркие кошмары, что порой казались ей реальностью.

Выпив кофе, Соня совершила такой знакомый ей ритуал — перевернула чашку на блюдце, а потом начала рассматривать узоры из кофейной гущи.

— И тут четверки, — прошептала Соня. — Аж две. И еще буква «Н».

Соня вздохнула. Не очень радостный результат гадания. Литера «Н» означала тревогу, которая поселилась в сердце гадающего. Так и есть. Сонино сердце сжималось от беспокойства: и за Милу, и за Никиту, и за себя саму. А четверки? Четверки говорили о разочаровании и пустых надеждах. Правда, ответа, по поводу чего будет разочарование, гадание не давало. По поводу ситуации с Никитой? Или же кофейни?

Несмотря на свалившиеся на Соню трудности, несмотря на трагедию в семье Милы, кофейню она не забросила. Женя, дизайнер, подготовила проект. На днях они его обсудили, сократили сумму вложений, потому что Женя слишком уж размахнулась, и теперь занимались закупкой стройматериалов. Совсем скоро в помещении начнется ремонт, контролировать все работы будет дизайнер, но и сама Соня не собиралась оставаться в стороне.

Глава 23

— Никит, может, пойдем погуляем на площадке? — предложила Соня.

— Не хочу, — помотал он головой.

— Ну тогда давай в магазин сходим, купим тебе новый конструктор. Я знаю, ты любишь, — снова подкинула идею Соня.

— Да ну, — опять отказался Никита.

Соня вздохнула и поджала губы, пытаясь придумать хоть что-то. Никита все больше замыкался в себе. После смерти бабушки за все время он с Соней не перекинулся и парой фраз: разговоры их были скудными, а уж про то, чтобы увидеть улыбку на лице мальчика, и речи не шло. Классная руководительница сказала Соне, когда та забирала Никиту из школы, что за последнюю неделю его успеваемость снизилась в два раза. На уроках он не слушал, домашнее задание не выполнял. Соня попыталась расшевелить Никиту, спрашивала, что задали, но тот лишь бросал «ничего», а на ее предложение помочь с выполнением кидал резкое «я сам». В больнице у Милы он долго сидел рядом с матерью, ничего не говоря, лишь кусал губы и сжимал кулачки. У Сони сердце кровью обливалась. До трагедии она видела мальчика и сделала вывод: у него был резвый словоохотливый характер.

— Не знаю, как расшевелить его, — жаловалась Соня Михаилу, которому позвонила после того, как отвела Никиту в школу. — Дома молчит, в школе молчит. К Миле ходим — тоже молчит. Совсем замкнулся в себе. Наверное, нужно к психологу, да?

— Погоди с психологом. Дай мальчику время осознать произошедшее, — сказал Михаил.

— Я боюсь, что если не вмешиваться и оставить все как есть, то Никита еще больше уйдет в себя, и потом его будет сложнее вытянуть. Ума не приложу, чем его расшевелить. Ему, кажется, сейчас ничего не интересно.

— А приезжайте ко мне в автомастерскую после школы, — неожиданно предложил Михаил. — Мальчишки обычно любят технику. Я его тут повожу, покажу, как мы машины ремонтируем. Вдруг это его отвлечет.

— Думаешь?

— Ну, попытка не пытка.

Соня задумалась. Хоть Мила с сыном и жили небогато, но у Никиты была целая гора игрушек — мать его баловала. Она вспомнила, что в его комнате на отдельной полке стояла целая коллекция разных автомобилей.

— Слушай, а ты, наверное, прав, — сказала Соня. — Никита, кажется, любит машинки. У него дома их много.

— Вот и приезжайте.

— А мы не помешаем?

— Нет, конечно, — мягко сказал Михаил, и Соня по голосу поняла, что он улыбается.

— Тогда до встречи, — тоже улыбнулась она.

Когда после обеда Соня встретила Никиту из школы, то сказала:

— Давай сейчас зайдем в пиццерию, перекусим, а потом кое-куда съездим.

Никита по привычке просто пожал плечами и не проявил ни капли заинтересованности ни в пицце, ни в предложении Сони куда-то отправиться.

Тем не менее при выборе пиццы Никита, кажется, чуть-чуть оживился, вспомнив, как он был в этой пиццерии с мамой и как та заказала слишком острую пиццу, из-за чего у нее из глаз потекли слезы. Никита даже изобразил некое подобие улыбки, а потом спросил:

— Теть Сонь, а мама правда поправится?

— Конечно, поправится, — подбодрила она мальчика. — Врач сказал, что ей уже колют меньше лекарств, и, может быть, даже завтра она проснется.

— И сможет разговаривать?

— Ну, может, не прямо сразу разговаривать, но по крайней мере сможет тебя увидеть, — улыбнулась Соня. — Когда мама проснется, ты должен ее подбодрить. Мы ей не должны показывать, как сильно переживаем.

— Я понимаю, — кивнул Никита. — И про бабушку ей пока не скажем, да?

— Да, про бабушку пока не скажем, чтобы мама твоя не начала волноваться. Это может помешать ее выздоровлению.

Упоминание бабушки снова заставило Никиту погрузиться в свой замкнутый мирок, которым он отгораживался и от Сони, и от всех вокруг.

После пиццерии они взяли такси и отправились в автомастерскую к Михаилу. Увидев, куда его привезла Соня, Никита лишь вздохнул, решив, что она приехала по делам, а его потащила с собой, потому что не с кем было оставить.

Соня вместе с Никитой зашли в административный павильон, где никого не оказалось. Немного подождав, Соня сказала:

— Пойдем-ка поищем дядю Мишу.

Где искать, она не знала, но как только они с Никитой приблизились