Руководство по фальшивым отношениям с твоим врагом - Никки Брайт Страница 32

— Сэм… — прошептала я, пальцы стали холодными от шока. — Что ты делаешь?

Улыбка Сэмюэля была ослепительной, когда он опустился на одно колено, скользнув ладонями под мои, чтобы мы вместе держали кожаную книгу.

Моё сердце бешено заколотилось. Мысли метались, как всполошённые птицы. Это происходит на самом деле? Почему? Что вообще происходит?

— Натали, — начал Сэм, его серые глаза были прикованы к моим. — Годы спустя я понял, что ты — то, чего мне не хватало. Ты бросала мне вызов, вдохновляла, и я больше не представляю своё будущее без тебя. Это всегда была ты. Натали Мэнн, окажешь ли ты мне честь стать моей женой?

Комната словно закружилась, в ушах зазвенело. Я оглянулась — вокруг было полно людей. Если я скажу «нет», об этом узнает весь город, и весь прогресс в отношениях Маннов и Уорнеров будет перечёркнут новым конфликтом, спровоцированным отказом.

Наверное, он специально устроил это на публике, чтобы я не смогла отказать.

Ярость вспыхнула внутри, но я не могла придумать ни одной причины, зачем Сэмюэлю было бы нужно притворяться помолвленным со мной, особенно с таким риском.

— Натали, — тихо повторил он.

Я заглянула в его тёмные глаза и поняла, что, несмотря на все наши разногласия, я ему доверяю. Мы больше не просто соперники, наше общение стало глубже. Он должен был иметь веские причины для этого поступка.

Так что я последую за ним.

(Но как только мы останемся наедине, я пну его за то, что он подставил меня, не предупредив.)

— Сэм… — мой голос дрожал, — да. Я выйду за тебя.

Его лицо озарилось радостью. Он забрал у меня книгу и аккуратно положил её на стол рядом с корзинкой для пикника.

Я стояла, чувствуя странное, необъяснимое счастье, хотя всё это было ненастоящим. Я могла бы списать всё на растерянность, и, наверное, именно поэтому, когда Сэмюэл наклонился ко мне и притянул ближе, я не поняла, что он задумал, пока не стало слишком поздно — и вдруг он поцеловал меня.

Настоящий, полный поцелуй в губы.

Я. И Сэмюэль Уорнер.

Моё ошеломление улетучилось так же быстро, как и началось, сметённое нежным, но настойчивым поцелуем. Он был мягким, тёплым, как первые лучи солнца в морозное зимнее утро. От этого прикосновения дрожь пробежала по всему телу. Наши губы двигались в едином ритме, дыхание смешивалось. Это было одновременно странно, нереально и совершенно… идеально.

Когда Сэмюэль наконец отстранился, тишина взорвалась криками.

— Они целуются! — пронзительно завопил Ноа. — Это значит, что у кузины Нат и Сэма будет ребёнок!

Я застонала. (Я буквально могла видеть, как слухи разлетаются по городу с бешеной скоростью.)

— Твоей кузине Мэдисон правда стоит получше объяснить этому ребёнку основы полового воспитания, — прошептал Сэмюэль мне на ухо, его тёплое дыхание приятно защекотало кожу.

Я рассмеялась — одновременно с облегчением и неловким весельем от абсурдности ситуации.

Весь зал хлопал, аплодисменты сливались в громкий шум. Когда я наконец отстранилась от Сэма и огляделась, то увидела, как Кили снимает всю сцену на свой телефон, Маржори хохочет и уже кому-то звонит, а дедушка Мэнн стоит с совершенно ошеломлённым выражением лица.

Сэмюэль поднял кожаную книгу и развязал белую ленту, доставая кольцо. Затем он взял меня за руку и осторожно надел украшение мне на палец.

— Оно прекрасно, — прошептала я, едва осознавая, что говорю.

— Это кольцо моей бабушки Уорнер, — ответил Сэм.

Шок — мой постоянный спутник этим вечером, похоже — снова заставил мои уши звенеть.

— Это… — я почти задохнулась, чувствуя, как голос срывается на писк. — Это кольцо твоей бабушки?

Я хотела схватить Сэмюэля за лацканы его дорогого костюма и спросить, не спятил ли он, но… вокруг были свидетели.

В отчаянной надежде на какой-то признак здравого смысла я посмотрела сначала на Сэма, потом на Айзека и Уолтера.

Айзек едва заметно улыбался, а Уолтер просто сиял, его глаза были полны слёз счастья. Сэмюэль действительно превзошёл себя в этом обмане, и я в этот момент твёрдо решила, что пинок по голени будет недостаточным. Нет, как только мы выйдем отсюда, он получит снегом в лицо.

Уолтер шагнул к нам и крепко обнял меня.

— Поздравляю, моя дорогая. Не могу дождаться, когда смогу назвать тебя своей внучкой.

— Спасибо, — пробормотала я, всё ещё растерянная от водоворота эмоций.

— Спасибо, дедушка, за то, что позволил мне использовать кольцо бабушки, — добавил Сэмюэл.

Уолтер гордо кивнул.

— Конечно. Я полностью одобряю твой выбор невесты, и вся семья тоже рада. Мы все счастливы, что твоя настойчивость наконец окупилась.

Айзек и Кили тоже поздравили нас — Кили с широкой улыбкой, а Айзек с искренним, хотя и сдержанным одобрением. Но по-настоящему меня удивил дедушка Мэнн, который подошёл к нам вместе с Ноа, держа его за руку.

— Поздравляю, Нат, — буркнул он, обняв меня одной рукой. Затем он прищурился и смерил Сэмюэля долгим взглядом, словно оценивая. — Он… — дедушка сузил глаза ещё сильнее, прежде чем закончить: — Он будет заботиться о тебе.

— А за что мы их поздравляем? — спросил Ноа, глядя то на меня, то на Сэма с искренним недоумением.

— Потому что кузина Нат и Сэм собираются пожениться, — радостно объяснила Кили.

— Почему? — нахмурился Ноа.

— Спроси у своей мамы, — проворчал дедушка Мэнн и увёл мальчика прочь, оставив меня с Сэмом наедине.

Он притянул меня к себе, его объятия были крепкими, а сердце гулко билось где-то у моего виска.

— Надеюсь, у тебя есть очень хорошее объяснение всему этому, когда мы останемся одни, — прошипела я ему на ухо.

— Твоя реакция даже лучше, чем я ожидал, — прошептал он в ответ, его дыхание обжигало кожу на моей шее.

Я фальшиво рассмеялась.

— Подожди, когда мы останемся без свидетелей — тогда ты увидишь мою настоящую реакцию.

Глава 18

Натали

Совет № 18: Помни, что фальшивые отношения — это не попытка убедить всех, что вы по уши влюблены. Это попытка пережить неловкие моменты с минимальными потерями для достоинства.

— Пока, Марджори, — сказала я. — Увидимся завтра.

Распродажа подержанных книг в городской библиотеке Фокс-Крика только что закончилась, и после того, что устроил мне Сэмюэль, я чувствовала себя, как выжатая тряпка.

— Увидишь меня и половину Фокс-Крика, — ответила Марджори. — Все захотят рассмотреть кольцо у тебя на пальце!

Я попыталась что-то сказать, но из горла вырвались лишь сдавленные звуки.

Не найдя слов, я уставилась в пол. Вестибюль библиотеки был залит мягким золотистым светом, который приятно уравновешивал простоту плиточного пола. Сквозь стеклянные двери, выходившие на парковку, виднелись снежные хлопья, кружащие