Тени тебя - Кэтрин Коулc Страница 31

Вырулив на дорогу, ведущую к городу и тропе, я отбивал пальцами ритм по рулю. Пуму не так-то просто выследить. Да и весят они немало. Если только убийце не повезло подстрелить зверя прямо на тропе, ему пришлось бы тащить тушу. А это — серьезное усилие.

Я добрался за шесть минут вместо десяти — не терпелось увидеть место и понять, с чем мы имеем дело. На стоянке уже стояли несколько машин, и я сразу заметил внедорожник Лоусона в стороне. Подъехал и припарковался рядом.

Выскочив из машины, я взял рюкзак и направился вверх по тропе. Голоса донеслись раньше, чем я увидел саму картину. А увиденное заставило желудок скрутиться.

Величественное животное было разорвано на части. Я прикусил щеку изнутри, удерживая злость.

Лоусон вышел мне навстречу.

— У меня очень плохое предчувствие.

— Кто сообщил? — спросил я.

— Еще одна туристка не из наших. Мэр на нервах, как и городской совет. Они не хотят ничего, что могло бы испортить туристический сезон.

— Хорошо хоть зима на носу, — пробормотал я.

Лоусон покачал головой.

— Для них этого мало. Они хотят, чтобы виновного нашли и посадили.

Я тоже хотел. Только не по тем причинам, что волновали наших мелких городских политиканов. Иногда мне казалось, что ничего, кроме денег туристов, они в упор не видят.

— Туристка ничего подозрительного не заметила? — спросил я.

— Нет. Она дала деру, как только увидела это. Почти в обморок упала.

Я не винил женщину. Зрелище было, мягко говоря, жуткое.

Фигура у туши выпрямилась, и я удивленно вскинул брови.

— Рад видеть тебя, Роан. Хотелось бы при других обстоятельствах, — сказал доктор Миллер, стаскивая перчатки и бросая их в мусорный мешок.

— Я подумал, будет не лишним взглянуть на все это глазами ветеринара, — пояснил Лоусон.

Доктор Миллер взглянул на моего брата:

— Хотел бы, чтобы вы позвали меня и на первого убитого. Было бы полезно увидеть и его.

— Прости, Дэмиен, — сказал Лоусон. — Мы не думали, что это может перерасти в серию.

С оленем это было правдой. Теперь — слепая, глупая надежда. А надежда — это смертный приговор.

— Что-нибудь можешь сказать? — спросил я.

Доктор Миллер кивнул:

— Пума попала в ловушку, а потом была застрелена. Тело изуродовано уже после смерти.

— Хоть какая-то малость, — пробормотал я.

— Ловить животных на землях штата запрещено, — сказал Лоусон, дернув щекой.

— Это не мешает людям этим заниматься, — ответил доктор. — Я уже видел нескольких зверей, попавших в такие ловушки.

— Люди — сволочи, — буркнул я.

— Частенько так и есть, — согласился Миллер. — Я не эксперт по местам преступления, но, судя по фотографиям того оленя, это, скорее всего, один и тот же человек. Раны в тех же местах. Только эти глубже.

Лоусон провел рукой по небритой челюсти.

— Значит, чувствует себя увереннее.

— Я бы так и сказал. — Доктор Миллер взглянул на часы. — Мне нужно возвращаться — пациент ждет.

Лоусон протянул руку:

— Спасибо, что приехал так быстро.

Доктор кивнул, пожимая ладонь:

— Рад помочь чем могу. Дайте знать, если появится еще одна жертва.

— Дам, — заверил его Лоусон.

Доктор остановился рядом со мной:

— Вопрос к тебе.

Я просто уставился, ожидая продолжения.

Он переступил с ноги на ногу:

— Не знаешь, Аспен сейчас свободна?

Будто раскаленное железо вонзилось мне в грудь. Пальцы сжались в кулаки, когда я пытался справиться с резкой болью.

— У нее сейчас и так слишком много всего, ей не нужны еще и ухажеры. Оставь ее в покое.

Каждое слово дрожало от ярости, и глаза доктора расширились.

— Не в настроении встречаться. Понял.

Я прожег его взглядом.

— Ну ладно. Пойду тогда. — Он поспешно зашагал вниз по тропе.

Стоило ему скрыться из виду, как Лоусон расхохотался:

— Черт, Роан. Кажется, ты только что так напугал ветеринара, что он чуть в штаны не наложил.

Я метнул в брата убийственный взгляд.

— Ты правда считаешь, что сейчас Аспен нужно, чтобы кто-то лез ей в голову?

С лица Лоусона слетела часть веселья.

— Нет, не нужно. Но, может, ей бы не помешал партнер. Кто-то, кто будет рядом. Кто-то, с кем она сможет разделить груз.

Жжение в груди вспыхнуло снова, словно мертвый кусок внутри пытался ожить.

— Но, кажется, последние несколько дней эту роль исполняешь ты.

Я стиснул зубы:

— Это не то, о чем ты думаешь.

Лоусон посмотрел мне прямо в глаза:

— Если это и правда не так, тогда тебе должно быть все равно, что достойный человек проявляет к ней интерес. Про Дэмиена я слышал только хорошее. Может, пригласить их обоих на ужин и подтолкнуть дело?

— Ло… — зарычал я.

Его губы дрогнули:

— Просто подумай, почему сама мысль об этом тебе так не нравится.

Я не хотел думать. Не хотел признавать, что это может значить. Не мог.

— Мне нужно рассказать тебе еще кое-что, — сказал Лоусон, прервав мои накрученные мысли.

— Что? — рявкнул я.

— Сегодня днем я заходил в The Brew поговорить с Аспен.

Я напрягся.

— Там были эти подкастеры. Достали ее.

Ярость взорвалась в венах.

— Почему. Ты. Мне. Ничего. Не. Сказал? — едва выдавил я.

— Хотел позвонить, но как раз пришло сообщение об этом. — Лоусон кивнул на место преступления.

— Ты должен был сказать мне сразу, как я приехал, — процедил я.

Перед глазами всплыло, как Аспен дрожит на диване. Она сейчас боится? Одна? Как ей было после того, как Лоусон ушел?

— Я знал, что ты взбесишься, а мне нужно было, чтобы ты держал голову холодной, когда приедешь. С Аспен все в порядке. Я сказал ей, что мы встретимся после того, как она заберет Кэйди и Чарли из школы.

— Хотел, чтобы я держал голову холодной? — прорычал я.

Я убью своего брата.

20

АСПЕН

Чарли и Кэйди выскочили из двойных дверей, держась за руки и смеясь так, словно в целом мире существовали только они двое.

— Не думаешь, что это немного неуместно? — процедила Кэйтлин.

Я закрыла глаза на секунду и глубоко вдохнула. Это был самый длинный день за последнее время. С утра я столкнулась с полураздетым Роаном и мое вынужденное воздержание тут же напомнило о себе. Потом был полный рабочий день, встреча с подкастерами, разговор с Лоусоном, попытки загладить вину перед Элси и Джонси и сочинение истории, в которую они поверят, не прибегая к откровенной лжи.

И теперь мне точно не хватало только кислой, язвительной Кэйтлин.

— Думаю, такую дружбу стоит только приветствовать, разве