Ты под запретом - Лена Бонд Страница 31

Песок под ногами тёплый, а вода, когда мы заходим по щиколотку, оказывается действительно приятной — не прохладной, как в речке, а ласковой, шелковистой, она словно обнимает мои ноги.

— Видишь, я не обманываю, — говорит Илья, заходя глубже и потянув меня за собой. — Дно песчаное, никаких коряг или водорослей.

Я осторожно двигаюсь за ним, чувствуя, как вода поднимается всё выше — до колен, до бёдер, до талии. Когда она достигает груди, я инстинктивно хватаюсь за Илью.

— Не бойся, принцесса, — говорит он, обнимая меня за талию. — Я держу тебя.

Его сильные и надёжные руки дарят чувство безопасности, и я немного успокаиваюсь, тем более что дальше мы не идём.

— Первое правило плавания, — говорит Илья, поддерживая меня в воде, — нужно расслабиться. Вода держит тебя, если ты не сопротивляешься ей.

Я пытаюсь сделать, как он говорит, но тело моментально напрягается от страха.

— Я не могу, — шепчу я, вцепившись в его плечи.

— Можешь, — уверенно отвечает он. — Смотри, я держу тебя. Просто ляг на спину, вытяни руки и ноги. Я не отпущу.

Его голос действует успокаивающе, как гипноз. Я медленно откидываюсь назад, чувствуя, как его руки поддерживают меня — одна под поясницей, другая под затылком.

— Вот так, — одобрительно шепчет он. — Теперь дыши глубоко и равномерно.

Я вдыхаю полной грудью и смотрю в небо. Оно бесконечное, голубое, с редкими перистыми облаками, похожими на мазки кисти художника. Солнце греет лицо, вода обнимает тело. И руки Ильи поддерживают, направляют, успокаивают…

— Теперь попробуй немного поработать ногами, — говорит он. — Плавные движения, как будто ты отталкиваешься от воды.

Я немного двигаю конечностями и чувствую, как тело действительно начинает двигаться вперёд.

— У меня получается? — спрашиваю я, не веря своим ощущениям.

— Получается, — в его голосе слышится улыбка. — Ты молодец.

Мы проводим так, наверное, полчаса. Илья учит меня держаться на воде, делать простые движения руками и ногами. Его прикосновения, то случайные, то намеренные, заставляют моё тело гореть, несмотря на воду.

Когда мы заплываем чуть глубже, меня вдруг охватывает паника. Я не вижу дна, только тёмную синеву под собой, и это пугает до дрожи. Я хватаюсь за Илью, обвивая его шею руками, а ногами в воде его талию, и прижимаюсь к нему всем телом, как испуганный ребёнок.

— Эй-эй, — он обнимает меня, поддерживая за ягодицы, чтобы я не соскользнула. — Ничего не бойся. Я ведь рядом.

Его лицо так близко, что я вижу капельки воды на его ресницах, золотистые крапинки в карих глазах, которые делают их похожими на янтарь. Его руки на моём теле, вплотную прижатом к нему, создают между нами напряжение, которое почти искрит в воздухе.

— Илья, — шепчу я, сглатывая слюну и не зная, что хочу сказать.

Его взгляд скользит по моему лицу, задерживается на губах. Я чувствую, как крепкие руки на моих бёдрах сжимаются сильнее, притягивая меня ещё ближе, так, что между нами не остаётся ни миллиметра пространства.

Я не знаю, кто делает первый шаг — Илья или я. Но наши губы встречаются, и мир вокруг в ту же секунду перестаёт существовать. На этот раз он целует меня осторожно, почти невесомо, давая возможность отстраниться. Но я не хочу отстраняться. Я хочу большего…

Зарываюсь руками в его мокрые волосы, притягивая ближе. Поцелуй становится глубже, настойчивее, жарче. Язык Ильи скользит по моим губам, прося впустить его, и я подчиняюсь. Наши языки встречаются, исследуют друг друга, танцуют свой собственный танец, от которого кружится голова и подкашиваются колени. Я ощущаю, как его ладони скользят по моей спине, бёдрам, ягодицам, оставляя за собой дорожки огня.

Я никогда не испытывала ничего подобного рядом с парнем, особенно с тем, которого была готова прибить несколько дней назад. Всё-таки удивительная штука — жизнь. Ещё вчера я избегала Илью, не хотела видеть, а уже сегодня не хочу, чтобы он меня отпускал… Ох, Полина, что с тобой происходит?

Глава 15

Вода стекает по нашим телам, когда мы с Ильёй выбираемся на берег. Холодные капли скользят по коже, но я их почти не чувствую, потому что всё моё тело горит огнём. Губы до сих пор пульсируют от его поцелуев, а кожа словно плавится в местах, где совсем недавно были его руки. Я не могу поверить, что целовалась с Ильёй посреди озера, обвивая его тело руками и ногами, забыв обо всём на свете. Это было так невероятно горячо, что удивительно, как вода вокруг нас не закипела.

Забавно, но ещё вчера я боялась утонут в реке, а сегодня боюсь утонуть в новых, неизведанных для меня чувствах.

Илья протягивает мне полотенце, и наши пальцы на секунду соприкасаются. Но даже такое мимолётное касание посылает электрический разряд по всему телу. Господи, что со мной происходит?

— Спасибо за урок, — говорю я, промакивая мокрые волосы полотенцем. — Ты хороший учитель.

Он усмехается, и на его левой щеке появляется та самая ямочка, которая выводила меня из себя неделю назад. А сейчас мне хочется прикоснуться к ней кончиками пальцев.

— Только в плавании или... во всём остальном тоже?

— Не зазнавайся, — я демонстративно закатываю глаза, но всё равно не могу сдержать улыбку.

Мы одеваемся, украдкой бросая друг на друга взгляды. Внутри меня бушует смесь смущения, возбуждения и какого-то сладкого, тянущего чувства. Пару дней назад я готова была придушить этого самоуверенного нахала, а сегодня не могу насмотреться на него. На капли воды, стекающие по его плечам, на то, как футболка облепляет его торс, когда он натягивает её на влажное тело…

— Ну что поехали? — Илья кивает в сторону мотоцикла, припаркованного под раскидистой ивой.

Я соглашаюсь и начинаю быстро собираб вещи. На самом деле я всё ещё очень сильно волнуюсь, ведь совершенно не представляю, как теперь себя с ним вести. Что значил этот поцелуй для него? Что он значит для меня? И что будет с нами дальше?

Илья заводит мотоцикл, и я сажусь позади него, обхватывая его талию руками. Теперь это прикосновение кажется в тысячу раз интимнее, чем раньше. Я чувствую тепло его тела сквозь футболку, ощущаю, как напрягаются мышцы его пресса под моими ладонями, и меня бросает в жар.

Обратная дорога до посёлка занимает минут пятнадцать, но мне хочется, чтобы она длилась вечно. Здесь, на мотоцикле, прижавшись к Илье, я чувствую себя свободной. Нет ни