Сломанный принц - Р. Г. Энджел Страница 31

— Нет, не пойдешь. Я пойду так или иначе. Если только ты не собираешься меня удерживать, — ответила я, глядя на его руку, все еще обнимающую мое запястье.

Он опустил взгляд и тут же отпустил мою руку.

— Нет, конечно, нет! Я никогда не прикоснусь к тебе так, чтобы тебе было неловко.

Он сказал это с гораздо большим жаром и убеждением, чем того требовала ситуация, но мне этого было достаточно.

— Ладно. Я пойду к нему, и он может меня отослать, если захочет! — я развернулась на каблуках и пошла наверх, радуясь, что Дом только поддерживает меня и не видит, как я волнуюсь из-за столкновения с Лукой.

Будет ли он относиться ко мне по-доброму? Или снова станет тем зверем, которым был в начале? Это я была отвергнута после того поцелуя; я была той, кто должна была скрываться и залечить порезы, которые он нанес моей едва существующей уверенности, а не наоборот.

Я вошла в его кабинет и обнаружила, что он пуст.

Я обернулась и оглядела длинный коридор. — Какая из них его комната?

Дом вздохнул. — Я думаю, это ужасная идея.

Я кивнула. — Твое беспокойство должным образом отмечено, и когда что-то взорвется у меня в лице, ты сможешь дать мне большое жирное «Я же говорил».

Он покачал головой. — Это не то, чего я хочу. Мне нравится, что ты здесь. Я просто не хочу…

— Какая комната, Дом? — огрызнулась я. Господи, как я изменилась за последние несколько недель. Если бы мне сказали всего пару месяцев назад, что я буду требовать чего-то от мафиози с двумя пушками, я бы сказала, что они сошли с ума, но вот мы здесь.

Он посмотрел на небо и сказал что-то по-итальянски, чего я не поняла, прежде чем указать на дверь слева. Я кивнула и последовала указанию, сжав дрожащие руки в кулаки.

Я сделала глубокий вдох, прежде чем резко постучать в дверь. Когда ответа не последовало, я постучала громче.

— Лука. Мистер Монтанари? — я не была уверена, что мне теперь можно называть его Лукой. — Мне нужно поговорить с вами.

Я подождала несколько секунд и прорычала.

— Хорошо! — я открыла дверь, и первое, что меня поразило, помимо темноты, был запах. Запах болезни — не резкий запах рвоты, а запах пота, лихорадки…

Я включила свет. — Что за…

Я бросилась к кровати и увидела Луку, дрожащего и выглядящего пепельно-серым, его темные волосы прилипли к лбу от пота.

Я поднесла руку к его лбу и прошипела. — Он горит! — я посмотрела на Дома, который теперь прислонился к закрытой двери с обеспокоенным выражением лица. — Ты знал, что он такой?

Дом поджал губы и кивнул один раз.

Я покачала головой. — Невероятно, — я откинула одеяло, и Лука застонал.

Его грудь была яркой и пересеченной тремя сердитыми красными шрамами, как будто его растерзал медведь, но я даже не успела задержаться, так как заметила мокрые пятна по всему его телу, вероятно, вызванные его сильным потоотделением.

— Нам нужно вызвать врача, — я взял его за запястье и посмотрела на часы. — У него слишком быстрое сердцебиение, Дом! Как долго он болеет?

— Пару дней, — неохотно ответил он.

Это объясняло его молчание, но в то же время меня так злило то, что он позволил своему состоянию стать таким плохим.

— Нам нужен врач, вызови его сейчас! — приказала я.

— Никакого врача… — прошептал Лука.

Дом подошел ближе. — Он не хочет врача по многим причинам, и мы не можем об этом договориться. Вызови врача сейчас, и вся семья узнает, что он слаб. Это вызовет больше проблем, чем ты можешь себе представить.

Я знала, что, когда он сказал «семья», он имел в виду мафию. — Глупая мафия, — проворчала я.

Дом одарил меня невесёлой улыбкой. — Ты понятия не имеешь. Можешь что-нибудь сделать?

Моё сердце забилось быстрее в груди. Я была всего лишь студенткой-медсестрой, я не всезнающей, но какой у меня был выбор? Я должна была спасти его.

— Я могу попробовать, — я покачала головой. — Кто-нибудь может достать мне лекарства? Термометр? Что угодно?

— Я могу достать всё, что захочешь.

— Даже лекарства по рецепту? — с сомнением спросила я. — Ты же знаешь, что мне не разрешено прес…

— Что угодно, Кэсси. Просто скажи мне.

— Ладно, записывай, — я указала на блокнот и ручку на ночном столике Луки. — Термометр, стетоскоп, ко-амоксиклав для внутривенного введения, парацетамол, аспирин, немного 0,45 % и немного 0,9 % хлорида натрия и капельница, оксиметр, кислород… на всякий случай. Пока только это и возвращайся, как только передашь кому-нибудь список, ладно?

Он выбежал, и я снова смогла сосредоточиться на Луке.

Я попыталась немного посадить его на подушки, но он был мертвым грузом и слишком тяжелым. — Почему ты такой упрямый? Тебе нужен врач. Я всего лишь медсестра.

Дом вернулся, затаив дыхание. — Лучано едет. Я сказал, что это для тебя, что ты заболела. Он вернется через тридцать минут.

Я пренебрежительно махнула рукой. — Нам нужно немедленно сбить температуру.

— Ладно, что тебе нужно?

— Мне нужно положить его в холодную ванну; он будет ненавидеть это, но это единственный способ… — я посмотрела на его лицо, его бледную кожу, его затрудненное дыхание. — Если честно, он настолько не в себе, что сомневаюсь, что он вообще это поймет. Ты можешь отнести его в ванную?

Он кивнул, закатав рукава, прежде чем снять кобуру и положить ее на край кровати. — Просто начинай набирать ванну, — он указал на ванную. — Мы сейчас придем.

Я бросилась в огромную белую мраморную ванную и начала наполнять ванну размером с джакузи, которая стояла в углу комнаты.

— Знаешь, мне кажется, вся квартира миссис Бруссард могла бы поместиться в этой ванной, — сказала я, когда Дом втащил едва находящегося в сознании Луку в ванную.

— Блядь, — прорычал Дом, поудобнее обнимая Луку за талию. — Он тяжелее, чем выглядит.

Я закатила глаза. — Этот парень ростом шесть футов два дюйма. Чего ты ожидал?

— Я ростом шесть футов четыре дюйма, — ответил Дом, подмигивая.

— Поздравляю, ты победил, — я прочистила горло. — Я… эм… мне нужно вытащить его из его мокрой пижамы.

— Хорошо, — он сильнее сжал руку Луки вокруг своей шеи. — Я его держу.

Я сделала глубокий вдох, приседая. Он всего лишь пациент, Кэсси. Ты делала это сотню раз, это не более того. За исключением того, что у меня не было чувств к моим пациентам. Я не целовала своих пациентов. У меня не скручивало живот, когда я думала о них.

Я спустила с него штаны, изо всех сил стараясь не смотреть