Искушение. Ты будешь моей - Лера Крафт Страница 3

— Дайте мне контакты владельца автомобиля. — попросила я.

Дежурный снова заржал. Но после того, как понял, что я не отстану, написал адрес.

— У вас ничего не получится. Он даже разговаривать с вами не станет. — напоследок проговорил он.

Во мне даже не было злости на брата. Лишь бы он был рядом. Тогда я его обниму и никуда уже от себя не отпущу. Лишь бы рядом был.

Я возвращалась из полицейского участка и плакала. Слезы застилали глаза.

На улице было ещё мало людей. Они только начинали просыпаться в своих кроватях и сладко потягиваться от ночного сна. А мне уже нужно было идти на работу. Но все мысли сосредоточены на брате.

Вернувшись в квартиру, показалось, что моей болью пропитались даже стены. Я подняла небрежно кинутую толстовку Дани и прижала к себе. Сразу вспомнилось, как обещала маме позаботиться о брате. А что в итоге? Недосмотрела. Это только моя вина.

Нужно было собираться на работу. А внутри — моральное опустошение.

— Лиз, ты чего такая унылая?

У входа в больницу меня встретила Маша. Мы с ней учились в колледже, а теперь работали в больнице.

— У меня беда.

Я быстро пересказала подруге о том, что произошло с Даней.

— Треш.

Это было любимое слово Машки. И она пихала его везде, куда только было можно. Но сейчас я и сама считала, что моя ситуация — это треш трешовый!

— Лиз, идти к этому криминальному авторитету очень опасно. Тем более, наверное, сейчас он находится в ярости.

Глаза Маши расширились от испуга. Я была полностью согласна с подругой. Но другого выхода не видела.

— Мне никогда не найти столько денег. Машина слишком дорогая. Поэтому придется просто молить о пощаде. Я готова на все — буду пожизненно у этого авторитета в прислугах ходить, полы мыть.

— Надо нанять хорошего адвоката. — посоветовала Маша.

— Он тоже стоит денег. — удручённо проговорила я.

— Я спрошу у родителей. Соберём. Лиз, ты главное не отчаивайся.

Маша поддерживала, как только могла. Но я понимала, что у меня нет другого выхода. Нужно встретиться с этим Ярославом Умаровым.

Сразу вспомнилось лицо дежурного полицейского, когда он упоминал этого авторитета. В глазах Колобка был неподдельный страх. Мне сразу стало не по себе. А тело окутала неприятная дрожь.

— Акимова, ты чего тут рассеялась?

Старшая медсестра Инесса Марковна была воплощением строгости и неприязни. Особенно, когда дело касалось меня.

Стоило мне только устроиться работать в больницу, как она буквально возненавидела меня.

Вот и в этот раз я сидела в ординаторской с Машей. Но Инесса Марковна обратилась с претензией только ко мне.

— Я уже иду работать.

Мне нужна была работа. Особенно сейчас. Поэтому показывать свой гонор не могла.

— И чего Инесса так тебя не взлюбила? Что ты ей сделала? — удивлялась Маша, когда старшая медсестра вышла из ординаторской.

— Вообще не представляю, где я ей дорогу перешла.

— А я догадываюсь... Просто она завидует тебе, Лиза. Ты красивая. Вон все врачи мужского пола шеи свернули, когда ты проходишь по коридору.

— Ой, Маш, не говори глупости. Лучше бы у меня деньги были, чтобы брата вытащить из тюрьмы.

В словах Маши была доля правда. Я замечала, что на меня обращают внимание мужчины в коллективе. А многие женщины недовольно косятся.

Я всегда привлекала внимание. Яркая блондинка с длинными волосами. Приятные черты лица, карие глаза и хрупкая фигура. Но моя внешность совсем не сделала меня счастливой.

"Не родись красивой, а родись счастливой". Это прямо про меня. Ведь моя привлекательная внешность не помогла мне построить мне отношения, найти любовь. А теперь ещё я могла потерять брата.

Весь день я украдкой смотрела на листок, где был написан адрес Умарова. Выбора не было. Поэтому вечером я поехала к владельцу машины, чтобы просить пощады для своего брата.

Глава 5. Ярослав

— Ярослав, надо бы на ночь остаться. Баньку бы затопили.

Только у матери получалось называть мое имя с такой нежностью.

Я уже полностью сросся с кличками — Яр, Ярый. Что совсем подзабыл полное имя. И только в родном доме мне давали возможность побыть не криминальным авторитетом, сильным мужиком, а сыном, которого любят и ждут.

Родительский дом находился за чертой города. Из-за постоянных дел приезжать приходилось не часто. Но мама с батей всегда ждали моего появления.

Дом расположен в обычной, ничем не примечательной деревне. И как не уговаривал родителей купить для них нормальный коттедж, они отказывались.

Но я вложился в то, что было. Сделал пристройку, провел септик. Лишь бы родителям было хорошо. А мои ребята постоянно присматривали за ними. Так спокойнее.

Сегодня мое появление в родном доме стало неожиданным и для меня самого. Потому что, когда все хреново, хочется вернуться в детство, ощутить прежнее спокойствие.

Неделя не задалась. Арсен Саламов — мой злейший враг и конкурент. Он в очередной раз вставил палки в колеса моего бизнеса.

Моя фирма, основанная с Деном и Ржавым, занимается грузоперевозками. Собственный автопарк больших машин. Уже несколько лет мы имеем стабильную прибыль.

Но Арсен не дремлет. У него есть своя банда таких же крепких ребят. Саламов всегда видел во мне сильного конкурента и прямую угрозу крушения его бизнеса. Ведь он тоже занимался грузоперевозками.

На днях нашу пятитонную машину подорвали во время перевозки важного заказа. В итоге — нет груза. Он полностью ликвидирован. И нет новой машины.

Моя фирма должна большую сумму денег за срыв заказа. Я был уверен, что здесь причастен Арсен. Он буквально дышал мне в затылок со своей братвой.

А завершением этой недели стал угон моего Ягуара за 15 лямов. Черная полоса какая-то. Не хотелось ни с кем даже разговаривать.

Ржавый постоянно извинялся. Я не мог на него смотреть. Боялся, что сорвусь и прибью. А мы как ни как дружили много лет. Поэтому никакая тачка не должна встать между нами.

— Нет, ма. У меня дел много. Я на несколько часов заскочил. К вечеру в Москву поеду.

— Сдалась тебе эта Москва! Вон посмотри, как здесь хорошо. Свежий воздух, птички поют. — вступился батя.

Мой отец просто фанател от деревенской жизни. Это он некогда перевез городскую девочку, свою жену, в село. А мама так его любила, что приняла с радушием деревенскую жизнь. Их отношениям можно только позавидовать.

— Знаю, батя, что хорошо. Но все дела