Вслед за тобой - Виктория Кузина Страница 3

есть такие знакомые-некроманты. Не дожидаясь, когда Катя обратит на меня свое внимание, продолжаю: — Я пошла домой, позже созвонимся. — И сразу поворачиваюсь к ним спиной, чтобы быстрее оказаться как можно дальше от чертовых голубых глаз. Вторых за этот день. Твою мать, этот парень меня разозлил своим хамством не на шутку. Надеюсь, больше я его не увижу.

Войдя в квартиру, быстро закрываю дверь, на ходу раздеваюсь и несусь в душ, чтобы смыть с себя этот день и его запах. Я устала. Я просто устала. Словно мантру, повторяю сама себе эти слова. Понимаю, что мне нужно успокоиться, лечь в постель и немного вздремнуть, что, в конечном итоге, я и делаю. Как только моя голова касается подушки, я мгновенно засыпаю.

Глава 2

Я иду по широкому незнакомому пустому коридору и озираюсь по сторонам. Где все? Что происходит? И вообще, где я? Делаю еще один шаг вперед и вдруг слышу скрип двери, которая неожиданно появляется передо мной. Она медленно отворяется, и я пытаюсь разглядеть, что находится по ту сторону. Вначале ничего не вижу, кроме кромешной темноты, затем как будто кто-то включает резко свет, и откуда-то ни возьмись выскакивает накаченный под два метра человек с головой петуха и начинает истошно орать… голосом Макса: «Таня, ты почему меня из морозилки не вытащила, а!? Больная, что ли?» И тут я вскакиваю от мелодии, доносящегося с телефона.

Уже вечер. Это ж сколько я проспала? Святая печень! Пытаюсь проснуться и сообразить, что вообще происходит. Коварный мозг начинает подкидывать картинки моего сна с чело-петухом и его слова про морозильную камеру. Этот сон оказался настолько абсурдным, что я невольно засмеялась. Кстати, и почему я больная? Все же зря я позавчера сходила в кино на «Бременские музыканты».

Тянусь к смартфону. Ну, естественно, кто же еще будет мне названивать?

— У аппарата.

— Таня! Ты что там делаешь? Спишь? Давай прекращай это темное дело. Ты забыла, что обещала приехать? Тут уже все собрались, тебя только не хватает.

— Катя, ты сейчас раздавишь мой мозг своими словесными бомбардировками. И как тебя Рома терпит, ума не приложу. Да, я спала, мне тако-о-ой сон снился, а ты меня разбудила. И никуда я не поеду, — заканчиваю я.

— Нет, нет, нет, нет! — тараторит Катя. — От меня ты так не отделаешься. Ничего не знаю, ты сейчас собираешься и приезжаешь ко мне, иначе тебе будет очень и очень плохо. Ну, пожа-а-алуйста! Пожа-а-а-а-а-а-алуйста! Таня, мать твою! Я говорю тебе «ПОЖАЛУЙСТА»! — уже кричит в трубку подруга, отчего я убираю телефон подальше от уха. — Кстати, а что тебе снилось?

Закатываю глаза и тяжело вздыхаю.

— Накаченный петух с телом Адониса. Спрашивал, почему я его с морозилки не вытащила. — На полном серьезе отвечаю Кате.

Видимо, подруга в этот момент что-то пьет, так как я слышу, как она после моих слов давится и очень сильно кашляет.

— Мать твою, — сипло шепчет Катя, отдышавшись. — Ни в одной вселенной такое невозможно, но и тут ты переплюнула, подруга.

Ну, что поделаешь. Иногда мой мозг умеет удивлять. Обведя взглядом свою комнату, я все же ловлю себя на мысли, что Катя права — ее друзья лучше друзей Дани уже потому, что они не пытаются выставить свою личность в лучшем свете и не ведут себя как напыщенные индюки. Все же я поеду к ней, а вот Дане ничего говорить не буду, все равно мы уже сегодня с ним не увидимся, так зачем лишний раз находить повод для выяснения отношений. Еще раз вздохнув, я говорю:

— Ладно, уговорила. Собираюсь. Жди.

— Ура! — радуется она и отключается.

Я все еще сижу и пытаюсь проанализировать свой сон. Вообще, если откинуть всю абсурдность, то… Нет, не получается. Как ни посмотри, сон бредовый, но почему-то все не выходит из головы. Ладненько, раз уж я Кате обещала приехать, то надо поторопиться, иначе она мне весь мозг проест обидами. Подруга в этом просто первоклассный ас. Встаю с постели и иду к шкафу, чтобы выбрать наряд. Так как я планирую побыть там недолго, смысл приукрашиваться, будто собираюсь на парад? Правильно. Надену темные джинсы и голубую блузку. Все, решено. Быстро подкрашиваю ресницы, немного наношу блеска на губы, надеваю легкую куртку, так как вечерами еще прохладно, и я готова.

Сорок минут спустя стою на кухне вместе с Катей, и мы вовсю обсуждаем наши ближайшие занятия у Марка Александровича, ведь дело близится к сложному экзамену, поэтому нам необходимо более тщательно подготовиться. Мы решили немного отдохнуть от шума, которые устроили ребята, собравшиеся в гостиной дома, и заодно, помимо учебы, немного посплетничать. Я даже не уверенна, заметили ли они наше с Катей отсутствие — смех, громкие разговоры и веселая музыка слились в одну сплошную какофонию, которая не собирается прекращаться. Но эта не единственная причина, по которой мы с подругой отлучились. Макс. Каким-то непонятным для меня стечением обстоятельств он тоже находится в гостях у Кати. Самое странное, что за все время существования нашей дружбы, я увидела его только сегодня. Ведь, по словам моей подруги, Макс дружит с Ромой достаточно давно. И да, он меня сильно напрягает. Хотя, нет, раздражает и злит до жути, особенно после того, как начал неуместно перед всеми шутить про меня. Сначала я смеялась, было забавно наблюдать за его потугами, но потом мне стало не до веселья — парень явно стал перегибать палку, и мои просьбы остановиться он попросту игнорировал. Ох, треснуть бы ему, конечно, хорошенько, чтобы мозги вправить на место.

— Эй, Таня! — Серьезно? Он не может уже оставить меня в покое?

— Что? — рявкаю я.

— Подойди, пожалуйста, ко мне. — Макс стоит напротив меня, прислонившись к дверной раме.

Я закатываю глаза.

— Зачем?

— Мне нужно кое-что тебе сказать.

Я поворачиваюсь к Кате, но она лишь ухмыляется, затем, поднимая ладони в знак капитуляции (и что это значит?), молча оставляет нас. Предательница! Я провожаю ее злобным взглядом. Ну, я тебе еще покажу, подружка, только попросишь списать.

Снова смотрю на Макса, который стоит в той же позе с нечитаемым выражением лица. Я не могу понять, о чем он думает и чего хочет. Почему он проявляет такой интерес ко мне весьма ужасным способом? Изначально он мне даже понравился, пока не открыл свой рот.