Жизнь, Ранчо, Любовь - Эмма Люси Страница 3

— Ты заблудилась?

Я была застигнута врасплох хмурым взглядом, который он бросил в мою сторону, и это сразу же рассеяло всё восхищение, которое вызывало у меня его красиво очерченное лицо. Я ухмыльнулась, уперев руки в бока.

— Должна спросить тебя о том же: что ты делаешь в моём… в моём доме?

Он хрипло рассмеялся и скривил лицо. Приподняв густую бровь, он снова осмотрел моё тело.

— Твой дом? Я бы сказал, что ты в нескольких тысячах километров от дома, дорогая.

Я прищурилась. Подумав, сегодня мне будет трудно оставаться такой же позитивной, как обычно. Я понимала, что не совсем вписывалась в это место — в моём маленьком лавандовом спортивном костюме, дополненном белым кардиганом, накинутым на плечи, и рыжими локонами, собранными сзади в высокий хвост, в отличие от его рубашки в клетку и джинс. Но и моя двоюродная бабушка тоже была другой, и я сомневалась, что у него хватало смелости дерзить ей.

— Да, это ранчо принадлежало моей бабушке Грейс. Мистер Хенсли где-то поблизости?

— Подожди, — его рот открылся, а руки опустились, — ты внучка Грейс? Я ждал кое-кого… старше. — Он провёл рукой по лицу, бормоча: — К чёрту!

Какой приятный тёплый приём. Я всегда помнила, что американцы более дружелюбны, чем мы, британцы, но, очевидно, были и исключения.

— Ну, формально я её внучатая племянница. Послушай, я не совсем понимаю, почему ты оказался в моём доме, но не мог бы, пожалуйста, сказать мне, где я могу найти мистера Хенсли?

— Ты смотришь прямо на него, — невозмутимо сказал он, сверля меня взглядом, более тёмным, чем ночное небо.

Он что, считал меня глупой? Я уже встречалась с мистером Хенсли раньше. Я знала, что моё тело всё ещё жило по британскому летнему времени, и обычно я бы уже крепко спала, поэтому мой мозг работал медленнее обычного, но я была твёрдо уверенна, что это не тот старик, которого я в последний раз видела семь лет назад.

— Э-э, нет, мистеру Хенсли около семидесяти лет. Высокий, долговязый старик с пышными усами.

— На самом деле ему восемьдесят, и он не работает здесь уже четыре года. — Снова скрестив руки на груди, мужчина ухмыльнулся, и на щеке в уголке его рта появилась ямочка. — Я его внук.

У меня вытянулось лицо от удивления.

Значит, я всё это время писала ему смс?

Протянув руку, он с некоторой неохотой добавил:

— Меня зовут Уайатт. Но ты можешь продолжать называть меня мистером Хенсли, если хочешь, принцесса.

В завершение он подмигнул.

Теперь это я мысленно бормотала «К чёрту!». В нём сочетался весь этот самоуверенный, задумчивый образ ковбоя, и это выводило меня из себя. Обычно я не такая обидчивая. Обычно я жизнерадостная, позитивная Рори — этим я гордилась. За это мне и платили.

Но я думала, что усталость от путешествия, должно быть, сказалась на мне. Я знала, что лучше не судить кого-то сразу, и, возможно, я слишком торопилась с оценкой. Кроме того, не похоже, что в последнее время мои суждения о людях были точными — я никогда не считала Джейка мошенником и изменником, а себя — женщиной, которая позволила поступкам мужчины определять мою уверенность в себе, и всё же я здесь.

Я протянула руку, и она казалась совсем маленькой по сравнению с его рукой, когда мы пожали их друг другу. Его мозолистая кожа скользила по моей ладони, оставив после себя ощущение покалывания.

— Аврора Джонс, но большинство людей зовут меня Рори.

Он нахмурился, глядя на свою руку, прежде чем засунуть её в карман.

— Разве это не мужское имя?

В моей памяти всплыло воспоминание о том, как одноклассники говорили именно так моей тихой версии в школе. Я сделала глубокий вдох и прогнала эту мысль прочь, вспомнив, как упорно трудилась, чтобы стать уверенной в себе женщиной, которой я являлась сегодня. Или была.

И что те же самые одноклассники теперь стали взрослыми мужчинами в личке, которым не удавалось привлечь моё внимание.

— Гендерно нейтрально. — Я сжала губы, не в силах выдавить улыбку. Он что, никогда не смотрел «Девочек Гилмор»?

— Как скажешь. — Уайатт пожал плечами. Его резкие черты лица снова стали хмурыми. — В любом случае, отвечая на твой предыдущий вопрос, я был у тебя дома, чтобы убедиться, что у тебя есть всё необходимое, чтобы пожить здесь несколько дней. Я догадывался, что ты устала и не захочешь ехать в город сегодня вечером.

— О… — Я смотрела на него в ответ, но боролась с тяжестью, которой, кажется, одарили меня его тёмные глаза. — Что ж, спасибо. Я ценю это.

— Просто выполняю свою работу.

Уайатт засунул другую руку в карман.

— Ладно, что ж, я бы хотела устроиться на ночь и, честно говоря, просто лечь в постель, потому что мне уже давно пора спать. — Я рассмеялась, пытаясь снять неприятное напряжение, повисшее между нами, но лицо Уайатта осталось напряжённым. — Хм, но было бы здорово встретиться завтра и обсудить всё, что происходит на ранчо, чтобы мы могли разобраться с этим местом и продать его, и я смогла бы вернуться домой.

Надеюсь, ко мне вернутся вдохновение и уверенность.

— Отлично, не могу дождаться. — Веки Уайатта подрагивали, как будто он пытался скрыть, что закатывал глаза, хотя это было довольно бесполезно. Он выдавил из себя вялую улыбку и протянул мне ключ. — Я оставлю тебя наедине с этим.

Уайатт развернулся и ушёл по грунтовой дороге, оставив меня и моё измученное тело наедине с моими огромными чемоданами. Как бы я хотела, чтобы Люк всё ещё был здесь.

Я закрыла глаза, глубоко вдохнула в течение пяти секунд, прежде чем испустить самый глубокий вздох…

— Эй, Аврора, — позвал Уайатт, и у меня пробежались мурашки по коже от того, как он назвал меня полным именем. Я повернулась и увидела, как он поднимался обратно, потирая затылок и пыхтя.

— Эм, да?

Уайатт сделал последние несколько шагов, сократив расстояние между нами, и мои глаза упёрлись в его широкую