Развод в 45. Найду моложе! (СИ) - Ксения Хиж Страница 28

О чем я думаю!

Выдыхаю. Получается громко, снова со стоном.

Пытаюсь немного отпрянуть, упираюсь ладошками ему в грудь. Но Георгий неумолим. Ласкает мои губы, терзает, доводя до безумия. А ведь это всего лишь поцелуй!

— … Таисия, — рычит муженек на проводе. — Что за противные чавканья? Ты что там делаешь?

— Тая, ты божественная! — выдыхает Георгий хрипло и вжимает меня в себя.

— Ах! — снова стону громче нужного, когда чувствую его твердое и упругое тело.

— … Это чей голос? А?! Ты что устроила?! — рявкает муж. — Это кто с тобой? Он что бессмертный?! А ты?!

— Ах, Георгий! — выдыхаю, когда пальцы непроизвольно дергают его рубашку. Не понимаю как, но я уже сижу попой на столе, а он целует мое лицо, спускается на шею, и снова в губы.

Откидываюсь назад, упираясь руками о столешницу и смахиваю телефон. Тот падает на пол и наконец отключается.

А я почти отключаюсь от ласк этого молодого мужчины.

В глазах блики, в голове шум, а на губах сладость!

Его губы — мед, а поцелуи — сладкий нектар.

И я готова пить его вечно!

Глава 14

Конечно, одним поцелуем дело не обошлось…

Но и не зашло, куда не следует! Я не теряла связь с реальностью, хоть и была почти дезориентирована.

От его напора. От его губ. От его ласк — сначала нежных, потом нетерпеливых…

Вспоминая об этом, сжимаю губы, держа язык за зубами, когда Наталья достает из сумки пирог и кладет его на столик. Я разливаю по кружкам чай.

В офисе так рано еще никого нет, но скоро придут. Особенно жду появление Ольги…

— В общем, Тая! — выдыхает она восторженно. — Все было!

— Оу! — смеюсь. — Тебя поздравить?

— Однозначно! Семен это лучшее что было у меня, но ты понимаешь, о чем я! — она чуть краснеет, усаживается на стул. — Он был таким нежным и внимательным! Делал все для меня!

— Это похвально! — киваю. — Теперь вы официально пара? Не будешь скрывать?

— Буду! — выдыхает. — Пока буду! Да и потом — счастье любит тишину! — Она откусывает кусочек пирога и кивает мне с любопытством: — Ну а у вас? У вас как все прошло? Не молчи и не томи меня!

Выгибаю брови, улыбнувшись. Пожалуй, я тоже буду скрывать, даже от нее…

— Ужин прошел прекрасно. С аппетитом поели, вдоволь наговорились, десерт ему особенно зашел!

Вспоминаю что на десерт были его губы и облизываюсь.

— И все?! — она в недоумении хлопает ресницами. — Семен сказал… — осекается.

— Что? Что он сказал? — напрягаюсь.

— Что он пошёл к тебе с цветами!

— Ну это да, это было. Красивый букет.

— И все? Ну так нечестно! Я прямо чувствую, что ты не договариваешь! Таисия! — выдыхает возмущенно.

Вздыхаю. Стыдно врать, но и стыдно признаться!

— Ну мы еще танцевали. — Приоткрываю немного завесу тайны.

— Целовались? — допытывает меня.

— Один раз. Так получилось, что… В общем…

— Да что ты оправдываешься и нервничаешь! — журит меня. — И как? Как поцелуй?

— Прекрасно! Потрясающе! — выдыхаю облегченно. — Я улетела от его губ! Не говори никому только, ладно?

— Да кому я скажу! — хмурится обиженно, а потом посвящает меня в подробности вчерашнего вечера. Без пикантных подробностей — они ни к чему, но в общих чертах делаю вывод, что свидание у нас происходило идентично — ужин при свечах, разговоры, поцелуи…

Отвлекаюсь, когда мой телефон трезвонит который раз подряд — муженек. И что ему нужно в такую рань?

— Да? — говорю вымученно. Этот товарищ меня достал!

— Таисия! — выдыхает. — До тебя не дозвониться!

— Бывает.

— Не бывает! Не смей так ерничать?

— Чего? Да где? — задыхаясь от возмущения, поднимаюсь на ноги и хожу по офису. Здороваюсь со своей помощницей, которая заходит в двери.

— Ты в родительском поместье? — перебивает.

Что за тон? Неотёсанный чурбан! — думаю, но сухо произношу:

— Да. Где мне еще быть? Что за вопросы? Ты сам меня сюда сбагрил!

— Отлично. Мы решили прилететь чуть раньше и заедем к тебе.

— Ко мне? Зачем? — выкатываю глаза от удивления. — И что значит «мы»?!

— Я и наша дочь. Решим с тобой все лично по разводу, надоели эти передачки искажённой информации от адвокатов, а Злата пока отдохнет. Дочь по тебе скучает!

Слышу про дочь и соглашаюсь. Материнское сердце сжимается, я сама по ней безумно тоскую.

— Хорошо, — киваю. — Когда вас ожидать?

Оборачиваюсь, вздрогнув, когда сзади мне на плечи ложатся руки.

Привет! — шепчу одними губами, а Георгий выдыхает в самое ухо:

— Доброе утро, Тая! Я успел соскучиться! — и нежно целует меня в висок.

Удаляется к своему рабочему месту, а я растерянно моргаю. Моя помощница и Натали улыбаются, пряча взгляды, а муж рявкает в трубку, оглушая:

— Ты что там с катушек съехала? На старости лет? Кто это мурлыкал там?!

Ох, да он все слышал!

Бинго! Вот так тебе, старый хлыщ! Это ты еще ЕГО не видел!

Тяну уголки губ в хищной улыбке.

— Напишешь, как соберетесь, я занята!

— Таисия!

— Прощаюсь!

И не дослушав, сбрасываю вызов.

То, что ко мне скоро заедет дочь — радует. В голове уже проносятся рецепты ее любимых блюд — борщ и голубцы. А если она вновь на диете, то сделаю ей греческий салат и рыбку…

То, что прикатит муж — напрягает. Но в открывшихся обстоятельствах…

Надо предупредить Жору и мило улыбнувшись, иду к нему.

* * *

Чем ближе подхожу к рабочему столу Георгия, тем сильнее впадаю в оцепенение. Теряюсь, стесняюсь. Воспоминания о наших с ним поцелуях бросают то в холод, то в жар. Меня штормит. Вот, правильно говорят — старость не радость — давление все чаще прыгает, а голова и вовсе кружится бесконечно часто.

— Я заезжал к тебе, думал позавтракаем вместе, а ты уже ушла, — замечает с улыбкой, поднимая на меня взгляд.

— Ах, да, вышла из дома пораньше, — облизываюсь и поправляю волосы.

— Как спалось? — щурится игриво.

— Спала как младенец, — воркую тихо. Перед глазами снова наш вечер. Вышел он от меня до полуночи, а расстались далеко за полночь, потому что, стоя на крыльце под лунным светом и стрекотом цикад, снова не могли оторваться друг от друга.

— Кто звонил так рано? — летит новый вопрос. И я усмехаюсь.

— Кстати, да. Об этом и хотела поговорить.

Он кивает на кресло, и я сажусь. Складывает руки на столе в замок и смотрит мне в глаза.

— Ко мне