Всегда моя - Лора Павлов Страница 28

Кулаки у меня сжались, но я сделал все, чтобы не выдать себя. Почему сейчас? У него было шесть месяцев, и он не сказал ни слова. А теперь, за пару недель до свадьбы, ему вдруг вздумалось мириться? Да хрен я в это поверю.

— Вот ублюдок, — процедила Дилан и ударила кулаками по столу. Все вытаращились. — Уже поздно.

— Я не хочу сейчас об этом говорить, — прошипела Вивиан, и все вздрогнули. Вспышки у Дилан — обычное дело, но вот от Виви это было в новинку.

Грудь сжало. Она скучает по этому придурку? Хотела бы, чтобы все было иначе? В конце концов, она спит со мной — человеком, который никогда не даст ей того, чего она хочет. Что, блядь, я вообще делаю?

Вивиан снова села и стала молча есть, больше ни слова про ублюдка. Я вышел на улицу, где большинство парней уже брали вторые порции. Ел в тишине, обдумывая, что делать дальше. Когда закончили, я убрал за собой и отмахнулся от придурков, с которыми работал.

— Увидимся завтра. Спасибо за ужин, Джек.

Вивиан с сестрами тоже заканчивали и направлялись на кухню.

— Ты завтра работаешь, Нико? — спросила Эверли.

— Да. Твой отец позвал помочь с подготовкой, пару дней будем тренироваться.

— А, ну ладно. Увидимся завтра. Папа хочет, чтобы я пришла и поработала своим волшебством, — она кокетливо помахала пальцами, будто колдовала.

— Она собирается вас всех проанализировать. Повеселись, — вставила Дилан, обняв меня в полсилы.

— Отлично, — буркнул я.

— Увидимся на День благодарения, — сказала Эшлан, обнимая меня крепко.

— Ага. До скорого.

— Пока, Нико, — теперь подошла Шарлотта. Сестры Томас любили объятия, и я давно это принял.

Вивиан смотрела на меня.

— Я тоже ухожу. Пойдем вместе.

Она быстро попрощалась со всеми, а Расти с Сэмсоном подняли на меня глаза и ухмыльнулись. Я показал им средний палец и вышел, под хохот за спиной.

На улице я направился к ее машине. Она закуталась в пальто, прислонилась спиной к двери.

— Ты приедешь? — в ее голосе была нотка сомнения. Черт, она меня знала. Знала, что я думаю. Что чувствую.

Я провел рукой по волосам, откидывая их назад:

— Не сегодня, Пчелка.

— Из-за того, что приходил Дженсен?

— Из-за того, что я не понимаю, что, блядь, творю. И да, твой бывший вдруг решил извиниться? Хочешь сказать, это тебя совсем не задело? Уверен, он бы отменил свадьбу, если бы ты согласилась вернуться. Ты правда не думаешь об этом после всех этих лет с ним? — злость вырвалась сама собой, даже не знаю, откуда.

— Нет. Я не думаю. Знаешь почему, Нико?

— Почему?

— Потому что я оставалась с ним все эти годы из удобства. Потому что это были единственные отношения, позволяющие проводить все время с тобой, ведь мой парень не жил здесь. Потому что всегда был ты.

— Не может быть я, Пчелка. Ты знаешь это.

— Я не прошу тебя на мне жениться, Нико. Я прошу дать нам шанс. Без секретов. Я хочу попробовать по-настоящему, потому что последние недели были самыми счастливыми в моей жизни, — ее голос сорвался на рыдании, и по щеке скатилась слеза.

Вот оно. Этого я и боялся. Я угробил лучшее, что у меня было.

— Ты делаешь ставку не на ту лошадь, Виви. Я не смогу быть тем, что тебе нужно. Что ты заслуживаешь.

— Чего ты так боишься? — крикнула она, пугая нас обоих.

— Этого. Сделать тебе больно. Подвести тебя.

— Значит, ты даже не попробуешь, потому что это может не получиться? Это твоя логика?

— Если хочешь, можешь так это назвать. Я не тот, кто тебе нужен. И не надо говорить моей сестре о том, что было между мной и отцом. Она сегодня об этом заговорила, сказала, что ты ей рассказала. Я не хочу это обсуждать с Джедой и не хочу, чтобы ты пыталась меня чинить. Ты меня не изменишь. Я такой, какой есть.

Ее рот приоткрылся, плечи выпрямились.

— Ты злишься, что я поговорила с сестрой. Злишься, что пришел Дженсен. Так и скажи. Вместо этого ты ищешь повод сбежать. Ты трус, Нико.

— Возможно. Но так или иначе, на этом все. Я люблю тебя, Виви, но не так, как тебе нужно.

Она резко развернулась, залезла в машину и хлопнула дверью. Я отступил, когда двигатель загудел, и она рванула с места.

Так будет лучше. Но я не ожидал, что грудь будет сжимать так, будто она проваливается внутрь. Черт. Я сделал для нее правильный выбор.

Для нас обоих.

На следующее утро я пришел на работу и застал, как Расти влепил бедолаге Руку знатную «хватку за трусы», а тот во все горло орал. Я швырнул сумку на кровать, и тут по пожарной части поплыл запах бекона. Спустился вниз, в кухню, и все один за другим потянулись к огромному столу.

— Ну что, Нико, — протянул Расти с ехидной ухмылкой. — Слышал я, вчера у Виви объявился бывший. И что ты собираешься с этим делать?

Я перевел взгляд с него на Джека, который с насмешкой поднял бровь.

— Да отъебитесь вы. Мы друзья. Я всегда ее прикрою. И делать я ничего не собираюсь.

— Да ладно, мужик. Ты что, сам веришь в эту байку? — спросил Джейс, жуя панкейк.

— Ты ведь знаешь, что бывает с тем, кто остается на скамейке запасных? — вдруг подал голос Дед, и все замерли — старик обычно много не разговаривал.

— А что бывает с тем, кто на скамейке? — поинтересовался Хог, и народ загоготал: мол, сейчас Дед выложит ответ на все вопросы жизни.

Тот спокойно дожевал, посмотрел прямо на меня:

— Он там и остается. Потому что боится игры.

Стол взорвался хохотом, а Рук с Дикки переводили взгляд с меня на старика.

— Может, некоторым просто не нравятся игры.

— Возможно, — пожал плечами Дед. — А может, они просто боятся в них играть. — Он откусил полполоски бекона и стал жевать так медленно, будто специально тянул паузу. — Но жизнь на скамейке запасных скучная.

Что за хрень? Старик вдруг возомнил себя Ганди и решил научить меня жить?

— А мне игра нравится, — вставил Хог, тянусь за соком.

— Я вообще хер его знает, о чем мы сейчас, — буркнул я, поднимаясь и бросая тарелку в раковину.

Настроения на этот цирк не было. Спал плохо — привык засыпать в постели Виви, а одному уже не нравилось. Вот этого я и боялся. Она с того вечера у отца мне не писала, и я