Разбитые мечты - Ева Джеймин Страница 27

Желчь подступила к моему горлу, и я быстро вернулся к сообщению Джейса и нажал на значок вызова.

— Что за хуйня? — Я зашипел, когда он ответил. — Скажи мне, что это чушь собачья.

— Я бы хотел, — ответил мой лучший друг с дрожащим от ярости голосом. — Бренда в панике, но она не отрицаетни хрена. Так что...

— Черт! — Я закричал, затем мгновенно поморщился и одними губами извинился перед администратором. К счастью, кроме моей охраны, которая хорошо привыкла к моему языку, в приемной никого не было, чтобы стать свидетелем моего срыва. — Джейс, мыне собираемся возвращаться в тур прямо сейчас.

— Не могу не согласиться, — огрызнулся он в ответ. — У нас даже нет больше полноценной группы, и я, например, отказываюсь позволить «Биг Нойз» назначить случайного басиста на место Фло.

Фу, от одного только предположения об этом у меня закипела кровь.

— Зачем им это делать? — Спросил я резким шепотом, низко опустив голову, когда администратор с любопытством посмотрела на меня. — В этом нет никакого смысла. После взрыва бомбы?

— Я не знаю, братан. Я, блядь, не знаю. Бренда сейчас едет сюда; я серьезно надеюсь, что у нее есть ответы, потому что я в растерянности. — Он измученно вздохнул, шепча проклятия на выдохе.

Я взглянул на часы. У Билли оставалось еще полчаса до конца сеанса, но я мог прервать ее. — Мы сейчас вернемся.

— Нет, — отрезал Джейс. — Дай Билли закончить сеанс. Ей это нужно. Это может подождать. Просто... сначала позаботься о ней, а потом все уладится само собой.

Я облизал губы, испытывая искушение прокомментировать это, но передумал. — Хорошо, — вместо этого согласился я. — Тогда мы вернемся через час. А пока вытяни кое-какие ответы из Бренды. И для протокола? Яне поеду в турне.

— Мы на одной волне, братан. Мы с Греем разберемся с этим. — Он закончил разговор, и я снова прочитал эту дурацкую статью со сплетнями. И еще раз. Ктобыл этим мудаком, и откуда они брали эту информацию?

Мне оставалось только надеяться, что это — в отличие от остальных — чистый вымысел. Интуиция подсказывала мне, что это не так.

тринадцать

БИЛЛИ

Терапия проходила намного лучше, когда я не была саркастичной, упрямой стервой. Кто бы мог подумать? — Я так горжусь тем, как далеко ты продвинулась за неделю, Билли, — сказала доктор Кэндис, провожая меня до двери. — Твоя готовность открыться мне будет иметь решающее значение. Увидимся на следующей неделе.

— Увидимся на следующей неделе, — согласилась я, уже с некоторым нетерпением ожидая этого.

Когда я вышла в зону ожидания, Ретт стоял возле двери, как будто был готов выйти отсюда. Это место заставляло его нервничать? Я надеялась, что нет, потому что я все еще прикидывала, как незаметно предложить ему попробовать терапию. Даже если это было не с доктором Кэндис.

— Готова идти, Торн? — спросил он с напряженным выражением лица.

Я кивнула. — Да, определенно. Все в порядке? — В нашем мире стоило задать этот вопрос. Даже если большую часть времени ответ мне не нравился.

— Нет, — быстро ответил он. — Я расскажу тебе в машине.

В груди у меня все сжалось, а желудок скрутило в тот же миг. Нет ничего хуже от беспокойства, чем необходимость ждать, когда поступят плохие новости. — Все живы, верно? — Торопливо прошептала я, беря его под руку. Администратор попрощалась, но мы уже были за дверью, Ретт подгонял нас. Его охрана поспешила встать перед нами, и я совершенно забыла, что они с нами, пока они не заняли свои обычные позиции по обе стороны и немного впереди нас.

— Живы и здоровы, — он избавил меня от страданий. — Это снова дерьмо группы.

Часть моей паники прошла. Не вся, конечно, потому что «Беллероуз» была довольно важной частью их жизней, и это сделало ее огромной частью моей жизни сейчас. По иронии судьбы.

На этот раз я была той, кто ускорил шаг, торопя нас к месту парковки, и когда Ретт придержал для меня дверцу, я практически нырнула на пассажирское сиденье. Мрачные черты Ретта немного смягчились, когда он улыбнулся. У него была красивая улыбка. Но времени растворяться в нем, как мне хотелось, не было. Нет. Мне нужны были ответы.

Как только мы пристегнулись, а охрана осталась в машине позади, Ретт выехал со стоянки. Я повернулась на своем сиденье. — Выкладывай.

Он усмехнулся, и это еще немного разрядило напряжение. Никто бы не стал смеяться, если бы это было действительно серьезно, верно? — Появился новый пост в «Грязной Истине». В нем говорится, что мы возвращаемся в тур. Что совершенно хреново, учитывая, что случилось с Флоренс меньше трех недель назад.

— Разве вы не закончили последнее турне? — Спросила я, сбитая с толку.

— Мы закончили североамериканскую часть этого проекта, — сказал Ретт. — Но у нас была целая куча международных концертов по всей Великобритании и Европе, которые были отложены на неопределенный срок, когда тебя похитили. Затем, после смерти Фло, мы решили все отменить. Билеты были возвращены и все такое. По крайней мере, так нам сказали.

Откинувшись на сиденье, я уставилась в переднее окно, наблюдая за проплывающим мимо ледяным пейзажем. — Кто, блядь, вообще ведет эти «Грязные Истины»? Я имею в виду, такое ощущение, что они знают о нашей жизни больше, чем мы сами. Как им удается всегда быть на шаг впереди или, по крайней мере, идти в ногу с нами?

Пальцы Ретта сжались на руле, прежде чем он глубоко вздохнул. — Мы были заняты другим серьезным дерьмом, происходящим, но, возможно, пришло время нам проявить немного интереса к «Грязной Истине». Немного поднадавить, чтобы выяснить, кто этим заправляет.

— Грейсон был бы хорошим вариантом, — предположила я. Прежде чем передумать. — На самом деле, у него и так слишком много дел, так что, может быть, кто-нибудь другой.

— Мы что-нибудь придумаем, — сказал мне Ретт, делая еще один крутой поворот, который вывел нас на дорогу к дому Грейсона. — А пока нам нужно обсудить этот тур с Брендой и «Биг Нойз». Мы ни за что на свете не сможем отправиться заграницу, когда все это происходит, и я более чем счастлив повторить это громко и ясно, когда мы проведем нашу встречу.

Когда мы заехали на подъездную дорожку, он нажал кнопку, открывая ворота безопасности и отключая сигнализацию. Мы немного постояли на месте, пока