Порочный наследник - М. Джеймс Страница 26

По какой-то причине я испытываю странное желание защитить Десмонда.

— Он просто удивился, увидев меня там. Расстроился, потому что я не назначила другого свидания, когда обещала. И с моей стороны было немного дерьмово приводить Элио в бар, куда водил меня Десмонд. Он не знал, что я не была там на свидании с Элио. И, как я уже говорила… это было довольно возбуждающе. Ты даже согласилась, что нет ничего плохого в том, что мне это нравится.

— Конечно, в этом нет ничего плохого. Это не значит, что после такого поведения ты должна что-то предпринимать с этим парнем. Немного ревности — это нормально. Но, то, что он сделал, больше похоже на обозначение своей территории, и это не мило. — Выражение лица Мары слегка смягчается. — Послушай, я понимаю, что ты хочешь рассмотреть все варианты. Ты давно одна и заслуживаешь того, чтобы найти кого-то, кто сделает тебя счастливой. Но, пожалуйста, будь осторожна с этим парнем. Что-то в нём мне не нравится.

Я тянусь за бокалом вина, вспоминая, как мне было некомфортно во время свидания с Десмондом. То, как он не открывал двери, собственнические прикосновения, комментарии о контроле и о том, что меня защищает брат. Я слишком много думала или мои женские инстинкты предупреждали меня о парне, который, как выразилась Мара, был «красным флагом»?

Я не знаю. Правда не знаю. И я вдруг чувствую, как на меня накатывает усталость от того, что всё так сложно, когда всё, чего я хочу, это получать удовольствие от свиданий с кем-то.

Мужчины в нашем мире такие. Они защищают свою территорию, они собственники. Мара этого не понимает — это одна из немногих вещей, которых она не может понять. А я не могу позволить себе роскошь встречаться с мужчинами из обычного мира. Они не могут справиться с моей семьёй, моей службой безопасности, всеми правилами, ограничениями и формальностями, которые сопровождают мою жизнь.

— Он не так уж плох, — говорю я, но даже мне самой эти слова кажутся неуверенными. — Он пригласил меня в хороший ресторан, устроил продуманный вечер…

— Элементарные человеческие приличия, это не то же самое, что быть хорошим партнёром, — перебивает Мара. — И, судя по тому, что ты мне рассказала, большую часть свидания он отпускал комментарии о твоей независимости и о том, что ты под защитой своей семьи. Это не тот человек, который видит в тебе равного себе, Энни. Это тот человек, который видит в тебе приз, который нужно завоевать.

Я раздражённо вздыхаю, потому что знаю, что она хотя бы отчасти права. Некоторые его слова, действительно заставляли меня почувствовать себя неловко.

— Возможно, он нервничал, — говорю я в свою защиту. — У нас с его семьёй давние счёты. Если бы наши отношения стали серьёзными, это было бы большой проблемой.

— Значит, это тоже сложно? Энни, найди кого-нибудь попроще. Кого-нибудь, кто тебе просто понравится.

— Всё не так просто. — Я качаю головой, чувствуя, как к горлу подступает разочарование. — Что мне делать, Мар? Элио для меня закрыт и, скорее всего, я ему уже не так интересна, а ты говоришь мне, что Десмонд — плохая новость. Неужели я должна навсегда остаться одинокой?

Мара закатывает глаза.

— Конечно, нет. Но, может быть, тебе нужно понять, чего ты на самом деле хочешь, прежде чем принимать какие-то решения в отношении кого-то из них.

— Я хочу чувствовать, что могу контролировать свою жизнь, — сразу же отвечаю я. — Я хочу сама решать, с кем мне встречаться, с кем спать, с кем я, возможно, захочу построить будущее. Мне двадцать восемь лет, и всю свою жизнь я провела под защитой, контролем и в безопасности. Я до сих пор девственница, чёрт возьми, Мар. Я хочу чувствовать себя женщиной, а не ребёнком.

— А что для тебя значит чувствовать себя женщиной? — Терпеливо спрашивает она. — Подумай об этом, Энни.

— Я хочу, чтобы меня желали, — тихо говорю я. — Мне нравилась его ревность, потому что она давала мне почувствовать себя желанной. Я не хочу повторения того, что было у меня с Элио много лет назад, это причинило мне слишком много боли, и я чувствую, что если это повторится, то обесценит то, что было раньше. Я не пытаюсь это воссоздать. Но я хочу, чтобы кто-то действительно хотел меня. И Десмонд сегодня дал мне это почувствовать. Может, он сделал это неправильно, но он дал мне почувствовать себя желанной. Как будто быть со мной что-то значило для него. Как будто я стоила того, чтобы добиваться меня и противостоять кому-то другому ради меня.

Мара делает паузу, её проницательные зелёные глаза смотрят прямо в экран.

— То, что не сделал Элио много лет назад.

Это заявление поражает меня, как удар. Я никогда не думала об этом с такой точки зрения. Возможно, я никогда не хотела позволять себе думать об этом с такой точки зрения. Но это правда, Элио не преследовал меня. Он ушёл. И он не противостоял моему отцу. Он ушёл, как и должен был. Он бросил меня.

Я с трудом сглатываю, чувствуя, как слёзы скапливаются в уголках моих глаз.

— Возможно, — признаю я.

— Поэтому забудь об Элио, — советует Мара. — Я знаю, это сложно, ведь тебе иногда приходится с ним работать, но постарайся избегать его, когда это возможно. Больше никаких ужинов, никаких выпивок вне дома. А что касается Десмонда… — Она колеблется. — Я понимаю, что ты, возможно, хочешь продолжить отношения, Энни. Я понимаю, какие чувства он у тебя вызывает. И я понимаю, что тебя привлекает такая мужественность. Но просто… будь осторожна.

Я киваю и допиваю свой бокал вина, и отхожу на минутку, чтобы наполнить его, а когда возвращаюсь, засыпаю её вопросами о последнем мероприятии в её галерее, чтобы избежать дальнейшего обсуждения моей личной жизни. Я чувствую себя опустошённой после этого разговора и уже не хочу ни разбираться в том, что, чёрт возьми, происходит у меня в голове, ни иметь с этим дело.

К тому времени, как мы заканчиваем разговор, я уже немного пьяна. И, несмотря на всё, о чём мы говорили с Марой, мои мысли возвращаются к Элио.

Я хочу его. Я всегда хотела его, даже после того, как сказала себе, что двигаюсь дальше. Он — тот эталон, по которому я сравниваю всех остальных, причина, по которой ни одни другие отношения не казались мне подходящими. Но этого не может быть. Этого не могло