Разрушенная гавань - Кэтрин Коулc Страница 26

— Это офигенно! — закричал Лука, подпрыгнув.

— Я думал, тебе понравится, — улыбнулся Коуп. — У тебя здесь своя ванная. А на этом телевизоре стоит игровая приставка. Кай любит играть, так что пришлось поставить.

Конечно, пришлось.

Коуп поморщился:

— Только надо будет проверить, все ли игры подходят по возрасту.

— Это я возьму на себя, — пообещала я.

Лука с разбега прыгнул на кровать:

— Я отсюда никогда не уйду!

Коуп улыбнулся мне одной из тех настоящих, счастливых улыбок. Я начинала понимать: самые искренние его радости были связаны с тем, что он делал счастливыми других. И мне хотелось подарить ему что-то в ответ.

Он повернулся ко мне, все с той же улыбкой, от которой у меня внутри делало какое-то акробатическое сальто.

— А ты как, Воительница? Готова посмотреть свою комнату?

Новое сальто и еще пару кувырков. Нет, я не была готова. Потому что все это слишком хорошо. Слишком правильно. А мы с Лукой не можем к этому привыкать.

— Конечно, — сказала я, выдавив улыбку. — Лука, пойдешь со мной?

— Не, я хочу просто потусоваться у себя, — сказал Лука, заложив руки за голову.

Господи, ему семь или семнадцать? У меня сжалось в груди так сильно, что стало трудно дышать. Эти моменты с ним будут такими мимолетными. Совсем скоро он не захочет устраивать киновечера с кексами вместе со мной, а побежит тусоваться с друзьями. Потом — водительские права, колледж, и он уйдет в большой мир.

Коуп наклонился ко мне, его рука слегка коснулась моей.

— Эй, ты в порядке?

Я сглотнула, пытаясь проглотить комок эмоций в горле.

— Иногда я просто моргаю и он уже вырос на пару сантиметров.

Коуп обнял меня за плечи.

— Уверен, он все еще твой маленький мальчик.

— Может быть, сегодня, — прошептала я.

— Пошли, мама. Покажу тебе твое место, — мягко сказал он, ведя меня из комнаты Луки через коридор.

Я даже не пыталась вырваться из этого теплого, бережного объятия. Должна была бы, но сил не хватало. Тепло Коупа было как самый уютный плед, которым хочется укутаться с головой и никогда не снимать.

Он открыл дверь, его ладонь мягко скользнула к моей пояснице, подталкивая внутрь. Ноги налились свинцом. Какая-то часть меня боялась увидеть то, что скрывается за порогом.

Я сделала шаг и резко вдохнула. Я была права. Здесь было красиво. Слишком красиво. Стены — самого светлого бирюзового оттенка, настолько нежного, что казалось, его почти нет. И в то же время этот цвет наполнял все пространство спокойствием.

Возле стены, что ближе к выходу, стояла огромная кровать с белоснежным пуховым одеялом и бесконечным множеством подушек — она выглядела как облако. Но больше всего поразил вид, который открывался прямо из этой постели.

Тот же захватывающий дух пейзаж, что и внизу, но с высоты второго этажа казалось, будто ты паришь над миром. Будто плаваешь на огромном океане леса, гор и воды.

Глаза защипало, в носу закололо. Я никогда раньше не жила в комнате, которая была настолько… моей.

— Как тебе? — спросил Коуп, голос у него стал почти шепотом.

— Это прекрасно, — честно сказала я.

— Цвет напомнил мне твои глаза. Казалось, что он просто обязан быть таким.

Я резко посмотрела на него:

— Мои глаза?

— Бирюзовые. Как Карибское море. В них можно найти целый мир покоя.

Теперь горели не только глаза. Все внутри. Люди говорили о моих глазах почти всю мою жизнь. Роман тоже когда-то поддался их обаянию. Но кто-нибудь хоть раз всматривался глубже, за рамки обычного синего цвета? Голубоглазая. Даже мысленно это прозвище причиняло боль.

Но не Коуп. Он видел оттенки, глубину. И, что важнее всего, он видел чувства.

— Пошли, — снова улыбнулся он, уголки его губ дрогнули. — Ты еще не видела самое лучшее.

Он направился к открытой двери — я сразу поняла, что там ванная. Но я не была уверена, что готова к еще большей красоте. Или к тому, что кто-то будет видеть меня настолько ясно. Но все же пошла за ним. И когда вошла, не смогла сдержать восхищенного вздоха.

Старинная ванна стояла прямо перед огромным окном, за которым открывался тот же невероятный вид. Здесь можно было утонуть не только в горячей воде, но и в этом спокойствии.

— Коуп...

— Неплохо, да? Тут еще и душ есть, — он кивнул в сторону просторной душевой с мраморной плиткой в дальнем углу. — Полки вроде бы полностью укомплектованы, но если чего-то не хватит, скажи — я попрошу домработницу привезти.

Я все еще стояла, не в силах отвести взгляд от ванны.

Коуп снова коснулся моей шеи, мягко массируя напряженные мышцы.

— Включи воду так горячо, как только сможешь, и хорошенько расслабься. Я подниму твои вещи и приготовлю ужин, пока ты будешь отдыхать.

Я изумленно посмотрела на него. Мозг с трудом переваривал происходящее. Кто-то впервые за много лет заботился обо мне. Это само по себе было слишком непривычно. Но я зацепилась за мелкую деталь:

— Ты умеешь готовить?

Уголок его губ дернулся в лукавой улыбке:

— Я полон сюрпризов, Воительница.

15

Саттон

Мои пальцы выглядывали из-под пены, а нежно-лиловый лак, который я недавно нанесла, резко выделялся на фоне белоснежной керамики. Где-то вдалеке, за дверью, доносились звуки того, как Лука играет в видеоигру, но этот шум растворялся в спокойном фоне, напоминая мне, что мой сын в безопасности и счастлив.

Я же сама напоминала сморщенный чернослив. Но довольный чернослив. Уже дважды добавляла горячей воды, чтобы впитать каждую крупицу тепла. Я даже не знала, из чего сделана эта пена для ванны — надписи были на французском, но запах был божественным.

Я понимала, что не стоит привыкать ко всему этому, но это не значит, что я не могла позволить себе насладиться моментом. Я закрыла глаза, стараясь впитать в себя каждую деталь. Может быть, если я запомню это достаточно ясно, этого хватит, чтобы согреться, когда нам придется уйти отсюда.

Спустя еще пару минут я заставила себя выдернуть пробку. Было бы невежливо сидеть в ванной всю ночь, да и солнце уже опускалось к горизонту, заливая территорию Коупа розово-красными красками заката. Какой-нибудь художник мог бы рисовать этот пейзаж сотню раз и все равно не передал бы его полностью.

Может, Арден и пыталась, подумала я, выходя из ванны и заворачиваясь в пушистое белое полотенце. Я знала, что она работает с металлом, но, наверное, и ее вдохновляли эти