Бывшие. Верну тебя - Кэти Свит Страница 26

— Иди, спи, — отправляю Еву к себе. Но она лишь мотает в разные стороны головой.

— Нет, — отвечает упрямо. — Вместе пойдем, — заявляет, удивляя меня.

— С чего это вместе? — ухмыляюсь игриво, хоть самому ни разу не смешно от сложившейся ситуации.

— С того, что мне страшно, — объявляет, не поведя бровью. — А раз ты приехал сюда, то будь добр исправляй! Сам натворил, сам и расхлебывай.

Охреневая, ахаю.

— Значит, так? — возвращаю Еве ее же хитрый взгляд. — Я же тебя согрею по полной, лишу сил и отправлю спать, — озвучиваю, не отрывая взгляда от девушки.

Теряется.

Краснеет.

На короткий миг вновь отводит глаза.

А когда возвращает взгляд, то там бушуют совершенно иные эмоции.

Глава 26

Петя

Физподготовка сегодня идет полным ходом, такое ощущение, будто Орлов сорвался с цепи.

Он с самого утра гонял нас по стадиону по полной, затем отправил в зал.

После легкой разминки зарядил всем отправляться на татами, где поставил нас в пары и заставил отрабатывать удары на полную силу в контакт.

Давно не видел, чтобы Орлов нас так сильно гонял. Видимо, из-за последнего выезда он получил нагоняй и теперь отрывается.

Еще бы! Три сотрудника ушли на больничный! После выписки им еще предстоит всех нас нагонять.

— Коновалов! Глаза разуй! Отражай удар! — грозный голос Олега отлетает от стен, а мне ощутимо прилетает в плечо.

Иванов, зараза! Все-таки нащупал брешь, пробил мой блок.

— Давай еще раз, — предлагаю Коляну, он кивает в знак согласия, и мы снова встаем в стойку.

— Бурый! Не спать! — продолжает лютовать Олег. Он сегодня явно не в духе, требует от нас запредельной отдачи.

Мужики смеются, а мне не до смеха. Ночью глаз так и не сомкнул.

Лежал, думал про сестру и про Еву, про ситуацию в целом, и чем дольше размышлял, тем сильнее приходил к мысли, что все-таки не смогу держаться в стороне от любви.

Ева первая женщина, она первая всегда и во всем. Сама того не подозревая, подобрала ключи к моему сердцу, открыла дверь и навела там свои порядки.

Как бы мне не хотелось, но игнорировать чувства к ней не могу. Только стоит представить ее с другим, как я теряю разум, ревность и ярость затмевают сознание. Я перестаю контролировать себя.

— Я не сплю, — отвечаю невозмутимо. Орлов хмыкает и качает головой.

— Ну-ну, — бросает с едкой усмешкой. — Я вижу.

Одариваю его красноречивым взглядом, недобро ухмыляясь, возвращаю внимание Иванову. Понимаю, как могу его перехитрить.

Отступаю, загоняю Кольку в ловушку, осуществляю захват и бросаю на маты. Иванов падает плашмя на спину с такой силой, что ему выбивает воздух на десять секунд.

— Твою мать! Коновалов! — сурово режет Олег. — Не жести. Нам осталось еще покалечить друг друга на отработке ударов.

— А ты не напирай, — отражаю ему. — Мы знаем, что делать.

Сталкиваемся взглядами. Никто не желает отводить глаза в сторону.

Напряжение становится запредельным.

— Смотрите, какая цыпа, — говорит Яковлев. — Однозначно, нужно к ней подкатить, — присвистывает и отвешивает несколько похабных шуточек в сторону Евы.

Мне даже не нужно смотреть, чтобы понять, про кого он говорит. Ни одна другая не сравнится с Лукьяненко у нас на базе.

— Пасть захлопни, — резко осаживает его Орлов. — Если увижу рядом с ней, то пеняй на себя. Девочку трогать я запрещаю, — отрезает сурово.

— Только мне или всем? — не успокаивается Леха. Его так и поднывает вывести Олега из себя.

Удивительно, что на Яковлеве сегодня не отрываются.

Орлов первым разрывает наш зрительный спарринг и переводит внимание на Леху. Лицо Олега не выражает ничего хорошего.

— На татами. Живо, — ему заявляет.

Переглянувшись с Коляном, отходим в сторону и начинаем заниматься своими делами.

Я раз за разом покоряю турник, а Иванов отправляется тягать штангу.

В голову то и дело лезут мысли про Еву, но я старательно держу их в стороне. Если позволю забраться в голову, то будет крайне печально.

Полностью сконцентрировавшись на упражнении, поднимаю свое тело вверх и опускаю вниз. Слежу за дыханием, за состоянием в целом.

Мне осталось двадцать раз подтянуться, и смогу побить личный рекорд. К этому дню я иду уже второй месяц.

— Утяжелителей не много на себя нацепил? — недалеко от меня на маты приземляется взмокший насквозь Иванов. — Смотри, не перетрудись, — предупреждает.

Не отвечаю. Молча делаю рывок за рывком, сосредотачиваясь исключительно на своих движениях. Ничего иного меня не должно волновать, я должен добиться желаемого результата.

После проведенной с Евой ночи в голове полный сумбур. Требования тела и сердца противоречат здравому смыслу.

— Коновалов! — опять окликает Орлов. Не отрываясь от своего занятия, смотрю на Олега.

Но, к своему удивлению, рядом с ним вижу Еву, и тут же получаю удар под дых. Сердце начинает гонять кровь с ускоренной силой.

— Что надо? — нарочно грубо бросаю.

Ева удивленно округляет глаза. Она прежде никогда не видела, чтобы я общался подобным образом.

— К Долженкову, — показывает пальцем наверх и сухо бросает.

Спрыгиваю с турника. До рекорда не хватило трех подтягиваний.

Печально.

— Сейчас буду, — коротко отвечаю.

Перевожу дыхание, снимаю обвесы. Беру полотенце и вытираю им пот.

Я знаю, по какой причине меня вызывают, и готов получить по первое число, ведь, по сути, совершил преступление. За Марьей была организована слежка, а я тот, кто позволил ей сбежать.

— Давай живее, — поторапливает Олег. Он явно не в курсе произошедшего, иначе бы с самого утра на меня наорал.

— Дай хоть переодеться, — показываю на насквозь промокшую майку. — Или предлагаешь явиться к руководству в таком виде? — снимая майку, бросаю ее на сумку. — В мокром я к нему не пойду.

Орлов хмыкает, Ева стыдливо отводит взгляд в сторону, словно не видела меня такого с утра.

— Я, пожалуй, лучше подожду вас в коридоре, — шелестит еле слышно.

Мне реально становится смешно от ее слов.

Ну же, детка, давай, не строй из себя скромняшку. Ты же огонь огненный. Не хочешь зажечь меня? Так поздно. Я уже горю.

— Чего вдруг ему от тебя понадобилось? Премию выписать? — ржет Смирный. Он приехал на базу, проигнорировав запрет врачей на нагрузки из-за ушиба ноги.

— Скорее леща поддать. Чтобы работал бодрее, — подтрунивает Яковлев. Ему лишь бы меня подколоть.

— Заткнулись все! — одной фразой Олег заставляет притихнуть. — Чтобы к моему возвращению закончили разминку и были в тире. Учения на носу, мы не имеем права посрамить свою часть.

— Так точно! — хором, но с юмором отвечают оставшиеся в зале. Замолкают и начинают снова пахать.

Тишину в