Рождественский замес - Фабиола Франциско Страница 25

— Ты хотел купить её бизнес? Классическая ситуация, когда враги превращаются в любовников.

— Что, прости? — я пристально смотрю на брата.

— «От врагов к любовникам» — это излюбленный троп в романах. Ай, неважно, — отмахивается он от меня, отводя взгляд.

— Ну, нет. Ты-то откуда это знаешь? И что такое «троп»?

— Троп — это сюжетный ход в романтических фильмах и книгах. В последнее время я читаю романы. Тебе тоже стоит попробовать, как руководство к тому, чего хотят женщины, — Бен ухмыляется.

— Мне не нужна инструкция.

— Очевидно, нужна, раз ты сидишь здесь, рассказывая мне о своих горестях, и ждёшь, когда женщина ответит на твоё сообщение, — он качает головой, хихикая надо мной, словно я — идиот.

— Без разницы, — бормочу я, допивая свой скотч.

— Честно говоря, любовные романы — это здорово.

— Как ты вообще ими увлёкся? — спрашиваю я, когда любопытство берёт надо мной верх.

— Коллега посоветовала мне прочитать один, и я подсел на этот жанр, — Бен откидывается на спинку стула, потягивая джин с тоником.

— Коллега? — приподнимаю брови.

— Мы просто друзья.

— Угу, — допиваю остатки своего напитка и отодвигаю стакан.

— Итак, что ты собираешься делать с Эвери?

— Не хочу отказываться от того, что есть между нами, поэтому думаю о переезде в Изумрудную Бухту. Мои офисы расположены в разных городах, поэтому, даже живя тут, мне приходится путешествовать. Какая разница, буду ли я жить здесь или во Флориде? — брат первый, с кем я делюсь своими планами, и я начинаю нервничать, ожидая его реакции.

— Ого, а она в курсе, что ты хочешь это сделать?

— Нет. Я хочу, чтобы это стало сюрпризом.

— Ах, какой благородный жест, — он одобрительно кивает.

— Что? — я морщусь.

— «Благородный жест» — значимый поступок, чтобы показать женщине, как ты её любишь. Я знаю, что подарю тебе на Рождество — любовный роман. Сделай себе одолжение и прочти его, — Бен фыркает, словно разочарован во мне.

— Так или иначе, я надеюсь уладить кое-какие дела, пока буду здесь на Рождество, чтобы успеть вернуться до Нового года. У меня есть дом бабушки и дедушки, так что мой план не так уж неосуществим, — приятно озвучивать и слышать собственные цели. Я сомневаюсь в своём решении: правильно оно или нет; но моё сердце искренне верит, а это уже дорогого стоит.

К тому времени, как мы допиваем напитки, я чувствую облегчение.

— Готов идти? — спрашиваю брата, хлопая его по спине.

— Да. Пора убираться отсюда. Мама будет в бешенстве, если мы опоздаем на ужин. Я обещал ей, что привезу тебя к ним домой сразу, так что скажи, что рейс задержали, или охрана приняла тебя за преступника и арестовала на пару часов.

— Зря стараешься, — отвечаю, смеясь.

Несмотря на то, что до Сочельника осталось два дня, мама практически заставила нас поужинать с ними сегодня до того, как начнётся безумная волна праздников со всеми родственниками.

— Я скажу ей, что время общения между братьями должно быть в приоритете. Ты собираешься поведать им о своих планах? — Бен в ожидании ответа приподнимает брови.

— И испортить Рождество? Ни за что! Я их любимчик, потому что остался в Денвере. Подожду, пока праздники закончатся.

— Ты — засранец, — он ударяет меня по плечу, а затем обнимает рукой за шею. — Пойдём, старший брат.

Чувствуя благодарность за то, что он на моей стороне, я выхожу из бара с более чётким представлением о том, чего хочу. Лишь бы Эвери ответила мне. Как только закончится ужин, я буду названивать ей до тех пор, пока она не возьмёт трубку.

КОНЕЦ.