Неожиданное Рождество - Меган Холли Страница 24

В тот момент, когда Фрэнки встречается со мной взглядом, я понимаю, что облажался. Ее карие глаза широко раскрыты от испуга, она смотрит на меня, а из ее телефона доносится множество звуков. Я улавливаю лишь отдельные слова, такие как «англичанин», «горячий», и застываю на месте, как и Фрэнки.

— Милая! — кричит кто-то в трубке, выводя ее из оцепенения.

— Да, я здесь.

— Кто, черт возьми, только что вошел в твой дом?

Снег тает на моем воротнике, пока я продолжаю проклинать себя. Я еще даже не пересек гостиную, и не знал, что она разговаривает по телефону. Они меня не видят, по крайней мере с этого ракурса, но меня, черт возьми, услышали.

Фрэнки неуклюже поднимает телефон и поворачивает камеру к своему лицу, как будто это поможет им не слышать мой голос.

— Никто, — выпаливает она, краснея. — Это просто… это был ветер. Ну, знаешь. Шумы в старом доме.

Я приподнимаю бровь, сдерживая смех, потому что она выглядит так, будто вот-вот взорвется. С моего пальто на пол начинает капать растаявший снег, и я стою тут, как незваный гость в собственной жизни, и думаю, поможет ли мне молчание… или нет.

Из телефона снова доносятся приглушенные голоса.

— Это был не ветер, Франческа. Если только ветер не британский и не звучит подозрительно похоже на мужской голос.

Фрэнки на полсекунды зажмуривается, словно безмолвно умоляя пол поглотить ее целиком.

— Мам…

— Фрэнки. Дорогая. Кто там с тобой?

И мне следовало бы промолчать. Я знаю, что должен был. Но молчание кажется еще хуже, каким-то трусливым, поэтому я делаю шаг вперед, сбрасываю пальто и сажусь рядом с Фрэнки на диван.

— Здравствуйте, миссис Томпсон. Я Сэм Николас. Я живу через дорогу от вашей дочери.

На экране появляются лица женщин. Одна из них — постарше, на лбу у нее залегли тревожные морщины, но это, несомненно, мама Фрэнки, у них одинаковые глаза. Другая — помоложе, она так же широко улыбается, как Фрэнки, и я предполагаю, что это ее сестра.

Пожилая женщина вздыхает и прижимает руку к груди.

— Значит, с тобой кто-то есть. — Ее голос звучит мягко, в нем слышится материнское облегчение.

— Я так и знала, — фыркает улыбающаяся девушка. — Я знала, что там будет парень.

Я прочищаю горло, понимая, что Фрэнки сидит рядом со мной как вкопанная и тянется к моей руке, словно в любую секунду может меня задушить.

— У нас отключили электричество, поэтому я решил принести кофе и еду. Я не хотел мешать вашему разговору.

Улыбающееся лицо наклоняется ближе к камере, глаза прищуриваются в притворном недоумении.

— Кофе и еду, да? Так это теперь называется?

Фрэнки фыркает и закрывает лицо свободной рукой.

— Пожалуйста, перестань говорить.

Ее мама хмурится, но ее губы смягчаются в улыбке.

— Что ж… спасибо тебе, Сэм Николас. За то, что присматриваешь за ней. Я Синтия Томпсон, мать Франчески, а это ее сестра Айви.

Я машу рукой и улыбаюсь.

— Приятно познакомиться с вами обеими.

Пальцы Фрэнки по-прежнему крепко сжимают мои, впиваясь в кожу полумесяцами ногтей. Она держится за меня так, словно я либо спасательный круг для нее, либо заложник; я не знаю, что именно. Мне хочется сжать ее руку в ответ, дать ей понять, что я никуда не уйду, но заставляю себя сидеть неподвижно. Я как бы просто вмешался в ситуацию, не спрашивая ни о чем, и теперь чувствую себя немного глупо. Зачем я это сделал? А что, если она не хочет, чтобы я встречался с ее родственниками прямо сейчас?

Синтия вежливо кивает мне, но ее взгляд то и дело устремляется на Фрэнки, как будто она пытается понять, что происходит за кадром. Айви, напротив, выглядит совершенно счастливой и подпирает подбородок ладонью, словно предвкушая шоу.

— Итак, — говорит Айви, растягивая слова, — Сэм Николас, который живет через дорогу… как долго ты за ней «присматриваешь»?

Фрэнки поднимает голову ровно настолько, чтобы бросить на сестру убийственный взгляд.

— Айви.

— Два дня, — отвечаю я, прежде чем успеваю остановиться, за что получаю еще одно сокрушительное сжатие руки. Значит, заложник. Фрэнки поднимает на меня глаза, полные недоверия, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться при виде того, как сильно она разочарована.

— Два дня, — повторяет Айви, и ее улыбка становится почти звериной.

— К черту мою жизнь, — бормочет Фрэнки себе под нос.

— Не ругайся. Твой племянник слышит, — упрекает Айви, направляя телефон в сторону кроватки, где лежит крошечный младенец, закутанный в такое количество одеял, что я и представить себе не мог, и его кулачок дергается во сне.

Фрэнки тут же смягчается, ее плечи опускаются, и она придвигается ближе.

— Боже мой, он так вырос. — Ее голос звучит приглушенно, с любовью, и впервые с тех пор, как я сел, она забывает о том, что вцепилась в мою руку.

Айви ухмыляется еще шире, самодовольно и торжествующе.

— Он идеален. В отличие от твоих манер.

Я уже готов съязвить по поводу манер ее сестры, но сдерживаюсь, зная, что в ответ получу удар локтем в ребра. Вместо этого я наблюдаю за тем, как Фрэнки наклоняется ближе, и ее лицо смягчается, когда она воркует с ребенком. Насмешка исчезает, сменяясь обожанием и любовью к семье. В ней появляется нежность, которую я до сих пор видел лишь мельком, но готов поспорить, что она не осознает, насколько искренняя ее забота о людях, в том числе и обо мне.

Айви наклоняется так близко к камере, что ее улыбка почти заполняет экран.

— Сэм, мне правда нужно узнать о тебе побольше. Откуда ты? Ты свободен? У тебя есть работа? Ты серийный убийца? Потому что, если ты причинишь вред моей сестре, клянусь, я выслежу тебя, и никакая буря не сможет меня остановить.

Фрэнки давится воздухом на вдохе, но Айви стреляет снова.

— Кроме того, каковы твои намерения? Это интрижка на одну ночь или мы говорим о долгосрочной перспективе? О, и ты умеешь готовить? Потому что у Фрэнки все пригорает как минимум дважды в неделю.

Я моргаю, испытывая нечто среднее между удивлением и паникой, и пытаюсь решить, на какой вопрос ответить в первую очередь.

— Я, э-э… — Я не знаю, с чего начать, но вижу, насколько они похожи, как сестры, своими быстрыми вопросами.

— Айви, заткнись, — шепчет Фрэнки, покраснев.

— Все в порядке. — Я делаю вдох. — Я отвечу на твои вопросы, Айви. Я переехал сюда полгода назад. Я не женат и занимаюсь писательской деятельностью. Не серийная убийца, хотя в будущем планирую написать