Клятвы, которых никогда мы не давали - Николь Сноу Страница 22

Марго смотрит на меня.

— И что это были за проблемы, чувак? Что было настолько, настолько ужасным, что ты сбежал от нас и больше не вернулся? Дед мне никогда не говорил.

Хорошо.

Значит, он сдержал обещание.

— Ничего, — рычу я. Злость в моем голосе направлена на самого себя за то, что я треснул и заговорил о прошлом. — Древняя история сейчас не имеет значения. Только будущее, Марго. Вот почему я терплю все это.

На полсекунды мне кажется, что она продолжит копать. Это же моя сестра: если она во что-то вцепится, уже не отпустит.

Но, видимо, она чувствует больную тему, потому что прикусывает внутреннюю сторону щеки и молча отворачивается.

— Прости, — бормочет она.

Отлично.

Остаток поездки проходит в мертвой тишине.

Когда мы наконец подъезжаем к старому дому, где я остановился, Марго идет за мной внутрь.

— Что? — требует она, когда я оборачиваюсь и сверлю ее взглядом. — Я просто хочу увидеть Ареса. Он мой племянник и любит меня больше.

— Черт побери. — Я вздыхаю, проводя рукой по лицу. — У тебя пять минут, чтобы его погладить, а потом твоя задница уходит.

Я разворачиваюсь на пятках, не дожидаясь, пока она догонит, врываюсь в свой кабинет и хлопаю дверью.

7

ВСЯ ЯРОСТЬ (ХЭТТИ)

Сегодня, возможно, самый длинный день в истории вселенной.

Он ползет, как ленивец, а я двигаюсь, как зомби: расставляю книги по полкам, разбираю заказы и разговариваю с редкими покупателями, которые заходят в поисках новой книги.

Не то чтобы их много в начале недели.

К сожалению, обычные книжные магазины становятся вымирающим видом, и от этого у меня болит сердце.

В книгах столько чудес, столько мгновенных побегов, особенно когда можно вдыхать страницы и гладить их, как домашних любимцев.

К этому моменту я влюблялась уже тысячу раз, путешествовала по разным континентам и далеким галактикам сквозь время и пространство.

Я прожила бесчисленное множество жизней, и все это — не покидая уютного дивана или греясь на пляже.

Сила книг настолько чертовски огромна, что у меня до сих пор сносит голову.

Но, видимо, сейчас людям больше интересна мгновенная доступность.

Вместо того чтобы бродить по книжному магазину, они заходят в интернет и заказывают одним кликом.

Не поймите неправильно. В этом нет ничего плохого. Не у всех есть куча места на полках или деньги, чтобы тратить их на настоящие страницы.

Если свою следующую книжную любовь вы нашли через вирусный TikTok или когда в почту прилетела подборка с последними хитами, в этом нет никакого стыда.

Я просто оплакиваю старомодный процесс.

Где-то по пути, проложенному технологиями, мы потеряли магию, которая рождается, когда тебя окружают настоящие, живые книги.

Вот почему я так люблю эту работу, даже если иногда думаю, почему выбрала карьеру, которая вот-вот уйдет туда же, куда видеопрокаты.

Я в глубине магазина расставляю большую стопку детских книг, когда звякает колокольчик. Натянув профессиональную улыбку «клиент прежде всего», я иду вперед.

Только это не клиент.

— Хэтти! — Мама так звонко выводит мое имя, что у меня болят уши.

Я морщусь, гадая, удастся ли закрыться пораньше, пока она здесь. Скорее всего, нет.

— Привет, мам.

Она отвлекается от того, какая вендетта у нее сегодня на повестке, едва смотрит на мое летнее платье. Когда я накинула его утром, оно показалось мне милым, но ее хмурый взгляд говорит обратное.

— Верх немного перегруженне думаешь, дорогая? — Она поджимает губы. — Я знаю, у тебя прекрасные достоинства, ты унаследовала их от меня, но не обязательно тыкать ими всем в лицо.

О боже.

Я подумываю объяснить, как трудно покупать одежду, которая не показывает хотя бы немного декольте, когда выбор платья моего размера всегда немного непредсказуем, но это будет пустая трата дыхания.

— Мне казалось, оно красивое. — Я пожимаю плечами.

— Ну, дизайн — да, но... ты, наверное, увидела его на какой-нибудь инста-модели, верно? Они просто иначе себя подают. — Она качает головой. — Впрочем, я пришла не болтать о твоем выборе одежды.

Зайдя за стойку, я шевелю мышкой, чтобы разбудить древний компьютер, и тот раздраженно жужжит вентилятором.

— Верно. Так зачем ты пришла?

Она делает глубокий вдох и наклоняется над стойкой, раскручиваясь перед тем, как сбросить бомбу.

— Разве я всегда плохо с тобой обращалась? Кормила, одевала, давала крышу над головой?

Спорно.

Но, зная, что бывают матери и похуже, я просто улыбаюсь и киваю.

— И ты мне доверяешь, Хэтти? Между нами ведь нет никаких тайн, правда?

Я снова киваю, на этот раз медленнее.

— К чему ты ведешь, мам?

— Не к чему. Почему, — драматично произносит она. — Почему, ради всего святого, ты не сказала мне, что помолвлена?

Черт.

Моя рука замирает.

Автоматически я смотрю на дверь, но сбежать невозможно: она загнала меня в угол.

С чего вообще начать?

— Эм, я не...

— И с Итаном Блэкторном. — То, как мама произносит его имя, — чистое благоговение.

Ужас.

Последнее, что мне нужно, — чтобы она обожествляла моего фальшивого мужа.

— Ну, смотри... — Губы отказываются работать.

У меня по-прежнему ничего нет. Правда не вариант, но заявлять, что мы безумно влюблены, тоже кажется дико неуместным.

— Дорогая! — Раскинув руки, она выплывает из-за стойки и идет на меня с медвежьим объятием. Самая широкая улыбка рассекает ее лицо.

Честно говоря, не думаю, что она была так счастлива меня видеть с тех пор, как мне было пять.

Я не успеваю отреагировать, прежде чем она сжимает меня так крепко, что я не могу дышать.

Смейтесь сколько хотите.

До этого момента у меня никогда не было плана, как разбираться с мамой.

Очевидно, рано или поздно она должна была узнать, что я выхожу замуж: такое не скроешь от нее вечно. Особенно когда замешан миллиардер с внешностью принца и характером ядовитой жабы.

Так что, если мыслить логически, то, что она узнала сама, без того чтобы мне пришлось усаживать ее и рассказывать, должно быть хорошо.

Может, и было бы, если бы каждая мышца в моем теле не каменела, пока она счастливо покачивает меня из стороны в сторону.

— Как ты узнала? — шепчу я.

— Об этом везде, милая, — восторженно говорит она, наконец отпуская меня и отмахиваясь от моего потрясения новостью. — Не помню, где прочитала. Сегодня утром минимум три разные статьи в интернете. Какое-то крупное благотворительное мероприятие? Об этом ты мне тоже не могла рассказать?

Прекрасно.

Это кодовое обозначение того, что она читает один из своих кринжовых