Преследуемая нападающим - Майра Стетхем Страница 21

Но прикосновения были такими противоречивыми.

Нежными и любящими. Соответствующими эмоциям, отражавшимся в глазах. Он любил меня. Действительно любил.

Маршалл опустился на колени, руки скользнули вниз к моим лодыжкам, медленно и осторожно снимая с меня каблуки. Аккуратно расстегивая ремешки на щиколотках, держа за руку, когда я снимала одну туфлю, повторяя то же самое с другой. Прикосновение оставляло за собой след жара и необузданного желания. Желания, которое я не могла скрыть, стоя перед ним босиком и обнаженной.

Его голова наклонилась ближе, и колени задрожали, когда я почувствовала, как горячее дыхание коснулось чувствительной кожи. Руки обхватили груди, мозолистой кожей царапая нежную кожу. Маршалл взял в рот один из напрягшихся сосков, и моя голова запракинулась, руки запутались в волосах, притягивая его ближе. Язык обвел сосок, прежде чем он переместился, уделяя другому такое же внимание.

Желание витало в воздухе. Смешиваясь и кружась.

— Ты моя, Сара, — пророкотал он. Из меня вырвался тихий стон. Не могла его сдержать.

Не тогда, когда я чувствовала, что принадлежу ему.

Никогда не думала, что мне понравится быть чьей-то собственностью. Но с Маршаллом все по-другому. Принадлежать ему не казалось чем-то устаревшим или ужасным. Не тогда, когда казалось, что он тоже принадлежит мне.

Когда казалось, что мы сами по себе команда.

Он встал и поднял меня, наконец, уложив на кровать, где я наблюдала, как снимает с себя одежду. Дизайнерская рубашка, подходящая под футболку, заставляла пальцы чесаться от желания сорвать ее и посмотреть, как пуговицы лопаются и разлетаются по всей комнате. Но удалось удержаться в центре кровати.

От каждого дюйма обнаженной им кожи текли слюнки. Я не могла дышать к тому времени, когда остались лишь боксеры. Его челюсти сжались, когда руки поднялись к поясу боксиров, и я пошевелилась.

Опустилась на колени на край кровати, глядя на него снизу вверх. Выпуклости и контуры прекрасного тела были произведением искусства.

— Можно? — голос сорвался, и я увидела, как дернулся сексуальный кадык, прежде чем его голова опустилась в кивке.

Руки переместились с широких плеч вниз по торсу. Его грудные мышцы дернулись от прикосновения, а пресс напрягся, когда подушечки пальцев проследили восхитительную V-образную форму.

— Сара, — предупреждающе проворчал он, и я прикусила нижнюю губу.

Просто дразнила, и ему это не понравилось.

— Справедливо же, — прошептала я с легкой улыбкой на губах.

— Да ну? — простонал он.

Мне нравилось наблюдать за тем, как сокращаются его мышцы. Последняя неделя, когда он ублажал меня, но не позволял отплатить тем же, заставила изголодаться.

— Ты вел себя нечестно на этой неделе, — поделилась я, пока кончики пальцев скользили вверх и вниз по его торсу.

Это было несправедливо.

Заставляя меня кончать снова и снова. Не говоря уже о том, что заставил влюбиться за такой короткий промежуток времени. Он заслужил это после того, как встряхнул мою жизнь и изменил взгляд на многие вещи.

Поменял то, чего я хотела от жизни.

Было хорошо и одной, но теперь я не могла представить жизни без него, и все же не была уверена, на что она будет похожа с ним. Я отбросила эти мысли и сосредоточилась на мужчине. Руки спустили материал до середины бедер, и я с удивлением наблюдала, как член дернулся. Я почувствовала его. Знала, насколько он большой, но Маршалл не позволял разглядеть себя полностью. Не позволял снять с него одежду.

— Ух ты, — прошептала я, облизывая губы.

Толстый и жилистый. С изгибом, который, уверена, будет ощущаться потрясающе. Разум затуманился, и я ни о чем не думала. Действовала. Наклонившись ближе, я смахнула соленую влагу семени с красноватой головки и застонала. Он был хорош на вкус. Действительно хорош. Сладкий и в то же время соленый. Мужественный.

Маршалл.

— Черт, — выругался он. — Печенька. Пожалуйста. — голос звучал напряженно, почти треснул, когда волна силы захлестнула меня. — Черт возьми, Сара, — процедил он. — Ты хочешь отсосать у меня, детка?

— Да, — вздохнула я.

Я спрыгнула с кровати и смотрела, как он скидывает боксеры, прежде чем сесть на матрас. Широко раздвинул ноги, и я опустилась на колени прямо между ними. Маршалл Грин излучал мощь. Видела, как в его глазах бушует война. Он хотел, чтобы я набросилась. Хотел, чтобы я взяла его поглубже, и трахнул мой рот.

Прямо тогда и там я захотела этого зверя.

Того, которое было частью мужчины, укравшего мое сердце без разрешения.

— Ты слишком хорошо смотришься на коленях, — пророкотал он, и я улыбнулась. Руки гладили его бедра. Мягко. Вверх и вниз, нежно царапая ногтями кожу. — Сара, — он провел языком по зубам, и я наклонилась вперед, разрывая зрительный контакт, чтобы сосредоточиться на члене.

— Ты такой твердый.

— Это из-за тебя, — выдохнул он. Улыбка на лице стала шире.

— Ммм, — тихо промурлыкала я, наклоняясь еще ближе, губы слегка приоткрылись. Ровно настолько, чтобы он мог почувствовать дыхание на кончике. — Обожаю, когда ты так возбужден, — прошептала я, встречаясь с ни взглядом.

«Мне нравится, как он смотрит. Как наблюдает за мной» — прозвучало в голове, прежде чем он отвлек меня глубоким рычанием.

— Черт, — простонал он.

Большие руки вцепились в одеяло, и мое лоно крепко сжалось. Я приоткрыла губы достаточно, чтобы взять кончик в рот. Он был слишком велик, чтобы взять все сразу, но по тому, как изменилось дыхание, поняла: ему это понравилось. Руки покоились на его бедрах, пока я продолжала двигаться. Обводила языком ширину, опуская голову ниже, еще глубже погружая его в горло. Дюйм за дюймом.

Одна из рук переместилась, чтобы обхватить его яйца. Уже тугие и тяжелые. С каждым толчком погружала его чуть глубже. Облизывала основание. Постанывая, надеясь, что вибрация приятна. Собираясь отступить, я почувствовала его руку в волосах. Хватка идеально усилилась, и я не смогла сдержать маленькую злую улыбку, появившуюся на лице, когда он направлял меня.

Вверх и вниз.

Медленно, а затем быстро. Могло показаться, что он контролирует ситуацию, когда я стою на коленях: руки в волосах, движения бедрами. Но я была единственной, кто чувствовал силу. Удовольствие, доставляемое ему, не воспринималось как нечто само собой разумеющееся. Я чувствовала вкус предэякулята, когда яйца подтягивались все туже и выше.

В какой-то момент я отсасывала, облизывая головку, а в следующее мгновение он уже поднимал меня под мышки.

Я и глазом моргнуть не успела, как он швырнул меня на кровать. Приземлилась, подпрыгнув, и потрясающее тело накрыло мое. Понятия не имела, как мы подходим друг другу таким образом, но это было великолепно. Как две