Разрушенные клятвы - Катарина Маура Страница 20

— Что тут происходит? — раздается голос отца. Он заходит на кухню вместе с Лили, их руки загружены свежим ревенем для пирога. — Мы отошли на десять минут, а ты уже довел мать?

Арчер бросает на меня беспомощный взгляд, но я только делаю вид, что не замечаю.

— Вместо того чтобы вечно пилить меня, почему бы вам не накинуться на Лили? — язвит он, кивая в ее сторону. — Я слышал, ты переметнулась к врагам, Блонди?

Я закрываю глаза, закатывая их про себя. Господи, он так и не научился, что попытки отвлечь маму в моменты ее гнева всегда заканчиваются для него еще хуже?

Мама тут же приобнимает Лили, прищуриваясь:

— А ты посмотри, кто говорит. Лили все еще в бизнесе, и через пару лет она планирует присоединиться к Harrison Developments. А ты можешь сказать о себе то же самое?

Лили переводит на меня испуганный взгляд, не понимая, как вообще оказалась втянутой в наш спор. Я лишь пожимаю плечами. За последние десять лет она практически стала частью нашей семьи. Она была с нами на каждой кулинарной встрече, пока мы жили в Лондоне, но до сих пор не привыкла к нашим разборкам — и к тому, как быстро мы миримся.

Я не виню ее. У них дома всегда тишина, а отец почти не бывает рядом. Она не привыкла к вечному шуму, а уж когда доходит до крика, вообще не знает, куда себя деть.

— Как оно? — тихо спрашиваю я. Мы почти не разговаривали с тех пор, как она устроилась на работу, и если быть честной, я сама избегала этой темы. Я не знала, как заговорить о Зейне, не рискуя вывалить ей все свои секреты.

— Работа отличная, — отвечает она, но в глазах на секунду мелькает вина.

Лили никогда не признается, но то, что ее резюме отклоняли раз за разом, было для нее сильным ударом. Она очень гордится тем, что теперь работает в Windsor Hotels, но делает вид, что это ее не волнует. Я не могу отнять у нее это. Она не должна узнать, что Зейн взял ее на работу из-за меня. Но секреты, что я от нее скрываю, давят на меня все сильнее.

И дело не только в том, что случилось недавно. Ей будет больно узнать, сколько всего я скрыла, когда она привыкла делиться со мной абсолютно всем. Лили думает, что я не пошла на выпускной из-за мигрени. Тогда мне было слишком стыдно рассказать ей правду.

Я не сказала ей, что мой кавалер так и не приехал за мной. Что я отправилась на бал одна, только чтобы застать его целующимся с девушкой, которая через секунду станет королевой выпускного. Я не говорила ей, что Зейн просто взял меня за руку и увел оттуда. Я не хотела снова переживать боль, которую причинил мне Джейсон, и не могла осознать, что вообще тогда произошло между мной и Зейном. Со временем это осталось в прошлом…

Пока прошлое не вернулось.

— Программа стажировки просто потрясающая, и… — Лили внезапно запинается, поднимая на меня тревожный взгляд. — Меня поставили на проект Bellevue.

На мгновение у меня сжимается грудь, и я отвожу взгляд.

— О… это… чудесно, — бормочу я, но голос звучит не так, как я задумала — совсем неискренне. Еще бы. Как я могу радоваться, когда это вовсе не новость для меня? Зейн рассказал мне об этом почти три недели назад.

— Он… он хороший начальник, — пытается заверить меня Лили. — Думаю, он изменился.

Я киваю, не зная, что сказать.

— Раз уж заговорили о Зейне… мне нужно кое-что тебе рассказать.

Я должна найти способ объяснить ей все, что произошло за последние пару недель, так, чтобы она не почувствовала, будто ее работа — это не ее заслуга.

Лили приподнимает бровь:

— О боже, и что он натворил на этот раз? Ты же знаешь, я без проблем могу устроить ему саботаж на работе? Мне плевать. Ни за что не позволю ему снова с тобой играть.

— Нет, не в этом дело. Я расскажу потом, — шепчу я, покосившись на родителей.

Объяснить Лили, что я поцеловала Зейна Виндзора, своего заклятого врага, — уже достаточно сложно. Последнее, что мне нужно, — чтобы родители это услышали.

Она кивает, и тут мама бросает в нашу сторону взгляд:

— Селеста. Не забудь про завтрашний бранч, хорошо? Ты обещала мне запоздалый день рождения. Я понимаю, что у тебя завал на работе и дед давит, но ты можешь выделить один воскресный день.

— Да, мама.

Она напоминала мне о бранче уже три раза за эту неделю. Я бы не забыла, даже если бы захотела.

— Ты тоже обещала мне свидание, — добавляет мама, поворачиваясь к Лили.

Они начинают обсуждать рестораны, а в этот момент у меня в кармане вибрирует телефон. Сердце пропускает удар, когда на экране появляется имя Зейна. Я тут же срываю телефон со стола, чувствуя, как жар поднимается к щекам. Что-то запретное есть в том, чтобы переписываться с ним, когда вокруг полно людей, которые были свидетелями нашей войны. Если я скажу Арчеру, что иду на свидание с Зейном Виндзором, он просто рассмеется, решив, что я издеваюсь.

Ин-Зейн: Каждый раз, когда я закрываю глаза, я чувствую твое тело рядом с моим. Я не могу думать ни о чем, кроме тебя. Скажи мне, что этот поцелуй отпечатался в твоей памяти так же, как в моей, Неземная.

Он пишет мне без остановки с тех пор, как я согласилась пойти с ним на свидание. И в этом есть что-то невероятно возбуждающее. Я как-будто узнаю его заново — он одновременно знакомый и совершенно новый. И мне нравится открывать те его стороны, которых я не знала. Забыть старую обиду непросто, но каждый раз, когда сомнения подбираются слишком близко, я вспоминаю, как он теперь на меня смотрит. Не думаю, что такое можно подделать.

Может, между нами все сведется только к физике… но он прав. Я хочу знать, что это за чувство. Хочу узнать, каково это — быть с ним. Я прикусываю губу, перечитывая его сообщение, и тут же