Бывшие. Сводный грех - Софья Феллер Страница 20

Я осторожно сделала первый глоток. Вкус был странным, вроде бы и сок, но какой-то мутный и с горьковатым оттенком. Я сморщила нос и снова попробовала, пытаясь определить, что в нем не так.

— Все нормально, — заметил Толик, когда я выразила сомнение. — Это просто необычно.

Я сделала еще несколько глотков, с течением времени ощущая, как головокружение появляется и нарастает.

— Толик… что-то мне нехорошо, — сказала я, пытаясь найти опору на ногах.

— Не переживай, все будет в порядке, — ответил он с уверенной улыбкой. — Это просто помогает расслабиться. Пойдем, отдохнем немного в комнате.

Не успеваю как следует сообразить, что происходит, он уже ведет меня к одной из дверей. Мои ноги начали дрожать, и я едва могла держаться ровно. Я пыталась достать телефон, чтобы связаться с Севой или Алексом, но руки были непослушны, а мысли путались.

Когда мы вошли в комнату, Толик закрыл дверь и включил тихую музыку. Я, пытаясь справиться с головокружением, все-таки сумела вытащить телефон из сумки, пока парень отвернулся, и быстро написала: “алекссс, поиоги.”

После отправки сообщения телефон выскользнул из рук и упал на пол. Я слышу его вибрацию и последующие звонки, но уже не могу взять трубку. Толик, видя мое состояние, начал нежно трепать мне волосы, что еще больше усиливало головокружение и чувство беспомощности.

— Все будет хорошо, — успокаивающе произнес он, опуская руку мне на грудь и сжимая ее. — Какая сладкая девочка. Сегодня меня ждет обалденная ночь.

Меня обдало запахом алкоголя из его рта, и желудок тут же сжался в спазме. Я замерла на доли секунды, пытаясь справиться с отвращением. Затем выставила руки вперед, отталкивая парня от себя, но он не поддавался. Все-таки такой хрупкой мне противостоять здоровенной туше непросто.

Паника захватывает меня все сильнее, вытесняя алкоголь из головы. Если я сейчас ничего не сделаю, он меня изнасилует. Это я поняла четко.

Повернула голову направо, но ничего стоящего для использования в качестве самозащиты не увидела.

Сердце бешено колотилось в груди, отчаянные мысли метались в голове. Толик снова прижал меня к дивану, ухмыляясь, явно наслаждаясь своим положением. Я собрала все оставшиеся силы и резко дернулась, пытаясь освободиться, но его хватка оказалась слишком сильной.

— Расслабься, будет только лучше, — прохрипел он.

Толик наклонился ближе, его дыхание с запахом алкоголя стало невыносимым. Тело сковал ужас. В этот момент взгляд упал на тяжелую стеклянную пепельницу на краю стола. Не раздумывая, я схватила ее и со всей силы ударила Толика по голове.

Он выругался, хватка ослабла, и я, не теряя времени, соскользнула с дивана. Падая, подобрала телефон с пола, ноги заплелись, но я удержалась вертикально и выбежала из комнаты, почти не ощущая пола под собой.

В коридоре музыка била по ушам, но никто не обратил внимания на происходящее. Я стремглав вылетела на улицу, где холодный воздух тут же привел меня в себя. Не оглядываясь, побежала к беседке на заднем дворе, стараясь скрыться от всех. Забившись в самый темный угол, дрожащими руками достала телефон. Сердце все еще колотилось как бешеное.

Секунду спустя телефон вибрировал. Алекс.

— Алена, где ты? — его голос был полон напряжения.

— В беседке… здесь… Толик… — с трудом выдохнула я, голос дрожал, и страх все еще сковывал меня.

— Я уже близко, держись, — уверенно ответил он и сбросил вызов.

Я сидела, свернувшись в клубок, чувствуя, как подступают слезы. Несколько минут показались вечностью. Вдруг у входа в беседку появилась высокая фигура. Алекс! Он шагнул ко мне, и я с размаху впечаталась в него, оплетая руками как обезьянка.

27

Алекс

Всю неделю мысли крутятся вокруг одного — Алена. Я пишу ей по несколько раз в день, постоянно спрашивая, как она. Она отвечает сухо, коротко. Кажется, еще немного, и она пошлет меня в пешее эротическое.

Но ей очень повезло, что я был в Москве и смог примчаться за час. Дорога была почти пустой, и я гнал как сумасшедший. Несколько штрафов за превышение точно придет. Что было бы, если бы у нас сейчас шли гастроли?

Каждый раз, как вспоминаю, что могло произойти, волосы по всему телу встают дыбом. Как Сева, этот тощий придурок, мог потащить Алену на вечеринку и оставить ее одну с таким, как Толик? Надо было додуматься!

Черт, костяшки до сих пор сбиты, болят адски. Не сдержался тогда — вмазал обоим. Севе за тупость, Толику за то, что осмелился ее тронуть.

Подъезжаю к дому, паркуюсь в гараже и выключаю двигатель. В голове одно: не сказать ничего лишнего при родителях. Алена строго запретила поднимать эту тему, и я уважаю ее решение. Главное — успеть заглянуть к ней, прежде чем все соберутся на кухне.

— Отец, Вика, я дома! — предупреждаю громко из прихожей.

— Отлично, — слышу голос отца. Он выходит ко мне и крепко жмёт руку. — Все в сборе! Встречаемся на кухне в шесть.

Киваю, стараясь не выдать свою торопливость, и смываюсь наверх, пока не пришлось обмениваться любезностями с Викой.

Первым делом стучу в дверь Алены.

— Ты как? — спрашиваю, входя в ее комнату.

Она стоит у окна, но, услышав мой голос, оборачивается. Во взгляде мелькает что-то вроде облегчения.

— Привет, — говорит она тише обычного. — Все нормально.

Закрываю за собой дверь и подхожу ближе.

— Точно? — задаю вопрос мягко, глядя ей в глаза. — Если что-то не так, ты скажешь мне, да?

Алена отворачивается, неуверенно кивая. Я знаю, что для нее это еще не пройденная тема, но давить сейчас — точно не выход.

Подхожу ближе и, не сказав ни слова, осторожно обнимаю ее сзади, стараясь не напугать. Касаюсь губами волос, чувствуя легкий аромат. Алена сначала замирает, но уже через несколько секунд расслабляется в моих руках, будто только этого и ждала.

— Все будет хорошо, — шепчу тихо не отпуская.

Она кивает, не отстраняясь, и на мгновение мир вокруг будто замирает. Алена осторожно кладет пальчики мне на руку и поглаживает ее, обходя ранки. Черт, это ужасно приятно.

Нашему уединению не суждено продлиться долго. Уже спустя несколько минут дверь распахивается настежь. Стучать, естественно, никто не собирается.

— Ален, я тут хотела обсудить… — Вика заходит в комнату, но тут же осекается, заметив, как мы стоим. Взгляд застывает на нас.

Алена резко отскакивает от меня, словно обожглась, складывая руки на груди в защитном жесте. Сразу видно, что она чувствует себя неловко.

— Это не то, что ты подумала! Мы просто… — начинает Алена, запинаясь,