Те самые Сейморы (ЛП) - Роуз Саванна Страница 2

При всем том хаосе, что учиняли братья Сеймор, они всегда делали это вместе. Крови они не делили, но та связь, что их объединяла, была крепка, как любая родственная связь, что я видела. Я не могла представить, чтобы такое было возможно, если бы Джейсон Сеймор просто притворялся отцом, а на самом деле не вкладывался в них.

Адам поднял брови.

— Ты же не винишь их в смерти Сабрины Фишер? Самые старшие — нашего возраста. Им тогда что, девять было?

— Ты забываешь о старших братьях Сеймор, — фыркнула Джулианна. — Эрик Сеймор встречался с Сабриной. Он свалил из города после того, как его папочка вытащил его из-под обвинения в убийстве. Ты же знаешь, что младшие Сейморы смотрят на старших, как на пример? Папаша, черт возьми, их точно не воспитывает.

Адам небрежно пожал плечами и сделал вид, что разглядывает ногти.

— Ты делаешь много допущений — если только ты не гораздо ближе к этой семье, чем готова признать.

Джулианна сузила на него глаза. Окажись он в поле ее зрения, его радужки, вполне возможно, обратились бы в пепел.

Я покачала головой, пытаясь дать Адаму знак остановиться, но он не обращал внимания.

Выводить Джулианну из себя было ужасной идеей, но Адам любил мутить воду — нужно это или нет. Лучше уж он, чем я, решила я.

Правда была в том, что я с ним соглашалась, но не была настолько глупа, чтобы говорить это вслух. У Джулианны был вспыльчивый характер. Горячий, мгновенный и яростный — но способный тлеть годами.

Мэйси, явно ощущая напряжение, но предпочитая его игнорировать, тяжело вздохнула и плюхнулась на свою койку.

— Мне скучно, — простонала она. — Кого мы еще ждем?

Джулианна закатила глаза, прежде чем бросить на нее раздраженный взгляд. Адам не отводил глаз от Джулианны, когда ответил за нее.

— Стью и Ренарда, — сказал он. — Они оба решили сначала помыться.

Джулианна изящно приподняла бровь, глядя на Адама, а он ухмыльнулся, как кот, поймавший сплетническую канарейку.

Кивнув, Адам подкинул Джулианне достаточно сочной информации, чтобы ее успокоить.

— Наверное, они подумали, что сеанс — это повод сблизиться, — добавил он, что, конечно, была полная чушь.

Однако Джулианна была готова проглотить эту приманку, словно политые маслом блины.

— Ни за что на свете! — взвизгнула она, от изумления чуть ли не подпрыгнув. Она не потерла руки с криком «еще!», но в этом и не было нужды, потому что мы все это видели. Джоан, с другой стороны, выглядела так, будто проглотила сотню лимонов.

Адам пожал плечами, его беззаботная ухмылка все не сходила с лица.

— Я просто прикалываюсь. Честно, думаю, Стью просто тянет время. Вся эта хрень его конкретно пугает.

Я избегала смотреть на Джулианну, но не смогла полностью скрыть улыбку, когда она раздраженно застонала в ответ на слова Адама.

Вскоре наше внимание привлекли торопливые шаги за дверью хижины.

Джоан открыла дверь, прежде чем парни успели постучать, что ни капли не смутило Ренарда. Он окинул комнату тем холодным, величавым взглядом, который использовал для всего на свете.

Стью уставился в свои ботинки, его тонкие, косматые черные волосы были еще влажными после душа. У Ренарда — нет, но от его ярких, аристократически уложенных волос исходил дорогой аромат.

— Дамы, — формально произнес Ренард. — Приносим извинения за опоздание.

— Не стоит извинений, — прощебетала Джоан, глядя на Стью из-под опущенных ресниц.

Он сделал вид, что не замечает, но кончики его ушей ярко покраснели.

Ренард толкнул его локтем, словно говоря: «Я же тебе говорил».

Стью раздраженно отстранился.

— Ну и как мы это будем делать? — спросил Стью, отчаянно пытаясь перевести внимание с них.

Джулианна вытащила из рюкзака бархатный мешочек с завязками. Медленно и тщательно развязала его, нараспев гудя вполголоса. Этот звук изменил атмосферу в комнате. Высосал из нее всё веселье, все гормоны, всю легкость.

Нас охватила торжественная тишина, пока мы наблюдали, как она извлекала из фиолетового бархата доску Уиджа. Она была закрыта и заперта, в дорогом футляре, который выглядел старше хижины, в которой мы находились.

Она была замысловато вырезана, ее углы и края отполированы до гладкости годами — возможно, десятилетиями — использования. Темное дерево поглощало и отражало свет таким образом, что казалось, будто оно движется, словно под глазурью древесина жидкая, и от него исходили ароматы шалфея и сандала. Уже одно его присутствие заставляло меня поверить в настоящую магию.

Джулианна с церемонной точностью поставила доску посреди пола и открыла ее.

— Сядьте вокруг в круг, — сказала она тем же низким, зловещим тоном, что и гудела. — Я зажгу свечи.

— Зачем нам свечи? — нахмурившись, спросил Адам, глядя на потолок. — У нас и так есть свет.

Джулианна нетерпеливо фыркнула на него, затем улыбнулась так, что было одновременно и жутко, и снисходительно.

— Искусственный свет отпугивает духов, — промолвила она, словно объясняла малышу, почему нельзя бегать по дороге. — Если мы хотим, чтобы духи с нами заговорили, мы не можем включать свет, верно?

Лицо Адама потемнело, веки опустились, но он ответил ей ухмылкой с лихвой.

— Как скажешь, — сказал он. — Ты же тут ведьма.

Не знаю, видел ли кто-нибудь еще, как у нее напряглись плечи. Это было легкое движение, почти незаметное, и длилось недолго — но его было достаточно, чтобы понять: Адам за эту фразу поплатится. Может, не сейчас, но когда-нибудь.

Джулианна считала слово «ведьма» оскорбительным для себя и своей семьи и не скоро забудет его небрежный выпад.

Мы заняли свои места на большой пентаграмме, которую она нарисовала на полу мелом еще до прихода парней, стараясь не смазать разметку своими движениями.

Джулианна зажгла свечи в пяти фонарях и расставила их на лучах звезды. Когда она погасила свет, причудливые тени вступили в борьбу за господство над маленькой деревянной доской.

— Теперь, — сказала Джулианна низким, торжественным голосом. — Пусть каждый из вас положит палец на указатель. Поклянитесь, что не будете мешать духам; что позволите им управлять указателем.

— Клянусь, — хором, тем же торжественным тоном, что и Джулианна, сказали Мэйси и Джоан.

— Клянусь, — сказала я, чувствуя себя глупо, хоть и немного не по себе.

— Клянусь, — согласились парни один за другим, с разной степенью убежденности.

Стью, казалось, уже был напуган, но, возможно, это было из-за того, что Джоан заняла место рядом с ним и всеми способами незаметно вторгалась в его личное пространство. Бедный парень.

— Что нам теперь делать? — спросил Стью, пытаясь отодвинуться от Джоан, не сдвигая указатель.

— Нужно ее разогреть, — твердо сказала Джулианна. — Сначала задайте ей простые вопросы, просто чтобы установить связь с миром духов. Вы должны знать одно очень важное правило. — Она посмотрела в глаза каждому из нас по очереди. — Ни при каких обстоятельствах не называйте ей свое имя. Даже не просите ее назвать вас. Духи могут использовать силу вашего истинного имени против вас.

— Я думала, это у фей?

— Ты слишком много читаешь романов, Мэйси, — отрезала Джулианна. — А теперь. Разогревайте доску. Я начну, чтобы показать, какие вопросы нужно задавать.

Никогда не представляла, что духам нужна разминка перед выступлением, но я не особо духовный человек. Дело в том, что это была стихия Джулианны, а не моя.

Плюс, кто я такая, чтобы оспаривать ведьму?

Джулианна глубоко вдохнула через нос, затем произнесла мощным голосом, который был не громче шепота, но, казалось, пронесся через всю хижину.

—- Духи, — сказала она. — Назовите мне имя лагеря, из которого мы к вам обращаемся.

Указатель задрожал под нашими пальцами, и мое сердце вопреки мне екнуло. Медленно, очень медленно, указатель двигался от буквы к букве. В-И-Т-И-П-О.

— Дерьмо, — выдохнул Ренард.

— Следи за языком в присутствии духов, — шелковисто сказала Джулианна. — Многие из них умерли задолго до рождения твоих родителей и придерживаются старомодных взглядов на подобные вещи.