Я с тобой не дружу - Саша Кей Страница 2

– … Соня поедет не одна. Денис – хороший парень…

Фак. Фак. Фак.

Закатив глаза, я набираю в грудь побольше воздуха, чтобы не заорать от этой беспардонности. А выдохнув, я натыкаюсь на взбешенный взгляд Рэма. Я избегала этого весь вечер, а сейчас вот вляпалась. Его светло карие глаза, реально почти желтые, загораются опасным блеском. Я вижу, как расширяются зрачки, меня бьет этой золотой молнией, но все. Баста. С меня хватит. У него больше нет права голоса. И его я слушать не стану!

Сдергиваю со спинки дивана, на котором сижу, свой тренч.

– Извините, мне пора… – я выбираюсь из-за стола не в силах больше вести себя воспитанно. Мне необходимо туда, где не так много CO2.

Сейчас меня задушнят советами.

И кое-кто тоже полезет.

Под растерянным взглядом мамы, на ходу напяливая тренч, я выбегаю из ресторана на улицу.

Стоя на крыльце я задираю голову, чтобы горящее лицо немного остыло.

В заднем кармане вибрирует мобильник, стоящий на беззвучке.

«Никуда ты не поедешь».

Глава 2. Рэм

Какого хрена?

Новости такие плохие, что жгут меня каленым железом.

Я терплю игнор, но у меня хотя бы есть возможность видеть, как Сонька, раздув щеки, пытается проглотить сухое вино, которое терпеть не может. А ведь я подставил ей фужер с полусладким, но из моих рук все – яд.

Колючка.

Вертлявая.

Каждый раз, когда я пытаюсь подстроить возможность поговорить, она все равно сбегает, одарив меня на прощанье презрительным взглядом. Трубки она не берет. Сообщения читает одно через десять и никогда не отвечает.

Для меня ее никогда нет дома, хотя по виноватым глазам Елены Алексеевны я вижу, что это ложь.

Я, блядь, караулю, когда Сонька вернется впотьмах домой в надежде перехватить ее у подъезда, но в последнее время охамевшая подруженька возвращается не одна. И теперь я знаю, как зовут урода, который позавчера клюнул ее в щеку и не получил за это от Соньки оплеуху.

Она зла. На меня. До сих пор бесится. Я это вижу. Может, у нее есть на это право…

Да не может, а точно есть.

Но ехать куда-то на два месяца с посторонним мудаком!

Щаз-з-з!

– А чего ты хотел? – усмехается Демон. – Ты просрал кучу времени. Когда нужно было вымаливать прощение, ты занимался мозгоебством, таскаясь к ней под окна и не пытаясь все исправить.

– Какой ты стал умный, – яд из меня так и плещет. – Давно ли? Кто проебал полгода?

– Я, – закуривает друг, тоже хочу, но больше не лезет, я за вечер пачку уже приговорил. Это запах, въевшийся в пальцы, теперь прочно ассоциируется у меня, с Соней. – И тебе стоило поучиться на моем примере. Видел же, как меня ломало. Но ты же у нас мозг. Довыделывался? Доинтриговался?

От злости сжимаю кулаки, на мизинце проступают тонкие полоски шрама.

– Инга тебя простила. Даже тебя, несмотря на то, что произошло. Неужели я сделал, что-то ужаснее? Я так не думаю. Какого хрена она упирается. Сонька, как ос наглоталась.

– Я вообще не понимаю, почему Инга простила. Честно, я бы не стал. А ты? Ты бы сам себя простил? – Диман выдыхает жирное кольцо дыма.

Он меня бесит, как бесит голодного человека сытый.

Скриплю зубами:

– Смотря за что…

– Видишь, ты облажался по нескольким направлениям.

– Она сказала, что я не только все разрушил. Я предал…

Демон ничего не говорит, только хлопает меня по плечу. И это совсем не успокаивает. Это типа как, смирись.

Не могу.

Посмотрев на то, что Инга и Демон смогли выгрести из своего ада, я решил, что у меня тоже есть шанс. [Историю Демона и Инги можно прочитать тут - https:// /ru/book/byvshii-szhigaya-dotla-b441666 ]

Но Соня не Инга.

У Сони со вторыми шансами всегда было туго. Дерзкая, резкая. У нее все черное или белое. Сопля еще. Забить бы. Зачем возиться? Она младше, неуживчивая. Полно удобных девиц кругом. Но я почти каждый день езжу на Красноармейскую.

Я маньяк, походу. Сталкер.

Как только я лишился Сони, все стало пресным, бесцветным.

Будь проклят тот Валентинов день, перекроивший все.

– Почему ты не догнал ее, когда она ушла из ресторана? – вспарывает мне мозг Демон.

Как ему объяснить почему?

Как объяснить, что, взбесившись, Сонька наворотит дел просто мне назло. Лишь бы наперекор. Она всегда бунтует на максималках. Ей девятнадцать, должна повзрослеть, а она как будто не перешагнула порог пятнадцатилетия.

Это бесит.

Но этот ее вайб как наркота. Сонька настоящая. У нее все взаправду и на всю катушку. Поэтому без нее я словно живу в заброшенном пыльном аквариуме у старьевщика, сквозь мутные стекла и увядшие водоросли которого, я вижу, как остальные живут нормальной жизнью, в то время как я свою влачу, забивая пьянками и вечеринками, лишь бы почувствовать хоть что-то. А ведь раньше хватало пары часов у качелей за домом Соньки, чтобы зарядиться, хапнуть драйва.

Блядь, даже сегодня эта ее фуфайка – протест.

Знает, что я считаю, что девочки должны выглядеть женственно. И это мне назло. Она ведь умеет выглядеть, как богиня. Что она прицепилась к этому своему носу. Нормальный нос.

Но сегодня было посрать и на фуфайку, и на бутсы на толстенной подошве. Я был до жопы счастлив просто сидеть рядом и видеть ее в нормальном освещении, а не в свете подъездного фонаря издали.

А потом «радостные», блядь, вести подъехали.

Я чуть вилку не погнул, а Сонька на меня даже не посмотрела.

Сука, нет! Ни хрена. Хороший парень Денис может пиздовать хоть в Москву, хоть на Камчатку. Один.

Мы с Сонькой повязаны. Навсегда.

И я ей об этом напомню.

Если она посчитала, что мое предупреждающее сообщение – фуфло, то очень зря.

Глава 3. Соня

– Ты слишком заморачиваешься, – фыркает Надя, глядя на то, как я придирчиво себя рассматриваю в зеркало под разными углами.

– Это не у тебя нос картошкой, – ворчу я, прикидывая достаточно ли я попыхтела над контурингом, или надо еще добавить хайлайтера. Сиять так сиять.

Господь дал мне, без ложной скромности, отличную фигуру и, видимо, для баланса простецкое невыразительное лицо. Ну, зато на нем можно нарисовать все,