Охота на Уинтер - Айви Торн Страница 2

Мужчина в дверном проёме слегка двигается, полностью игнорируя первый вопрос. Вместо этого он отвечает на второй, жадно оглядывая меня, словно знает, как я выгляжу под одеялом. В его тёмных глазах мелькает что-то хищное, и я замираю на месте, чувствуя, как в груди колотится сердце, когда он начинает говорить.

— Меня зовут Габриэль Мартинес, — говорит он с лёгким акцентом. — А тебя полагаю — Уинтер? — Он отстраняется от дверного косяка, и на его лице появляется улыбка. — Теперь ты моя.

2

ГАБРИЭЛЬ

Мой член дёргается, когда я скольжу взглядом по едва прикрытому телу Уинтер. Простыни едва прикрывают её пышную грудь и опасно сползают вниз, когда она пытается освободиться от пут, приковывающих её запястья к кровати. Чего бы я только не отдал, чтобы трахнуть её прямо здесь и сейчас, после нескольких месяцев наблюдения за ней, на самом деле — преследования, ведь она, похоже, не знала, что я рядом.

И теперь она моя.

А всё потому, что этот высокомерный ублюдок решил трахнуть какую-то шлюху из трейлерного парка и выбросить этот самый великолепный кусок задницы, потому что он влюбился в своего питомца, вместо того чтобы оценить то, что отец преподнёс ему на блюдечке с голубой каёмочкой: рыжеволосую королеву, такую же огненную, как и её волосы. Однако она знает, как вести себя в роли кроткой принцессы. Я ненавижу всё в этом городе: дурацкую иерархию семей-основателей и их власть над всем этим чёртовым местом, то, как они обращаются с нами, «Сынами Дьявола», как со сторожевыми псами, а не со страхом и уважением, которых мы заслуживаем.

Меня бесит тот факт, что один из самых страшных мотоклубов Новой Англии фактически принадлежит трём богатым семьям. А после того, что я увидел сегодня вечером, я понял, что нами управляют не только чопорные старики, сидящие в своих особняках, а и их избалованные сыновья-студенты взяли власть в свои руки. Что ещё хуже, потому что это означает, что тот, кто вышвырнул Уинтер, Дин Блэкмур, теперь формально является моим начальником. А если он настолько глуп, что не хочет жениться на ней? Я могу только представить, насколько хреновыми будут его решения.

Но на самом деле это его потеря. Из Уинтер получилась бы идеальная «старушка», властная, величественная и абсолютно безбашенная. Она знает, как носить корону, как никто другой, кого я когда-либо видел, если бы только она не была такой заносчивой. Но она считает себя лучше меня, лучше всех «Сынов дьяволов» из-за того, кем был… или есть её отец, и за кого она должна была выйти замуж.

Она считает, что она слишком хороша для байкерши, и это должно вызывать у меня ненависть к ней, но на самом деле это только усиливает моё желание. Я хочу показать ей, насколько она неправа, и что, если бы она мне позволила, я бы сделал её своей игрушкой. Я бы заставил её хотеть меня, умолять меня…

Боже, я провёл бесчисленное количество дней, наблюдая за ней из тени, возбуждаясь от мысли, что она обхватывает мой член, а не какого-то грёбаного лорда. И она как будто чувствовала… то, как она раздевалась перед тем, как лечь спать, те платья, которые едва прикрывали её идеальную попку... Она такая соблазнительница. С той секунды, как я увидел её в доме её отца, я понял, что этой девушке нужен настоящий мужчина, чтобы трахнуть её как следует. Она не была создана для принца или лорда. Она была создана для меня. Я знал, что если бы у меня когда-нибудь был шанс раздвинуть её сладкие складочки, она бы умоляла меня довести её до оргазма так, как никогда не смог бы малыш лорд. И я был бы более чем готов подчиниться.

И вот, это мой шанс.

То, как её огненно-рыжие волосы обрамляют её голову, когда она лежит передо мной, откровенный страх в её изумрудно-зелёных глазах, заставляет меня мгновенно возбудиться. Я говорю ей, что она моя. И это правда, потому что все в городе Блэкмур считают её мёртвой. Здесь больше нет никого, кто мог бы защитить её, никто не может заявить на неё права, кроме меня. Я был тем, кто спас её. Я вытащил её из горящего дома, и теперь её жизнь принадлежит мне.

Я думал, что она мертва, когда увидел, что дом Блэкмур горит, а все внутри него остались. Я не знаю, что на меня нашло, когда я бросился в горящие руины. Я знал, что группа «Сынов дьявола» сегодня дежурит на каком-то помпезном «ритуале», который проводят «Блэкмурцы», Сент-Винсенты и Кинги. Но когда я увидел, как пламя пожирает старое здание, я мог думать только о пухлых губах и соблазнительном теле Уинтер, запертой в этом доме. Я знал, что она будет в подвале, где обычно проводились подобные ритуалы. Поэтому я направился прямо туда.

Вид кровавой бойни в лабиринте под домом шокировал даже меня, а я повидал немало дерьма. Но при виде трёх мёртвых королей Блэкмура, мёртвой семьи Уинтер и бесчисленного множества моих братьев «Сынов дьявола», лежащих на полу сломанными и безжизненными, у меня скрутило живот. Кого-то зарезали, кого-то застрелили. Филип Сент-Винсент выглядел особенно гротескно: на его горле была вырезана красная улыбка, грудь была залита кровью, живот вспорот от многочисленных ножевых ранений, на лице застыло выражение ужаса. Он был похож на Ходячего мертвеца, который возвращается к жизни, чтобы съесть тебя.

Что бы там ни случилось, я знаю, что Афина Сейнт несёт за это ответственность. Я достаточно долго наблюдал за Уинтер, чтобы понять, что соблазнительная питомица, которая совратила принцев Блэкмура, — прирождённый кукловод. И, как и её отец, она не хранит верность тем, кто её приютил. Она такая же, как и её папаша-крыса, только мы добрались до него раньше, чем он успел уничтожить нас, как она уничтожила королей. Осматривая этот жуткий каменный подвал с чёртовым алтарём в центре, я наконец заметил Уинтер, лежащую обнажённой и неподвижной на полу у основания колонны. Её великолепное тело было открыто для всеобщего обозрения. Из её головы обильно текла кровь, лицо приобрело тошнотворно-белый оттенок, и я подумал, что они убили и её тоже. Но я не мог просто оставить её там.

Опустившись рядом с ней на