Предатель. Я тебе не жена - Юля Шеффер Страница 2

Он выпускает мои руки из своих, и я сразу чувствую холод.

Смотрю на него и вижу, как он напряжен. Мой жених будто окаменел и стремительно бледнеет.

В голове закруживается вихрь вопросов: Кто она? Что она здесь делает? Почему остановила церемонию? Иван, что, ее знает?

Я смотрю на любимого в поисках хоть какого-то ответа, но он не двигается, не произносит ни слова. Его застывший взгляд прикован к этой девушке.

А она идет к нам. Медленно, но уверенно. В воцарившейся тишине ее шаги звучат, как удары молотка о твердую поверхность, наводя еще большей жути.

Напряжение нарастает, оно физически ощущается, сковывая по рукам и ногам. Кажется, весь мир замер в ожидании того, что произойдёт дальше.

Я в растерянности смотрю по сторонам, но у моих подруг такие же потерянные лица. А регистраторша, та самая, которая мягким поставленным голосом только что задала этот дурацкий сакраментальный вопрос о возражениях, теперь пристыженно опускает глаза на свои бумаги, не понимая, что ей делать дальше.

И она такая не одна - никто ничего не понимает.

- Здравствуй, Ванечка, - говорит девушка, останавливаясь рядом с нами.

Ванечка?.. У меня перехватывает дыхание.

- Прости, что явилась без приглашения, - ее голос сочится язвительностью и… болью? - Ты, видимо, забыл мне его прислать.

Она делает шаг вперёд, вставая на ступеньку, ведущую на невысокий подиум, где стоим мы.

- Кто это? - слова срываются с моих губ прежде, чем я успеваю их осознать.

Но Иван молчит. Стоит, будто в ступоре, его лицо белеет с каждой секундой.

- Как и забыл сообщить, что женишься. Не на мне, - она поднимается еще на ступеньку, а я хочу убежать от нее.

- Что это значит, Иван? - гремит как будто где-то вдалеке голос папы - он тоже не выдержал, глядя на эту сцену. - Объяснись немедленно. Кто эта девушка и чего хочет от тебя?

- Уезжая в Москву, ты говорил, что вернёшься ко мне. Что едешь в большой город, чтобы заработать деньги для нас и нашего ребенка, - она театрально кладет руку на живот.

А мне кажется, будто меня только что с размаха пнули в мой.

Что она имеет в виду? Наш ребёнок? Это... его ребёнок - Ивана?!

- Я жду тебя там, дома, жду, когда ты приедешь, и вдруг от твоих друзей, случайно, узнаю, что у тебя, оказывается, тут свадьба! Ты бросил меня там, чтобы здесь жениться на ней? Ты бросил нас? Скажи мне! - она почти кричит ему в лицо.

А у меня подкашиваются ноги, я начинаю оседать на пол, осознавая, что его реакция на ее появление говорит громче слов.

Говорит мне, что эта непрошенная гостья не врет, а все, что я считала правдой раньше - фикция. Все, что я знала об Иване, все, что он рассказывал мне о себе - все это ложь.

Смотрю на него, но как будто больше не узнаю. Его лицо расплывается из-за застилающей глаза пелены из слез.

Иван будто отмирает и подхватывает меня, кладя руку на талию. Я чувствую брезгливость, хочу отбить ее, сказать "не трогай меня, предатель!", но у меня нет на это сил.

Воздух в буквальном смысле застыл и загустел, как перед бурей. Я не могу его вдохнуть, и из-за своего чересчур затянутого корсета задыхаюсь в этом напряжении.

- Лариса, прекрати истерику! - переводя взгляд на незнакомку, подает наконец голос мой жених, и в нем звенит ярость. - Зачем этот спектакль? Я не приглашал тебя, потому что не обязан…

- Спектакль? - перебив его, взвивается та, которую он назвал Ларисой. - Это, по-твоему, спектакль? - она снова указывает на свой живот. - Или, скажешь, что не знаешь меня?

Иван словно теряет терпение и, отпустив меня, хватает ее за руку, тащит с подиума, но не обратно по проходу к загородному отелю, который моя семья полностью арендовала на эти выходные, а в сторону леса, за которым трасса.

- Хватит, - доносится до меня его злой негромкий голос. - Ты уже испортила все, что можно, а теперь убирайся отсюда вместе с пузом и чемоданом.

- Стой, Иван! Вы никуда не уйдете, пока все не объясните, - останавливает его папа, подходя ко мне, но мне уже не нужна помощь.

Я справилась с первым шоком и теперь твердо стою на ногах.

Я не собираюсь ни плакать, ни падать в обморок, ни как иначе развлекать публику своей слабостью. Не здесь. Собравшиеся репортеры не увидят моей драмы, чтобы через пять минут выложить скандальные кадры в сеть.

Папа тоже вспомнил о них, потому что скомандовал:

- А вы прекратите снимать и сдайте все карточки памяти охране. Гордей, проследи. Я жду, Иван!

- Это всё полная ерунда! - восклицает Иван, стараясь звучать спокойно, но я слышу, что его голос дрожит - от страха или волнения, сейчас не разобрать. - Я встречался с ней, да, но мы давно расстались. Этот ребенок не может быть моим. Я уже год не виделся с ней! Алина, - обращается ко мне.

Но я отворачиваюсь - не желаю слушать.

Мой взгляд блуждает по лицам гостей, и я вижу в них и шок, и интерес, и осуждение, и даже злорадство - у нашей семьи немало завистников. Я чувствую дурноту и хочу уйти отсюда.

- Алина! - Иван идет ко мне, и я спешу покинуть подиум.

- Не подходи! - предупреждаю, стрельнув взглядом, и он останавливается.

- Свадьбы не будет! - объявляю я на ходу громко. - Можете расходиться.

И бегу прочь от этого кошмара. От Ивана, от Ларисы, от репортеров - от всего. Даже от родителей.

Мне сейчас не нужно сочувствие или жалость. Мне нужно остаться одной.

На парковке, где много машин, я останавливаюсь - моей тут, конечно, нет. Я приехала на свадебном лимузине…

- Алина, всё в порядке? -идет мне навстречу кто-то из опоздавших. Улыбается: - Я все пропустил?

- Нет, вы как раз вовремя, - кидаюсь к нему и, наплевав, что этот мужчина мне не ровесник, а прилично старше, прошу: - Отвезите меня, пожалуйста, отсюда.

Он смотрит на меня долгим взглядом, но, не задавая вопросов, кивает и ведет к своей машине - трехдверному спортивному купе.

Нормальная карета для сбежавшей невесты.

Сорвав с головы фату, бросаю ее в стороны урны и