P.S. Я тебя ненавижу - Лорен Коннолли Страница 19

А что касается Джереми и Тулы — я предпочту, чтобы они думали, что я развеиваю прах одна.

— Чёрт, — бормочет Джереми. — Это много мест. Как ты к этому относишься?

Я пожимаю плечами.

— Не знаю. Иметь что-то — какое-то дело, что-то, что я могу сделать для него, — это… я думаю, мне это нравится. Но это слишком много. Слишком много прощаний. А первое уже оказалось чертовски сложным.

Тула смотрит на меня с обеспокоенным выражением.

— Люди могут оставлять просьбы в завещании, но ты не обязана им следовать.

— Я знаю. Но… это Джош.

Это мой брат. Это последнее, о чём он попросил меня. Последняя частичка, что у меня от него осталась.

Ну, частички. У меня ещё семь контейнеров, спрятанных в верхнем шкафчике, который я редко использую, потому что мне нужен табурет, чтобы до него дотянуться.

Я какое-то время боялась, что на контроле в аэропорту его конфискуют, но в итоге меня пропустили без проблем.

— Если тебе нужно будет сопровождение, я могу поехать. Мы можем поехать, — предлагает Джереми, кивая в сторону Тулы. Она без раздумий соглашается.

Они лучшие друзья, чем я заслуживаю. Я должна бы им рассказать про Дома. Но не могу подобрать слов. Я не доверяю себе, чтобы говорить о нём. И я не доверяю себе в том, что это не оттолкнёт этих двоих — единственных людей, которых я теперь люблю больше всего на свете.

— Спасибо, — говорю я. — Правда. Спасибо. Но, думаю, я должна сделать это сама.

Чтобы скрыть свою ложь сменой темы, я указываю на четвёртый бокал, который поставила Тула.

— Карлайл тоже придёт?

— Нет, — отвечает она, открывая термос и разливая нам напитки.

Затем она берёт свой бокал и стукается им о край оставшегося.

— Выпьем за Джоша. Мы будем по нему скучать.

Я вспоминаю последний раз, когда мой брат приезжал ко мне.

Джош и Джереми объединились, уговаривая нас устроить тур по барам с финалом в караоке. Мы пели и смеялись, пьяные не только от алкоголя, но и от жизни, и от дружбы. А на следующее утро, когда остались только мы вдвоём, Джош рассказал мне о своём диагнозе. Мне кажется, той ночью я в последний раз была по-настоящему счастлива.

— За Джоша, — поднимает свою маргариту Джереми. — Лучшего пьяного партнёра по дуэтам, о котором можно мечтать.

Он старается говорить легко, но я слышу, как у него сжимается горло. Они знали моего брата. Заботились о нём. Наверное, даже плакали по нему, когда я отправила им то сообщение. А я не пригласила их на похороны, потому что не смогла вынести столкновение своей нынешней жизни с прошлой.

Я задвигаю чувство вины поглубже, клянясь никогда не позволить этому токсичному комку в груди выплеснуться на них.

— За Джоша, — поднимаю я свой бокал и заставляю себя не думать о последнем тосте, который я произнесла в его честь.

И о том, с кем я его произносила.

— И за ещё пару поездок с ним, — добавляю я, пытаясь немного разрядить атмосферу.

Он ещё не ушёл.

Стараясь подбодрить друзей, я криво ухмыляюсь.

— Привезу вам сувениры.

Глава 8

Дождь капает с моего куртки, когда я вхожу в лобби офисного небоскрёба. Благо это Сиэтл, так что тут хорошо понимают вероятность того, что кто-то зайдёт сюда насквозь мокрым. Первые несколько метров гладких плиточных полов устланы впитывающими влагу ковриками, и я без зазрения совести встряхиваюсь, избавляясь от лишней влаги.

Пока я провожу картой у охранного пункта, дежурный — Саймон — улыбается мне и машет рукой.

— Давно тебя не видел.

Он просто ведёт вежливую беседу, и я, конечно, не собираюсь вдаваться в подробности того, как провела последние недели на другом конце страны, пока мой брат умирал, а затем вернулась и устроила жалкое подобие отпуска по утрате. Особенно не с человеком, с которым мы обменивались лишь парой случайных разговоров.

Разработанная ещё в детстве привычка позволяет мне легко растянуть губы в улыбке, несмотря на зияющую дыру боли, злости и грусти внутри.

— Уезжала домой на долгое время, — отвечаю я лёгким тоном. — И Памела была не против, чтобы я больше работала удалённо. Сложно убедить себя переодеться из пижамных штанов, если в этом нет необходимости.

Саймон усмехается.

— Тут я с тобой согласен. Хорошего дня.

— Тебе тоже! — добавляю я бодро, помахав ему, прежде чем направиться к лифтам.

Памела попросила меня приходить в офис три дня подряд, хотя обычно я появляюсь здесь раз или два в неделю.

Когда я выхожу из лифта, то уверенно шагаю через открытую рабочую зону — такую модную в моей компании — и направляюсь к кубику в заднем углу, где можно хоть как-то уединиться и сосредоточиться на работе.

Я едва успеваю поставить сумку на стол, как рядом материализуется Памела, наша директор по логистике, выглядя одновременно величественно и измотанно.

— Мэдди. Ты пришла. Слава богу. Путаница с развёртыванием — просто кошмар, цифры не сходятся с отчётами, а через десять минут у нас встреча с руководством северо-западной команды.

Я одариваю свою взвинченную начальницу понимающей улыбкой — я хорошо натренировалась за годы работы с её бурной энергетикой. У неё всё всегда звучит как вопрос жизни и смерти. Даже если речь идёт о том, что она забыла полить растение в офисе.

— Дай мне взглянуть. Я вчера вечером всё пересмотрела, думаю, мы сможем разобраться.

— Ты просто спасительница. Без тебя я бы не справилась. Вся компания бы рухнула.

Звучит драматично, но это не слишком далеко от истины.

Как единственный логистический координатор, я занимаюсь развёртываниями, обработкой проектов и кучей других задач, от которых зависит стабильность работы компании.

Если бы я просто исчезла, Редфорд Тим пришлось бы несладко.

Именно поэтому я работала даже на похоронах брата. Не потому что Памела не уважала моё личное время. Просто возникла чрезвычайная ситуация, и буквально никто другой не мог с ней справиться.

Хотя, возможно, я и сама не упомянула, что нахожусь на поминальной службе.

Памела знала, что Джош болен. Она знала это год, и всё это время не задавала лишних вопросов насчёт моих поездок на Восточное побережье, чтобы его навестить. Пока работа выполнялась, причин для беспокойства у неё не было.

И пока работа выполнялась, у меня не было причин просить у Памелы отпуск.

Моя должность в основном удалённая. И, как я уже говорила, незаменимая.

Погружаясь в работу, я стараюсь игнорировать