Руководство по соблазнению сестры лучшего друга - Ви Киланд Страница 18

– Виски с колой, пожалуйста.

Он постучал костяшками пальцев по барной стойке.

– Будет сделано.

Вернувшись с моим напитком, он протянул мне руку.

– Эван.

– Холден. Приятно познакомиться.

– Ты из-за города?

Я покачал головой и отхлебнул из стакана.

– Нет. Живу в квартале отсюда.

– Ты тайком встречаешься здесь с женщиной?

– Нет.

Эван оперся локтем о стойку.

– Ладно, сдаюсь. Зачем ты здесь, в этой дыре?

Я усмехнулся.

– Ты правда хочешь знать?

Он указал на других посетителей.

– Это Фред, Кен и Уолт. Я слышал их истории по пятьсот раз. Так что почему бы и нет? Не похоже, что у меня есть варианты поинтереснее.

– Как насчет того, чтобы сначала выпить? За мой счет.

– Ладно. Что бы ты хотел?

– На твой выбор.

Эван вернулся с бутылкой текилы и двумя стопками. И наполнил обе до краев.

– Мы не добавляем соль, лайм и всякое такое.

Я взял стопку и опрокинул ее.

– Меня это устраивает. – Напиток обжег внутренности, но мне понравилось.

– Так что у тебя за история? У тебя лицо как с рекламы на Таймс-сквер. Так что тут точно замешана женщина.

– Ты прав, – улыбнулся я. Неужели так всегда бывает?

– Нередко. Она замужем или что-то еще?

– Помолвлена.

– О боже. – Бармен снова наполнил наши стопки. – Это за мой счет. – Мы чокнулись и опрокинули по второй текиле.

Я рассказал своему новому другу Эвану о Лале – начиная с моего увлечения в школьном возрасте и заканчивая тем, что в настоящее время она живет в апартаментах через стенку от меня.

– О, и я забыл упомянуть, что сейчас я торчу здесь, чтобы не встречаться в баре в квартале отсюда со свободной и независимой женщиной, которой от меня не нужно ничего, кроме секса.

Эван покачал головой.

– Так сильно эта Лала вскружила тебе голову, да?

Я допил остатки виски с колой.

– И что прикажешь с этим делать?

– Ты можешь сделать только одно, мой друг.

– Встретиться с Сиенной и на несколько часов забыть о существовании кого-либо еще?

– Не-а. Это не сработает. Потом ты себя возненавидишь.

– Значит, сидеть здесь и напиваться?

– Не-а. Ты должен попытаться разорвать эту помолвку.

Я покачал головой.

– Вряд ли у меня получится.

– Поверь мне, ты преодолеешь чувство вины за то, что украл девушку у другого парня. Но ты никогда не забудешь, если позволишь любимой женщине выскользнуть из твоих рук.

Но я ведь не был влюблен в Лалу, ведь так? С другой стороны, откуда, черт возьми, мне было знать, был ли я влюблен? Единственный человек, с которым я когда-либо был близок, – это я сам.

– Позволь рассказать тебе небольшую историю, – сказал бармен. – Когда мне было двадцать, я встретил женщину. Ее звали Элизабет, и, как бы глупо это ни звучало, в первый же час я понял, что передо мной та женщина, на которой я должен жениться. Была только одна проблема.

– Какая?

– Она была девушкой моего лучшего друга.

– О господи.

Эван кивнул.

– Я тогда только поступил на военную службу. Мой приятель Фил познакомился с Элизабет, когда я был в учебном лагере. Они вместе учились в колледже. Примерно через год я поехал навестить Фила, пока был в отпуске. Он работал и ходил на занятия, так что большую часть времени я провел, общаясь с его девушкой. Я влюбился по уши, и она тоже что-то почувствовала. Но она была девушкой друга, и я к ней не лез. Прошло четыре года. Я женился на Кэтрин, а следующим летом поженились Фил и Элизабет. Мне потребовалось еще пять лет несчастливого брака, чтобы понять, что я женился на нелюбимой. Потому что, когда твое сердце принадлежит кому-то другому, его невозможно никому отдать, даже если ты хочешь.

– Что случилось с Филом и Элизабет? – спросил я.

– В их браке тоже были проблемы. Но Фил и Лиз переехали на Лонг-Айленд, и мы потеряли связь. Я не видел их несколько лет. Короче говоря, они развелись, и шесть лет спустя я случайно ее встретил. Химия между нами так и не притупилась, даже спустя столько времени. В итоге мы сошлись, и я был счастливее, чем когда-либо. Как и моя Лиззи. И вот однажды она пошла на плановый осмотр к врачу, и у нее обнаружили опухоль в груди. Шесть месяцев спустя ее не стало. Рак молочной железы с метастазами. Ей было всего тридцать три.

– О, нет! Мне так жаль!

– Мне тоже. Но знаешь, о чем я сожалею больше всего?

– О чем?

– О том, что я потерял десять лет, которые мы могли бы провести вместе, но не провели. Жизнь короче, чем ты думаешь.

Я проглотил еще два виски с колой и решил все-таки не идти на встречу с Сиенной. Вместо этого я в хорошем настроении отправился домой и о многом думал. Мой новый друг-бармен посеял в моей голове много мыслей. Его история меня взволновала, но я точно знал, что какое-то время мне нужно держаться подальше от женщин – от всех женщин.

Но когда я вошел в лифт и повернулся, чтобы нажать на свой этаж, этот обет улетучился быстрее, чем слетела бы одежда с Сиенны.

Лала.

Она только что вошла в парадную дверь. Я уперся руками в двери лифта, чтобы они не закрылись. Мое сердце пустилось вскачь.

– Только не говори, что ты только сейчас возвращаешься домой с работы.

Лала кивнула.

– Так и есть. Накопилось так много дел, что я потеряла счет времени. – Она вошла в лифт. – А ты откуда?

– Из бара в конце квартала.

– И как это понимать? – Она дерзко улыбнулась и оглядела кабину лифта. – Ты даже не с кем-то.

– Так бывает. – Я нажал кнопку нашего этажа. – Знаешь, я и наполовину не такой мужчина-шлюха, каким ты меня считаешь. – По крайней мере, в последнее время.

Когда двери лифта открылись на четвертом этаже, я жестом показал ей выйти первой. Изо всех сил старался не пялиться на ее задницу, но потерпел сокрушительную неудачу.

– Ты весь вечер будешь дома? – спросила она, доставая ключи.

– Да. А ты?

Она кивнула.

– Мне достаточно одной бурной