Персональное задание для капитана Огоньковой - Анна Миральд Страница 17

Митяй, не глядя, дёрнул плечом, пытаясь высвободиться, но чужие пальцы держали крепко.

— Дядь Валер…

Студент оглянулся и обмер, увидев налитые кровью буркалы. А Валера уже тянулся зубами к шее мальчишки. На кожу парня капнула тягучая слюна…

— Са-а-ны-ы-ыч! — заорал благим матом Митяй и рванулся изо всех сил.

Треснула застиранная ткань жилета, в руке у Валеры остался оранжевый клок, а Митяй припустил к мужикам. Те тоже вели себя странно: кто-то лежал ничком на щебне, кто-то стоял пошатываясь, кто-то мычал, обхватив руками голову. Они тут все перебухали, что ли⁈

Но за спиной уже слышался хруст настигающих шагов, и Митяй побежал к тепловозу.

— Саныч! — Мальчишка взлетел на площадку, почти не касаясь поручней. — Саныч!!!

Дверь открылась, но вместо бригадира из кабины выглянул машинист. С такими же мутными буркалами, как у Валеры, и перепачканными свежей кровью губами. Митяй застыл в ужасе, и машинист прыгнул. Пацан отшатнулся, ударился спиной об ограждение, прянул в сторону… Лягнул что было сил — машинист обрушился вниз по трапу и кубарем укатился в придорожные кусты.

Саныча Митяй нашёл уже внутри тепловоза, после того как сам забрался туда и запер за собой двери. Бригадир лежал с порванным горлом в луже собственной крови и не дышал. Подумалось, что нужно выкинуть труп, иначе тот встанет и сожрёт его самого, но смелости не хватило.

Митяй забился в угол и тихонечко заскулил от безысходности.

Глава 6

У штаба собрались почти все жители Перевалка. Почти — потому что патрульно-постовую службу никто не отменял. Военные выстроились углом в две шеренги, отдельно немногочисленный гражданский контингент, отдельно гости посёлка. Рейдеры стояли двумя обособленными группами — «Ангелы» и все остальные.

Из штаба заблаговременно притащили два стола. На один взгромоздили здоровенный баул, за другим устроились Майор, Скареда и Кореец. Судя по их торжественно-загадочному виду, затевалось что-то поистине грандиозное. Не то чтобы Монгол вглядывался в лица местного руководства, но тему активно обсуждали присутствующие.

Майор поднял руку, требуя тишины, и взял слово.

— Во-первых, хочу ещё раз всех поздравить с отражением орды, — начал он, когда голоса стихли. — Во-вторых, объявляю окончание чрезвычайного положения. И в-третьих, руководство стаба приняло решение наградить всех причастных. Скареда, приступай.

На самом деле последнее уточнение было лишним. К защите стаба так или иначе причастен каждый. И вряд ли стоит ожидать орденов с медалями. В Стиксе предусмотрена одна награда — материальное поощрение. Заслужил — получи. Интересно только, насколько расщедрятся?

Зампотыл открыл принесённую с собой папку, достал лист бумаги и начал вызывать по списку.

Первыми пошли рейдеры. Майор со словами благодарности пожимал руку каждому, Скареда заставлял расписываться в получении, а Кореец выдавал пакетик с известным содержимым. Не большой, не маленький, но рейдеры возвращались на место с улыбками.

От «Ангелов» вызвали представителя, Ворота, и вручили ему пакет поувесистее. Один на всю банду. С напутствием: «Бекон разберётся, когда поправится». Ворот не стал уточнять — лихо поставил размашистую подпись и отошёл к своим. У байкеров вообще правила простые: дают — бери, бьют — беги.

— Ещё раз выражаю всем признательность за оказанную помощь и больше никого не задерживаю, — подытожил Майор, когда пришлые закончились. — Можете покинуть стаб в любой момент.

Рейдеры тут же воспользовались разрешением. Перевалок наверняка надоел им хуже горькой редьки, и что они выбрали, не оставляло сомнений. Надо валить отсюда, пока разрешили — стаб щедрый на приключения, мало ли что ещё случится. Вскоре из рейдеров на площади остались только «Ангелы», и торжественное мероприятие продолжилось.

Местным вручали бумажку и пакеты поменьше. Не пакеты — пакетики. «Письменная благодарность», — усмехнулся про себя Монгол. Ему стало стыдно за такие мысли, когда подошла его очередь. В бумажке значилась цифра в полторы тысячи споранов и обещание выдать их по первому требованию — вексель, по сути. Обязательство местного казначейства. А в пакетике лежала сотня гороха и два цветных шарика. Чёрный и красный.

Капитан, как новичок, числился последним в списке, на нём всё и закончилось.

— Разойтись, — прозвучала команда.

Монгол остался на месте, но технически приказ выполнил. Не в строю — значит «разошёлся». Он спрятал в карман вексель, взвесил в руке пакет с горошинами… Аттракцион неслыханной щедрости просто. Нет, он, конечно, рассчитывал на поощрение, но не в таком объёме. Только недавно появился в посёлке без копейки в кармане, а уже обут, одет и счёт в банке завёл. Причём по местным меркам нехилый. Белая полоса началась?

Из задумчивости капитана вывел чужой разговор.

— Ох, поторопились мы, ох поторопились… — недовольно ворчал Скареда.

— Не причитай. Нельзя иначе. У меня репутация, — ответил Майор, подразумевая под собой весь стаб. — Сам знаешь, сколько имеем с этого.

— Да знаю… Ох, не надо было, ох не надо… По кластерам слухи пойдут… Жди беды…

— Не каркай, полковник. Накличешь.

Монгол понял, что речь идёт о рейдерах и о выделенной им доле трофеев. Любой знакомый с арифметикой человек сложит один с одним и поймёт размер общей добычи. И держать это будет в себе до первой пивной ближайшего стаба. И пошла-поехала байка о немыслимых сокровищах в закромах Перевалка. Кто-то порадуется, кто-то