Реквием - Аделин Хамфрис Страница 16

Майк замирает. Его хватка крепчает, будто он готовится.

И я ломаюсь.

Мир сужается до тяжести его рук вокруг меня. Пол холодный под нами, но он не даёт мне это почувствовать. Он притягивает меня ближе, так что я сижу у него на коленях. Моё лицо прижимается к его плечу, пока я рыдаю, дыхание сбивается в рваных судорогах.

— Я держу тебя, — бормочет он, голос хриплый. — Я держу тебя, Эм. — Он целует меня в макушку, его рука медленно движется вверх и вниз по моей спине.

Хизер опускается на колени рядом с нами, её рука мягко ложится на мою спину. Мы трое просто… держим друг друга. И я не могу остановить то, как мой разум продолжает возвращаться к Джуду. К той версии его, которая улыбалась так, будто сами звёзды даровали его существование. Как солнечный свет касался его лица в тот день на мысе Экола. Его голова слегка наклонена, волосы развеваются на ветру, та лёгкая, мальчишеская улыбка растягивается на его лице.

Он был счастлив. Он был… собой.

Я кричу в грудь Майка, потому что та версия Джуда кажется теперь такой далёкой. — Нет… — выдавливаю я. — Нет, нет…

Руки Майка сразу крепче сжимаются вокруг меня. Но этого недостаточно. Это не останавливает мой разум от того, чтобы показывать разницу. Мальчик на том фото… и мужчина за той дверью, прикованный к кровати…

Мои слёзы текут сильнее, быстрее, пока я не начинаю трястись в руках Майка, полностью разваливаясь. — Я не могу потерять его, — шепчу я, слова выливаются разбитыми и отчаянными. — Не могу. Я не могу…

— Я знаю, — мягко говорит Майк, голос густой от собственных эмоций.

Его руки медленно поднимаются, осторожно беря моё лицо, заставляя смотреть на него. Его глаза красные, челюсть сжата. — Эмма, — тихо говорит он, большие пальцы вытирают мои слёзы, когда новые текут на их место. — Мы можем плакать.

Я тяжело сглатываю, пытаясь дышать через это.

— Мы можем развалиться прямо сейчас, — продолжает он. — Но мы не можем забыть, что мы делаем.

Я всхлипываю, моя грудь сжимается от боли.

— Мы не закончили, — говорит он. — Даже близко. Он всё ещё там. И мы вернём его.

Я качаю головой, мой голос дрожит. — Что, если мы не сможем? Он ненавидит меня. Алексей действительно добился того, чего хотел, блядь.

Майк не колеблется. — Мы сможем.

Уверенность в его голосе не стирает страх, но она немного успокаивает меня. Моя грудь поднимается и опускается, когда я позволяю себе это почувствовать, даже если я ненавижу это. Потому что, если Джуд собирается вернуться… мне нужно быть сильнее этого момента. Сильнее боли. Страха, который пытается поглотить меня целиком.

Я на мгновение прижимаюсь лбом ко лбу Майка, закрывая глаза, пока ещё одна слеза скатывается по щеке. — Прости, — шепчу я.

Он сразу качает головой. — Не надо.

Рука Хизер мягко сжимает моё плечо. Мы сидим там ещё мгновение, втроём переплетённые в горе, решимости и… надежде.

Глава 8

ЭММА ИСТОН

Я медленно моргаю, пытаясь понять, почему что-то кажется неправильным в моей тёмной комнате. Мурашки пробегают по рукам, и я перестаю дышать. Затем что-то шевелится рядом. Тёплое тело. Я напрягаюсь, каждый нерв мгновенно просыпается, когда одеяло двигается. Кто-то сидит рядом со мной. Моя рука дёргается, инстинкт тянет к защите, к расстоянию —

— Эй. — Голос Рэйфа тихий.

Я замираю. — Рэйф? — Мой голос выходит тяжёлым ото сна. — Что… что ты делаешь в моей кровати?

— Ты отлично целуешься, любовь моя, — шепчет он. — Но я не поэтому здесь.

— Я, что…

— Слушай, — перебивает он. Что-то в его тоне заставляет меня сразу насторожиться. Я не двигаюсь сначала. Я просто слушаю, напрягаясь в темноте, и именно тогда я слышу голос. Он слабый и искажённый, доносится через что-то в руке Рэйфа. Свечение экрана телефона едва касается его острых черт.

Я быстро сажусь, моя рука ложится ему на плечо, чтобы унять сонливость. — Что это? — шепчу я.

Он не отвечает сразу. Он просто регулирует телефон, позволяя звуку доходить до меня чётче. Он нажимает «включить звук» и прижимает палец к губам, чтобы я молчала. Затем голос прорезается.

— Просто жаль, что мы не можем поговорить лицом к лицу сейчас, Вон. Верни то, что принадлежит мне. — Его тон не повышается, но волосы у меня на затылке всё равно встают дыбом. — Или я обнародую всё. Это так просто, блядь. Он мой.

Тошнота поднимается во мне, но Рэйф не двигается, не перебивает и даже не реагирует.

Алексей продолжает. — Тебе нечего мне предложить. Но если ты не вернёшь его и мне придётся прийти за тобой… — Лёгкое изменение в его тоне. — Есть люди, которым очень понравится компания твоих женщин.

Моё дыхание перехватывает.

— Особенно Влад. Ты ведь знаешь его, да?

Челюсть Рэйфа сжимается. — К сожалению, да.

— У него были планы навестить Уэйлона, знаешь. Чтобы трахнуть твою жену.

Я зажимаю рот рукой, чтобы не издать ни звука.

— Не смей упоминать мою жену, — ровно говорит Рэйф. — Ты знаешь, что я делаю с мужчинами, которые ей угрожают.

— Я бы посмотрел, как далеко ты зайдёшь. Потому что я хочу попробовать каждую из этих девушек. Особенно Синклер. Готов поспорить, она дикая.

Рэйф, с контролем, который поражает меня, наклоняется вперёд. — Ты предполагаешь, что у нас нет чем ответить, Морозов.

Алексей не отвечает сразу. Одна эта пауза ощущается как давление за запертой дверью. Я тру глаза, теперь полностью проснувшись.

Рэйф продолжает невозмутимо. — Ты обнародуешь что-то на него… — он замолкает. — И мы ответим тем же. — В его тоне нет угрозы. Просто факт. — Каждый кусочек, который у нас есть. Каждое имя. Внезапно это перестаёт быть контролируемой ситуацией. Это становится взаимным уничтожением. — Его голос смягчается, почти насмешливо. — Ты не переживёшь этого, Морозов. У нас тоже есть козыри. Вопрос в том… готов ли ты рискнуть, что наши козыри лучше твоих?

На том конце тишина на мгновение. Затем Алексей вздыхает. — Всё, что у тебя есть на меня, не может быть таким плохим, как то, что у меня есть на Джуда. Он в заднице. Его судьба — тюрьма или смерть, если он не будет рядом со мной. Ты из всех людей должен это знать.

Рэйф смотрит на меня, уголок его губ приподнимается в усмешке. Потому что в голосе Алексея теперь слышен край.

— Мы можем устроить публичное зрелище, если хочешь, — продолжает Алексей. Но прежде чем он успевает добавить что-то ещё, Рэйф перебивает его.

— Мы падаем —