Когда дует правильный ветер - Александра Айрес Страница 15

Я замечаю его во время экскурсии — он стоит перед группой, с бокалом в руке, и его голос звучит так же мягко, как виски, что он разливает.

— Плавно покрутите бокал, — наставляет Каллан. — Сделайте вдох и оцените аромат. Обратите внимание на цвет. Отпейте немного, ощутите, как раскрывается его вкус.

Джульетта замедляет шаг рядом со мной, наблюдая за тем, как он работает, словно наткнулась на настоящее волшебное шоу. Я провёл всю жизнь, видя, как он держит зал в своих руках — рассказывает истории, описывает нотки вкуса так, что посторонние начинают смотреть на бокал виски, будто это что-то священное.

Что уж скрывать, талант у него есть.

Его взгляд цепляется за нас, на губах появляется обаятельная улыбка, и он поднимает бокал в лёгком приветствии.

— Не стесняйтесь задавать вопросы по ходу дела, — завершает он, его голос легко разносится по комнате. — И самое главное — наслаждайтесь. Slàinte Mhath!

Комната наполняется звоном бокалов, вплетаясь в мягкий гул разговоров. Мы задерживаемся у двери, пока Каллан обходит гостей, отвечает на вопросы и шутит, а потом наконец направляется к нам.

— Привет, — здоровается он, хлопая меня по спине. Его взгляд скользит к Джульетте, и на лице расползается широкая улыбка. — Что за милая лесс?

Она чуть приближается ко мне, и тут же её аромат окутывает меня — солнечный, с ноткой цитруса. Это сбивает с толку, как легко он тянет меня к себе. Никогда раньше я не обращал внимания на такие вещи, но с ней невозможно не замечать.

Сосредоточься. Сейчас не время думать о том, как приятно она пахнет или как естественно вошла в моё пространство, будто ей там и место.

Я киваю в сторону Каллана, голос ровный: — Джульетта, это мой брат, Каллан.

Я сдерживаю желание закатить глаза, когда он берёт её руку — вечный шоумен — и галантно касается губами её пальцев. Чёртов плейбой. Удивительно, как его эго до сих пор помещается в эту комнату.

Смотреть на него — как видеть себя, только немного моложе. У нас одинаковое телосложение, один рост, только волосы у него светлее, золотистые, а у меня русые. Самая большая разница — глаза. Мама всегда говорила, что мои зелёные, как весенний луг, а у него — синие, как ледниковое озеро. Она любила такие сравнения, разбрасывалась ими при любом удобном случае.

Звонкий смех Джульетты раздаётся, и этот звук отзывается где-то глубоко в груди.

— Вот так джентльмен, — шутливо кланяется она. — Очень приятно познакомиться, Каллан.

Он хватает себя за грудь, будто сражён наповал. — Ах, девушка по моему сердцу! Только скажите, что брат ещё не успел вас утащить? Поняли, да? (прим. В оригинале Каллан играет на созвучии слов утащить/виски Whisked-Whisky)

Я закатываю глаза.

— Ещё нет, — отвечаю, наслаждаясь её смехом снова. — Джульетта — племянница Роуз. Она приехала в гости.

Его брови поднимаются, глаза загораются узнаваньем.

— Вот как! Теперь вижу сходство. Семья Роуз — значит, и вы отсюда. Надеюсь, Нокс обращается с вами как положено.

— Жаловаться не на что. У вас здесь потрясающее место. Честно, очень впечатляет.

— Рад это слышать. Собираетесь на дегустацию?

Я качаю головой: — Я думал отвести Джульетту в лаунж, в более интимную обстановку.

Слова вырываются прежде, чем я успеваю их осознать.

Джульетта и Каллан замирают, их взгляды встречаются на секунду — и оба взрываются смехом.

Щёки вспыхивают, когда до меня доходит двусмысленность сказанного.

— Очевидно, я не это имел в виду. Выкиньте дерьмо из головы, — ворчу, пытаясь сохранить достоинство. — Я хотел сказать, что могу показать тебе наш виски-лаунж, и ты попробуешь там, если захочешь. Там просто тише.

Они оба почти сгибаются пополам, слёзы текут от смеха, как у школьниц. Я стою, стараясь выглядеть серьёзно, но уголки губ предательски дёргаются. И вот уже сам срываюсь в тот же заразительный смех.

— Я бы с удовольствием посмотрела лаунж, — отвечает она, всё ещё переводя дыхание. Её взгляд блуждает по комнате, брови чуть хмурятся. — Интересно, где тётя Роуз? Думала, она уже догнала нас.

— Можем пойти поискать, если хочешь. — Но не успеваю договорить, как она качает головой, на губах появляется спокойная улыбка.

— Нет, всё в порядке. Наверняка она занята, — говорит мягко, с едва заметным колебанием, когда её глаза на секунду встречаются с моими. — Я не хочу отнимать у тебя время. Наверное, ты занят.

Я удерживаю её взгляд, уверенно произнося:

— У меня есть всё время, что тебе нужно.

Прежде чем я успеваю добавить ещё что-то, один из гостей машет Каллану, зовёт обратно к столу. Он сразу откликается, бросая нам улыбку. Его голос доносится уже на ходу: — Долг зовёт. Ещё увидимся.

Я снова обращаюсь к Джульетте: — Сегодня у меня довольно свободный график. Правда, никаких проблем.

Её выражение меняется мгновенно. Лицо озаряется, и эта сияющая улыбка сметает все сомнения. Честное слово, вместе с ней и сама комната становится светлее.

Глава девятая

Джульетта

Оказалось, что босс моей тёти — совсем не какой-нибудь шестидесятилетний мужчина. А тот самый до жути привлекательный парень, которого я чуть не сбила на её машине. Забавно, как жизнь иногда складывается. Я едва не отправила его прямиком в приёмное отделение, а он стоял передо мной так, будто ничего и не произошло. Либо у него нервы из стали, либо он чертовски хорошо притворяется.

Я сделала долгожданный выдох, когда он наконец заговорил. Спокойный, в потертых джинсах и фланелевой рубашке с закатанными рукавами, он дал мне возможность рассмотреть предплечья, которые вообще не имели права выглядеть настолько привлекательно.

Следующее, что я заметила — его рост. Громадный, честно говоря. Он возвышался надо мной минимум на фут, и это должно было пугать, но вместо этого заставляло чувствовать себя маленькой — а это ощущение было не таким уж неприятным. Он определённо из тех людей, которым не нужно повышать голос, чтобы их услышали. И, странным образом, вся эта властность не вызывала желания бежать. И это было… неожиданно.

И вот я иду за ним в лаунж, а в голове не задерживается ничего, кроме его пряного, древесного аромата. Корица и дуб с лёгкой примесью чего-то неуловимого. Один только этот запах опутывает мои мысли, не давая сосредоточиться ни на чём, кроме него. И, боже, каждый раз, когда он произносит моё имя, у меня щеки вспыхивают. Этот акцент. То, как он будто смакует каждую букву. Мои внутренности при этом превращаются